Среди фигур прошлых веков немало успешных медиков, чью славу, однако, затмили дети. Наверное, самыми яркими из них являются Роберт Уоринг Дарвин (1766 — 1848) – успешный английский врач, отец Чарльза Дарвина, а также Ахилле-Клеофас Флобер, отец Гюстава Флобера.
Флобер-старший происходил не из аристократии, а из скромной семьи Шампани. Он получил медицинское образование в Париже и рано проявил способности в хирургии. Современники отмечали его исключительную работоспособность, жёсткий характер и почти болезненную дисциплину. По некоторым свидетельствам, его талант вызывал зависть у парижских коллег, поэтому он сделал карьеру не в столице, а в Руане.
Семья жила прямо при больнице. Детство Гюстава прошло среди больничных коридоров, палат, операционных и анатомических залов — это сильно повлияло на будущего писателя. Так, маленький Гюстав тайком пробирался в анатомический театр и смотрел вскрытия.
Флобер-старший принадлежал к поколению врачей, воспитанных уже после Французской революции — поколению клинической медицины, анатомии и практического наблюдения. Именно эту холодную наблюдательность многие исследователи позже увидят и у Гюстава Флобера.
Ахилле-Клеофас не был «великим реформатором» медицины. Он работал в период до появления наркоза и антисептики. Это означало, что операции проводились быстро и зачастую в ужасающих условиях, при этом смертность от инфекций была огромной. Практикующий хирург должен был обладать одновременно скоростью, физической силой и хладнокровием.
Ахилле-Клеофас рассчитывал, что Гюстав займётся серьёзной профессией — правом или медициной. Литература казалась ему занятием ненадёжным и бесполезным. В каком-то смысле конфликт между сухим научным миром отца и художественным миром сына стал одной из тем творчества Флобера.
После смерти Ахилле-Клеофаса в 1846 году Гюстав получил значительное наследство, позволившее ему жить независимо и заниматься только литературой.