Фрагмент из книги инока Вениамина Тирона "Кончина века. Знаки и технологии"
«И пришел один из семи Ангелов, имеющих семь чаш, и, говоря со мною, сказал мне: подойди, я покажу тебе суд над великою блудницею, сидящею на водах многих. С нею блудодействовали цари земные и вином ее блудодеяния упивались живущие на земле. И повел меня в духе в пустыню; и я увидел жену, сидящую на звере багряном, преисполненном именами богохульными, с семью головами и десятью рогами. И жена облечена была в порфиру и багряницу, украшена золотом, драгоценными камнями и жемчугом, и держала золотую чашу в руке своей, наполненную мерзостями и нечистотою блудодейства ее; И на челе ее написано имя: тайна, Вавилон великий, мать блудницам и мерзостям земным» (Откр.17:1–5).
Вавилонская блудница — сквозной символический образ Откровения, который объединяет дни начала и конца веков. И чем меньше срок, отделяющий встречу начала и конца, тем все больше они становятся между собой похожи. Ибо явится, по слову апостола Иоанна, то, что было. Очевидно, энергии должны стать однородными, чтобы отправная и замыкающая точки могли сомкнуться. Легендарный город — не только объект истории, он был и остается культовым идеалом богопротивников, их вожделенной идеей-фикс. В представлении древних и неоязычников история бесконечно кружится в колесе жизни, повторяет пройденные периоды и возвращается вспять к исходной точке. О том, что последнее царство будет тождественно своему древнему предшественнику, ясно говорит его название в Апокалипсисе — «Вавилон великий».
Современный ультратехнологичный век в самом деле становится все больше похожим на своего месопотамского предшественника — религиозными верованиями, общественными нормами, технологиями коммуникации, образом жизни, отсутствием морали, а вскоре, очевидно, и государственной системой, к которой стремительно приближаются народы. Вавилон — то, что активно наступает. То, что тщательно реконструируется на основе электронных технологий. Дабы узнать портрет будущего, придется обернуться в прошлое — на Древний Вавилон.
Нимрод и глаголы потопные
В древности люди очень серьезно относились к собственному происхождению и досконально знали историю своего рода. Личных документов очень долго не существовало (первый прообраз паспорта появился только в XVIII веке). Всю информацию о человеке сообщало имя и прекрасно знаемая и бережно хранимая родословная. Это хорошо видно по Священному Писанию: евреи и через тысячу лет, и через две твердо знали, к какому из двенадцати колен Израилевых принадлежат.
Но, наверное, больше других гордилась своим происхождением Вавилония. По утверждениям жрецов города-царства, к нему были причастны боги, которые научили их жить по своим законам и вошли в пантеон идолов как образцы для подражания. История эта береглась и передавалась из поколения в поколение, считалась священной, и никому в древнем мире в голову бы не пришло сомневаться в ее истинности. С течением веков ее стали принимать за мифы, но это зря.
Современная историческая наука остановилась на том, что послепотопная цивилизация зародилась в Месопотамии в IV тысячелетии до Р. Х. Создали ее на землях, известных под названием Шумер, первые поселенцы региона, согласно Священному Писанию, «сыны Ноевы». «Двинувшись с востока, они нашли в земле Сеннаар равнину и поселились там» (Быт.11:2). Сеннаар (Шумер), что по-еврейски значит «Двуречье», назван по географическому расположению между реками Тигр и Евфрат. По-гречески эта обширная и плодородная земля зовется Месопотамия, что переводится как Междуречье.
Кроме «сынов Ноевых», сынов Божиих, некому было возобновлять послепотопную жизнь. Те из них, кто первыми заняли южную часть Месопотамии, стали именоваться по названию места обитания — Сеннаар-Шумер — шумерами. Несколько позже другое племя аккадцев заселило северную часть. Греческое слово «Вавилон» (Βαβυλών) происходит, возможно, от еврейского «balal» — «смешивать», так как здесь Господь смешал языки.
Есть и другая версия, которая опирается на шумерское «Bab-Bel», что дословно значит «Дом Бэла». Самый древний вавилонский памятник датируется XXV веком до Р.Х. А первое письменное упоминание о Вавилоне, лежащем на пересечении нескольких важнейших торговых путей, относится к 2200 г. до Р.Х. Крупнейший специалист по истории Месопотамии профессор Лео Оппенхейм указывает, что Месопотамия в то время имела прямые связи с землями Индии и Египта.
Согласно святым отцам, основателем Вавилона был Нимрод, внук Хама, сына Ноева. Того самого Хама, который нарушил пост на плотское воздержание во время плавания в Ковчеге в водах потопа. Хам отличился еще тем, что, увидев отца своего Ноя нагим в шатре, позвал братьев Сима и Иафета поглядеть на родителя в таком виде.
Митрополит Филарет (Дроздов) пишет: «Сим же и Иафет взяли одежду и, положив ее оба на плечи свои, пошли задом и покрыли наготу отца своего; и как лица их были отвращены, то они и не видали наготы отца своего. Сие обнаруживало в Хаме гордость, утешающуюся падением другого, недостаток скромности, свойственной целомудрию, и неуважение к родителю. Противные сим качества показали в себе Сим и Иафет, которые не видали наготы отца своего»⁴⁸.
Хам осудил. Кого? Человека, сына Божьего, отца, своего спасителя и священника, принесшего благодарственную жертву Богу и вступившего с Ним в Завет. В дальнейшем это стало духом Вавилона — непочтение к образу Божию, Церкви, отцам, неблагодарность, отрицание священства...
Святитель Димитрий Ростовский в «Келейном летописце» описывает дальнейшие события: «В этих же годах родился из племени Хамова предводитель всего злого Неврод. Его родил сын Хама Хус (Куш). Возрастал Неврод и телом, и злобою. По телосложению он был исполин, подобный тем древним исполинам, которые жили до потопа, как говорит о нем Писание: «Сей начат гигант быти на земли; сей бе исполин» (Быт.10:8–9). Злоба его превышала телесный его возраст, и ею он наполнил всю землю. Лицо его было черное, почему его и называют эфиопом; душа же еще более черна, ибо она потемнела от богопротивства»⁴⁹.
Всего лишь в третьем поколении после всемирного Потопа в потомстве Ноя снова резко разделились в выборе добра и зла близкие родственники: «Евер и Неврод, — там же продолжает святитель Димитрий, — не были одинаковы по своему нраву. Оба они знамениты, так как Евер явился родоначальником еврейского народа, а Неврод сделался первым среди людей царем. Тот и другой среди народа были великими по чести людьми, но нравы их столь же различались между собою, как отличается тьма от света, ибо Евер был добр, а Неврод зол. Тот сиял, как свет, своими добрыми делами, а этот и сам, как тьма, помрачался, и других затемнял злыми делами. Евер был учителем богоугождения, Неврод же начальник богопрогневания, ибо побудил людей на небогоугодное дело, которому Евер не соизволял, побудил к тому, чтобы строить башню до небес...Так, праведный Евер едва смог убедить свой род и отвести его от небогоугодного дела, а Неврод легко увлек за собою все прочие роды» (там же). По словам святителя Филарета (Дроздова) о герое-исполине, «слава сего человека стала причиною того, что Моисей говорит о нем отдельно от его братьев. Имя Нимрода значит бунтовщика или горделивца»⁵⁰.
Мнения наших великих святителей еще в I веке согласно с ними предварил историк античности Иосиф Флавий в «Иудейских древностях»: «К такому дерзкому ослушанию относительно Господа Бога побудил их Нимрод, внук Хама, сына Ноева, человек отважный и отличавшийся огромной физической силою. Он убедил их не приписывать своего благоденствия Господу Богу, а считать причиной своего благополучия собственную свою доблесть. Спустя немного времени Нимрод стал домогаться верховной власти, будучи убежден, что люди только в том случае перестанут бояться Бога и отпадут от Него, если согласятся жить под властною защитою его, Нимрода. При этом он хвастливо заявлял, что защитит их от Господа Бога, если бы Тот вновь захотел наслать на землю Потоп. Он советовал им построить башню более высокую, чем насколько могла бы подняться вода, тем отомстить за гибель предков /.../ Он также изменил прежнюю форму правления в тиранию, не видя другого способа отвратить людей от страха Божьего... Массы были хорошо подготовлены, чтобы повиноваться Нимроду, они построили башню, не обращая внимания на боль, не проявляя ни в малейшей степени небрежности в работе, по причине множества рабочих рук она выросла очень высоко... Место, где они построили башню, сейчас называется Вавилон»⁵¹.
Итак, Нимрод стал известен как тот, кто освобождает от поклонения и власти Бога. Причем богопротивник был уверен, по мнению Иосифа Флавия, что отвратить людей от Господа можно, только насадив тиранию. Убежденность развратного гиганта подтверждена примерами диктаторских режимов последующей мировой истории.
К мрачному портрету основателя главной столицы древнего мира характерные штрихи добавил известный специалист по Библейской истории профессор Александр Лопухин: «Сей начал быть силен на земле. Начальные слова этой фразы имеют себе уже известные нам аналогии в истории Еноса (4:26) и Ноя (9:2); дальнейший библейский термин «силен на земле», по-евр. гиббор, точно так же знаком нам из характеристики предпотопного человечества (нефилим и гибборим). Если там, как мы видели (6:4), это имя заключало в себе мысль о выдающемся своей физической силой и нравственно распущенном великане, то, очевидно, употребляя тот же самый термин и здесь, бытописатель тем самым хочет показать, что в лице Нимрода снова, впервые после потопа (сей начал), воскрес тип гордого великана, прославившегося своими богатырскими подвигами по всей своей стране. /.../ По своему характеру он напоминает первого строителя городов — Каина с его ближайшим потомством. Он основал город (Вавилон), который быстро разросся в большую, гордую столицу, ставшую во главе многочисленного населения с целым рядом других соседних городов⁵².
При Нимроде состоялся интенсивный технологический рывок, благодаря которому стали возможными достижения в архитектуре и строительстве, сельском хозяйстве, торговле и ремеслах. Апогеем их стала знаменитая «башня до небес» — главный храм Вавилона, который представлял собой колоссальных размеров пирамиду-зиккурат.
Однако Нимродовы посулы осчастливить соплеменников обернулись для многих из них рабством. Рабский труд эксплуатировался на самых тяжелых работах. Все приведенные здесь авторы подчеркивают, что основатель Вавилона захватил и присвоил власть, употребив обман, внушение и физическое превосходство, которое в древнем мире много значило. «Нимрод, который, вероятно, имел великое участие и в умысле столпотворения, — считает свт. Филарет (Дроздов), — воспользовался, по смешении языков, трудами всего рода человеческого, ако сильнейший»⁵³.
Профессор Лопухин первым увидел сходство Нимрода и Гильгамеша. Помните ли шумерский эпос о Гильгамеше, который уже упоминался ранее? В нем очень близко к библейскому сюжету рассказана история потопа, плавание в Ковчеге, остановка на Арарате и подвиги гордого вождя шумерцев. «Главный герой поэмы, Издубар-Гильгамеш, — пишет богослов, — во многих отношениях напоминает собою библейского Нимрода, так как, подобно последнему, он был великим звероловом и отличался многими подвигами в борьбе со львами и буйволами» (там же).
Мысль ученого подтверждает вывод о том, что библейский Нимрод и шумерский Гильгамеш — одно и то же историческое лицо. В обоих источниках, описывающих события после Потопа, герой с такими целями и внешними данными был всего один, так что ошибиться в выборе трудно. В обоих верховодил гибборим, на иврите «гигант», который стремился вернуть людей к жизни допотопного образца и вырвать у природы секрет бессмертия. К слову, жившие в далекой древности великаны упоминаются также в истории Древнего Египта, Коране и легендах Тибета. А последователи теософии и учения Новой эры напустили эзотерического туману с уверениями, что таинственная Шамбала до сих пор сохраняет их тела.
Символично, что именно в потомстве Хама дал себя знать дух падших разврашенных исполинов. И темнолицый гиббор с неистовым напором снова стал возобновлять обычаи своих смытых Потопом предков — тех, кто «ходяще по веку мира сего, в похотех плоти своея, творяще волю плоти и помышлений, и быша естеством чада гнева» (Еф.2:2–3). Несомненно, Нимрод — фигура знаковая. Братья-близнецы, одетые в старый и новый костюмы, выступают символами Древнего и Нового Вавилона. А коварный узурпатор Нимрод, который узаконил рабство, идолопоклонство и блуд, гордо приписал себе благодеяния Божии и нацелился на всемирную власть, прообразует последнего глобального правителя — антихриста.
Месопотамские хроники
История Вавилонского царства знала годы расцвета и упадка, но при этом оно оставалось самым богатым и прогрессивным государством древности. Первое время после Потопа наследники Ноя, поселившиеся в Месопотамии, жили в большой простоте. Подобно первобытным людям, они в поте лица добывали себе пропитание. Однако спустя некоторое время в жизни вавилонян произошла стремительная перемена: им стали известны знания в разных областях. Так уже во времена Нимрода было положено начало первой технической революции.
Рабовладельческий строй (в совокупности с родоплеменным) на многие сотни лет стал государственной системой царства. Она считалась священной. Религия представляла собой политеизм, что по-гречески значит «многобожие»: вавилоняне поклонялись пантеону многочисленных идолов. На вершине иерархии Вавилона стояли царь, жрец и прорицатель. При этом вся полнота власти была сосредоточена в руках царя, который являлся одновременно верховным жрецом, верховным военачальником и верховным судьей.
К основным гражданским обязанностям относились военная служба, общественные работы и служение богам. В Вавилоне жили свободные граждане и рабы, которые принадлежали господам как вещь. Раб был полностью лишен свободы, не имел гражданских прав и права собственности. Его можно было продать, отдать за долги, изувечить, например, отрезать ухо за провинность, и даже убить.
«Величественный мегаполис Вавилон возводился даровым трудом рабов и пленников, которых почти целыми народами пригоняли в Вавилонию на каторжные работы»⁵⁴, — пишет ассириолог Виталий Белявский в книге «Вавилон легендарный и Вавилон исторический». «Пуп земли», как его называли в то время, — это не кривые улочки с унылыми хибарами. По его широким проспектам разъезжали колесницы, запряженные четверкой лошадей, прямые просторные улицы с трех- и четырехэтажными домами выходили к Евфрату, вдоль реки тянулась превосходная мощеная набережная. По реке ходили большие ладьи, а через ее воды был перекинут громадный подъемный мост, который снимали на ночь.
Царский дворец представлял собой особый город в городе в окружности одиннадцать километров и состоял из огромных зданий, лабиринта дворов и галерей, убранных с восточной пышностью. Стены его украшали яркие эмалевые фрески божеств и священных животных.
На раскопках нашли немало кирпичей, покрытых толстым слоем яркой разноцветной эмали, которая прекрасно сохранилась два тысячелетия. Вдоль стен дворца каскадом возвышались роскошные висячие сады Семирамиды (Шаммурамат), те самые, что значатся в списке семи чудес света. «Вавилон был многолюдным и шумным городом. Он притягивал к себе людей, как магнит /.../ Его население составляло не менее полумиллиона человек. Даже по современным масштабам Вавилон был большим городом, а по сравнению с прочими древними городами он выглядел настоящим гигантом» (там же). Другие города империи — Ниппур, Киш, Сиппар, Ур и Урук тоже занимали значительное место и имели свою историю, но им далеко было до великолепной столицы. Геродот писал, что огромные стены Вавилона полностью построены из асфальта и обожженных кирпичей.
Еще в самом начале жители узнали о сказочно богатых месторождениях нефти и пользовались ею для заправки светильников, а асфальтом и битумом для асфальтирования улиц, площадей, кладки и промазки кирпича, чтобы придать строению водонепроницаемость. Месопотамское месторождение, входящее в нефтегазоносный бассейн Персидского залива, остается одним из крупнейших в мире и сегодня. Собственно, слово «нефть» образовалось от вавилонского «naphtu».
О том, как вавилоняне мастерски научились «кирпичить кирпичи», упоминается в Библии. В сельском хозяйстве применялось искусственное орошение и мониторинг влажности почвы. Поля, по выражению, употребленному в одном из писем того времени из Южной Месопотамии, были «жизнью страны». Основной культурой был ячмень, мясо большинство населения в пищу не употребляло, за исключением участия в мясных жертвенных трапезах во время храмовых праздников.
Вавилон действительно мог многим удивить не только людей своей эпохи, но и наших современников. Например, тем, что банковская система впервые в истории появилась и сформировалась именно там, а вовсе не в Европе. Сначала образовались торговые дома, затем первые банки. По словам ассириолога В. Белявского, первыми финансовыми операциями начали заниматься храмы, потом частники. Там же появилась комменда (командировочные), на вавилонском harrana («дорога») — ссуда на торговую поездку, которая представляла собой прототип банковских операций. Во всяком случае, средневековые итальянские банки выросли на операциях вроде комменды.
Вавилонские банкиры давали кредиты, практиковали безналичный расчет между вкладчиками, оплату чеков. Этим занимались банки Эгиби, Иддин-Мардук и многие другие. Договоры на ростовщические ссуды и векселя записывались на глиняных табличках. Среди глиняных архивов, найденных при раскопках, была обнаружена забавная история о том, как один должник вырвал из рук кредитора табличку-вексель и стал крошить ее зубами. Но кредитор отнял слегка поврежденный глиняный документ и призвал должника к ответу.
Личные имена вавилонян отражали их происхождение с упоминанием семейного божества. Такие включения указывали на божество-покровителя рода, которому принадлежали и служили его члены.
Кабальные формы кредита часто разоряли мелких хозяев. В залог они отдавали финиковые плантации и поля, что было равносильно отказу продавца от гражданских прав. В случае нужды продавали в рабство членов семьи или отдавали их в качестве заложников до уплаты долга. В порядке вещей была практика, когда отец мог расплатиться своими детьми. Люди, не желавшие растить своих детей, оставляли их в корзинах на городских стенах или возле рек, так что любой мог подобрать их и сделать рабами. Основным видом наказаний по закону Хаммураппи была смертная казнь в самых разных вариантах: сожжение, утопление, посажение на кол. Следом шли отрубание руки, отрезание пальцев, языка, изгнание.
Месопотамское царство часто и активно воевало и расширяло свои территории. Последние четырнадцать лет правления одного из самых известных вавилонских царей Хаммураппи (1792–1750 до Р.Х.), объединившего под своей властью всю Месопотамию, были наполнены беспрерывными войнами.
Вавилонские ученые, которых греки и римляне звали халдеями, пользовались всемирной славой как чародеи, мудрецы, обаятели, маги, чернокнижники, астрологи и вообще знатоки оккультных наук. В этом значении наименование «халдей» употреблялось в Европе до XIX века. Слово «халдей» образовалось от вавилонского «kaldu» (евр. касдим, греч. χαλδαῖοι). Так назывались семитские племена, обитавшие на юге Месопотамии, от которых пошло название Халдея. И славянское «колдун» пошло от вавилонского «kaldu».
Особой славой пользовалась вавилонская астрономия, прямо связанная с астрологией. В этой области халдеи вообще не имели себе равных. Храмовые зиккураты служили им обсерваториями для наблюдений за ночным небом. Вавилонский патент — двенадцать созвездий Зодиака. Также от них пошло знакомое нам летоисчисление — двенадцать месяцев года и семидневная неделя, каждый день которой посвящался одной из семи планет. В индоевропейских языках до сих пор сохранился этот след. Например, в английском понедельник Monday (Moon day) — день Луны, суббота Saturday — день Сатурна, воскресенье Sunday — день Солнца.
Вавилонская математика стала основой для науки древней Греции, ученые которой развили ее в систему. Математики Вавилона были искусными практиками, владели набором разрозненных приемов и операций, но целостного подхода и доказательной базы в виде теорем не знали. У них были таблицы умножения и таблицы обратных величин, сложная символика цифр, которая принесла халдеям такую же славу, как и астрология. Вавилоняне использовали 60-ричную позиционную систему счисления, сохранившуюся в делении круга на 360°, часа на шестьдесят минут и минуты на шестьдесят секунд. Звездочеты знали устройство солнечной системы и многое о звездах. Но все эти науки считались уделом жрецов.
Жрецы-халдеи
Вавилон стал столицей многобожия на тысячи лет. Демонский легион требовал специалистов, обученных всем тонкостям контакта с силой, в древние времена почитавшейся «высшей». Особая жреческая каста, сформировавшаяся в Шумере и Вавилоне, растеклась оттуда по всей земле. Храм-зиккурат считался жилищем божеств.
Во главе храма стоял верховный жрец, второй после царя человек в государстве. Следующую ступень занимали жрецы и жрицы, за ними шли прорицатели и гадатели. По данным расшифрованных глиняных табличек, в Вавилоне стояло пятьдесят три храма, не менее девятисот пятидесяти пяти целл и триста восемьдесят четыре уличных алтаря, не считая домашних.
Жрец был специалистом широкого профиля и обладал глубокими познаниями в астрологии, ритуале, искусстве предсказания и волхвования, гадания по внутренним органам, нумерологии и символике цифр, медицине, праве, мифологии, хиромантии, толковании снов. Жрецы являлись хранителями тайных знаний, элитой страны и серьезно влияли на окружающую жизнь, о чем сообщает один из основоположников антропологии Джеймс Фрезер в многотомном исследовании «Золотая ветвь»: «Считается, что царь или жрец наделен сверхъестественными способностями или является воплощением божества, и в соответствии с этим верованием предполагается, что ход природных явлений в большей или меньшей мере находится под его контролем»⁵⁵.
«Ряды его (жречества) пополнялись из определенных родов, — пишет профессор Александр Лопухин, — по преимуществу тех, которые вели свое происхождение от первобытных кушитов халдеев, вследствие чего вавилонские жрецы и присвоили себе специальное название халдеев, отождествлявшееся в приложении к ним с идеей мудрецов. Они были исключительные знатоки запутанных родословий богов, толкователи снов и тайн природы, наблюдатели движений небесных светил в их соотношении с судьбами людей, законоведы, медики, — и все эти сокровища мудрости хранили в священных книгах, написанных на древнем шумеро-аккадском языке, который был исключительным достоянием ученого сословия жрецов»⁵⁶.
В случае болезни лечили заклятиями и заговорами, таблички с которыми прикладывались к телу больных или к дверям домов, пораженных каким-нибудь большим несчастьем. В медицине магический способ лечения применялся намного чаще практического. Причиной болезни считался гнев богов, которым первым делом надлежало принести жертву. Существовали боги различных болезней. Например, найдено немало цилиндрических печатей и изображений бога чумы Нергала. Если дело доходило до практического лечения, то для этих целей применялся мед, ракушки, кровь, экскременты, топленое масло, рога, шерсть и кожа козлов и овец, внутренности рыб и другие подобные «медикаменты». Ассириолог В.А. Белявский отмечал, что «магия сопровождала вавилонян, бедных и богатых, старых и молодых, всю их жизнь; ибо, по их представлениям, за людьми постоянно следили злые недоброжелательные духи, и над ними всегда висела опасность попасть в руки этих злых духов. Большое влияние магии, предпосылками которого были невежество людей и низкое развитие естественных наук, сделало искусство заклинания важной «наукой»⁵⁷.
Вавилонская башня-зиккурат, входившая в огромный храмовый комплекс Эсагила (по-шумерски Этеменанки), центр мирового жречества, являлась главным храмом страны. Иосиф Флавий писал, что «строилась она из обожженного кирпича, залитого асфальтом, чтобы вода не могла проникнуть в нее». Башня служила жилищем богам, которые олицетворяли природные силы: божество неба, мировых вод, наземных сил. Мужское начало символизировал Бэл, женское — богиня Иштар (Астарта).
Этот идольский ранжир был скопирован по всему свету с прозвищами, созвучными каждому языку. Шумерский Бэл у вавилонян-ассирийцев стал Ваалом, у моавитян, аммонитян и финикийцев — Молохом, у греков — Зевсом, у римлян — Юпитером, у славян — Перуном. Иштар-Астарта у греков известна как Афродита, у римлян — Венера. У славян их аналогом была богиня Лада, родившая Купала, известного посвященными ему летними оргиями. У вавилонян Купале соответствует образ Мардука, у египтян — Ра, у греков — Аполлона, бога-прорицателя, олицетворяющего Солнце. В пантеон входили также божества планет. Повсюду на земле господствовали те же божества, но уже с другими именами — в Индии, Мезоамерике, Африке, Азии и Европе. Геродот, обращавший особое внимание на таинственную религию и ее ритуалы во множестве стран, отмечает, что Вавилон был первоисточником, из которого вытекали все другие системы служения.
«Основным способом задобрить божество было приношение жертв. До нововавилонского периода в жертву приносили людей, как видно на каменных плитах. На многих из них изображается процесс жертвоприношения, верховный жрец, благословляющий закалываемую жертву... Кроме того, идола надо было кормить, поить, одевать, развлекать. Ему требовались жилье, женщины и мальчики. Его можно было разгневать и умилостивить, обмануть и обокрасть. С ним можно было поторговаться» (там же), — описывает ритуалы Белявский. А Джеймс Фрезер добавляет: «В Вавилоне приносили беременных женщин в жертву богиням злаков и земли, чтобы земля была плодородной и наливались колосья злаков. Этот варварский обычай перекочевал от них к грекам и римлянам»⁵⁸.
Культ вскормил мировоззрение и искусство того времени. Вавилоняне верили в неразделимость божества и природы, пантеизм (от др.греч. слов πᾶν (пан) — «все» и θεός (теос) — «Бог, божество»), посвящали богам плодородия свои рощи, поля, дубравы и проводили там ритуалы, сопровождавшиеся разнузданными оргиями.
Повествования Ветхого Завета не раз обличают евреев, перенявших верования у своих поработителей, в непотребствах, которые они творили в дубравах. Пророк Иеремия говорит: «Как о сыновьях своих, воспоминают они о жертвенниках своих и дубравах своих у зеленых дерев, на высоких холмах» (Иер.17: 2).