Итак, герцоги Урбинские, Гвидобальдо да Монтефельтро и Элизабетта Гонзага (в замужестве да Монтефельтро) усыновили подростка - сына старшей сестры герцога, Джованны. На этом портрете именно яблоко символизирует тот факт, что он здесь - уже наследник Урбино. Два года назад Джованне, уже вдове, пришлось искать с детьми убежища все от того же Чезаре Борджиа, изгнавшего их после смерти ее супруга, герцога Соры и Арче, и приютил их тогда все тот же Гвидобальдо - и сам изгнанник и вынужденный гость у шурина, маркиза Мантуанского, в тот момент. Но вскоре, как мы знаем, герцоги Урбинские сумели вернуть свое государство, а затем и усыновили Франческо Марию, сделав его своим наследником. Это был хороший выбор: делла Ровере приходился племянником и самому Гвидобальдо, и папе Юлию II. Союз с понтификом до конца жизни обезопасил герцога Урбинского от посягательств на его владения. Судьба не одарила Гвидобальдо долгим веком, его не стало в 36 лет, но его любили, уважали и ценили. Как Элизабетта считалась эталоном благородной дамы и властительницы своего времени, так Гвидобальдо, ее муж, воспринимался и окружением, и соседями- правителями как истинный передовой человек эпохи Возрождения - государь, воин, меценат, дипломат. Так, «кроме урбинского, трудно найти такие дворы, где царили бы благородство нравов и уважение к наукам и искусствам», замечает поэт и писатель Балдассаре Кастильоне. Гвидобальдо покровительствует уроженцу Урбино, Рафаэлю (его просто балуют наперебой), заказывая, среди прочего, картины, которые мы можем увидеть и в российском Эрмитаже.
Например, вот эту.
«О нём[Федерико] и его знаменитых преемниках Гвидобальдо и Франческо Мария сказано: «Они возводили здания, заботились о возделывании земель, всегда жили в одном и том же месте и содержали множество людей; народ любил их» (Яков Буркхардт).
Франческо Мария невероятно гордился тем, что дядя с женой избрали его своим наследником и приемным сыном. Элизабетта относилась к мальчику с заботой, вниманием и любовью, такую мачеху можно было делать героиней только самой доброй и счастливой сказки. Одновременно Франческо Мария считался главой семьи делла Ровере, после кончины своего родного отца. В этом качестве он несчастливо прославился.В 17-летнем возрасте юноша совершил двойное убийство, защищая честь овдовевшей сестры. Франческо собственноручно убил ее воздыхателя, веронца Джованни Андреа дель Браво, вместе с личным слугой сестры, которого считал ответственным за нежеланную связь.
Фактически, ему это сошло с рук - вступился дядя, могущественный папа римский. Убийство стали называть «случаем, достойным сожаления», но на этом и все. Будущий герцог Урбинский не должен был пострадать, а его имя -оказаться запятнанным.
По сути, дело замяли.
В жены Франческо Марии избрали Элеонору Гонзага - племянницу Элизабетты, дочь ее брата, маркграфа Мантуи. Встретились молодые, кстати, спустя три года после заключения формального брака.
1508 год стал знаковым для усыновленного юноши: умер герцог Гвидобальдо, Франческо Мария стал герцогом Урбинским и впервые встретил свою жену. Все это время новый герцог проводил на театре сражений, возглавляя папскую армию в войне против Венеции и Феррары. Элизабетта в это время разумно и успешно правила Урбино. А реализовался этот брак еще спустя два года.
Принято считать, что на этой картине уже знакомый нам Витторе Карпаччо изобразил не просто юного воина в латах, а именно молодого Франческо Марию делла Ровере, герцога Урбинского.
Неясный девиз “Лучше умереть, чем запятнать себя” рядом с горностаем следует рассматривать как знак верности Папе Юлию II перед войной с Францией, и горностай, кстати - одна из личных эмблем герцога Урбино. На заднем плане всадник в ливрее черно-желтого цвета, как и ножны меча рыцаря – династические цвета герцогов Урбино. Персонаж изображен на фоне города, несомненно, это Анкона – даже определили район: Каподимонте.
Возможное происхождение картины из коллекции Герцогов Урбино (в описи в 1609 году) -также свидетельство того, что перед нами молодой Франческо Мария делла Ровере.
Но этот юноша доставил еще массу хлопот своему заботливому дяде Юлию II. Слишком горячим был его нрав - и слишком необузданным сделала его натуру постоянная война.
Сегодня получилось довольно коротко, в следующий раз расскажу побольше - нас ожидают предательства, любовь, шедевры гениев и убийства, - все, чем славен итальянский Ренессанс.