Святитель Николай Сербский с пронзительной ясностью показывает нам пропасть между тем, как относился к людям Христос, и тем, как зачастую поступаем мы:
«Христос искал в каждом человеке хорошее, а мы ищем злое. Христос искал в людях добро, желая их оправдать, а мы ищем злое, чтобы осудить их. Христу было больно говорить о чужих грехах, а нам это приятно. Христос словом обращал грешников в праведников, а мы словами делаем из грешников ещё больших грешников. Христос спасал людей, а мы их губим. В этом разница. Но ведь и мы можем быть подобны Христу».
Эти слова – из его проповеди «О Царских сыновьях» в книге «Проповеди под горой». Там же есть удивительный образ: Христос сдувал золу с человеческих душ, а мы её собираем.
Это очень точно сказано. Христос видел человека глубже его греха. Он видел не только падение, но и образ Божий, не только вину, но и возможность покаяния, не только то, чем человек стал, но и то, каким он может быть, если к нему прикоснётся милость.
Так Он говорил с самарянкой у колодца. Для иудеев общение с самарянами было неприемлемым, и сама женщина удивилась: «как Ты, будучи Иудей, просишь пить у меня, Самарянки?» (Ин. 4:9). Но Христос не прошёл мимо её жизни, не унизил её прошлым, не сделал её грех поводом для отвержения. Он открыл ей путь к живой воде.
Так Он поступил и с женщиной, взятой в грехе. Вокруг неё уже стоял суд. Люди видели виновную и были готовы бросать камни. Христос не назвал грех добром, но и не отдал человека на растерзание чужой праведности. Он сказал: «кто из вас без греха, первый брось на нее камень» (Ин. 8:7), а потом: «и Я не осуждаю тебя; иди и впредь не греши» (Ин. 8:11). В этих словах нет потворства греху. В них есть милость, которая оставляет человеку будущее.
Так было и с Закхеем. Толпа видела в нём мытаря, грешника, человека с дурной репутацией. Христос увидел того, кого ещё можно спасти. Он вошёл в его дом, хотя люди роптали: «Он зашел к грешному человеку» (Лк. 19:7). И именно этот приход пробудил в Закхее покаяние: он обещал отдать половину имения нищим и воздать вчетверо тем, кого обидел. Христос не придавил его позором – и в человеке проснулась совесть.
Наш взгляд часто бывает обратным. Мы замечаем соринку в глазу брата, не видя бревна в своём. Господь говорит об этом прямо: «вынь сперва бревно из глаза твоего, и тогда увидишь, как вынуть соринку из глаза брата твоего» (Мф. 7:5). Значит, дело не в том, что чужой грех нельзя видеть вообще. Дело в том, каким сердцем мы смотрим.
Можно видеть грех и болеть за человека. А можно видеть грех и питать им свою самоправедность. Можно сказать правду так, что она станет лекарством. А можно произнести её так, что она станет камнем. Иногда мы осуждаем не потому, что любим правду, а потому что на фоне чужого падения сами кажемся себе выше.
Вот здесь и начинается настоящая проверка сердца. Нам больно говорить о чужом грехе – или приятно? Мы хотим, чтобы человек поднялся, – или чтобы все узнали, как низко он пал? Мы ищем в нём хоть искру добра – или собираем золу, чтобы доказать: там уже нечему гореть?
Евангелие не учит слепоте и равнодушию ко злу. Апостол Павел говорит: если человек впал в согрешение, его нужно исправлять, но «в духе кротости» (Гал. 6:1), наблюдая за собой, чтобы самому не быть искушённым. Это и есть христианская мера: не молчать из трусости, но и не обличать из превосходства.
Святитель Николай Сербский напоминает: Христос спасал людей, а мы часто губим их словами. И это страшно, потому что слово действительно может или поднять, или добить. Одно слово возвращает надежду. Другое окончательно убеждает человека, что он уже неисправим.
Быть похожими на Христа – значит учиться видеть человека не только в момент его падения. Не оправдывать грех, но не ставить на человеке крест раньше Бога. Не собирать чужие слабости в память сердца. Не делать чужое падение темой для удовольствия, пересудов и внутреннего превосходства.
Христос сдувал золу с человеческих душ.
А мы хотя бы не будем её собирать.
🌿🕊️🌿