Когда у Даши заболела спина, родители не заподозрили ничего страшного. Девочка гуляла с друзьями, кто-то неудачно поднял ее на руки — решили, что просто потянула мышцы. Врачи сначала тоже не увидели проблемы. Но состояние становилось хуже: Даша быстро уставала, ей было тяжело ходить, сил почти не оставалось.
После анализов семье позвонили прямо по дороге домой и срочно направили в отделение детской онкологии в Ставрополе. Там прозвучал диагноз — острый лимфобластный лейкоз.
Папа Даши, Дмитрий Пристенко, вспоминает, что сначала лечение шло относительно спокойно. После химиотерапии дочери стало легче, ей даже разрешали ненадолго выходить гулять. Дмитрий всегда был рядом, чтобы поддержать ее, если внезапно станет плохо. Но потом на лице у Даши появились небольшие прыщики. Девочка их выдавила, после чего лицо начало стремительно опухать.
Врачи сначала решили, что это аллергическая реакция на химиотерапию. Но становилось только хуже. Тогда родители связались с Центром имени Дмитрия Рогачева в Москве. Профессор Александр Карачунский сразу сказал: нужно срочно приезжать.
К этому моменту отек был настолько сильным, что Даша уже ничего не видела. В Москву ее везли на реанимобиле. В Центре выяснилось: это была не аллергия, а тяжелая синегнойная инфекция. Девочку подключили к аппарату искусственной вентиляции легких, а из-за некроза врачам пришлось удалить часть кожи и мягких тканей лица.
Дмитрий говорит, что дочь почти полтора месяца находилась без сознания. Когда она начала приходить в себя, то спросила: «Я дня три была в отключке?» Все это время отец постоянно находился рядом. Даша не могла видеть его, но чувствовала — держала за руку.
После реанимации семье пришлось буквально заново учиться жить. Даша училась сидеть, вставать и ходить. Дмитрий вспоминает, что тогда его поразили не стены больницы и не оборудование, а люди вокруг. Медсестры, врачи и сотрудники Центра, по его словам, были невероятно внимательными и человечными.
Сам он почти не показывал эмоций. Дмитрий служил в МВД и привык держаться спокойно даже в самых тяжелых ситуациях. Когда родственники звонили и начинали плакать, он просил их не делать этого. Говорил, что дочери сейчас нужна уверенность, а не паника.
Хотя внутри, признается он, было страшно всегда. И в день постановки диагноза, и позже, когда Даша оказалась в реанимации. Но рядом с дочерью нужно было быть сильным.
Постепенно Даша начала возвращаться к жизни. Ее отвлекали учеба, творчество, экскурсии и друзья, которых она нашла в больнице. Когда врачи впервые разрешили выйти за территорию Центра, отец с дочерью поехали на Красную площадь.
За полтора года лечения и реабилитации Даша перенесла 27 операций под общим наркозом. Впереди еще установка глазного протеза и новые этапы восстановления. Но сегодня ей уже 17 лет, она учится на дизайнера, ходит на дискотеки, ездит с папой на рыбалку и в горы и живет обычной жизнью подростка.
По словам Дмитрия, болезнь не изменила ее характер. Даша осталась такой же активной, упрямой и веселой. И до сих пор любит напоминать родителям, что скоро ей исполнится 18 — а значит, гулять можно будет хоть до утра.
Чтобы такие истории становились реальностью, нужна поддержка тысяч людей. Именно благодаря благотворителям дети получают лечение, проходят сложную реабилитацию, возвращаются к обычной жизни, учебе, друзьям и своим планам на будущее. Поддержать фонд «Подари жизнь» и помочь детям можно по этой ссылке.