С каждым днем позитивных изменений все больше. Больше всего поражает факт, что, кажется, после всех кошмаров своей жизни я сейчас становлюсь здоровее, чем была до болезни 15 лет назад. И здоровее по пищевому поведению и метаболизму, чем было 30 лет назад. Все-таки происходящее - прямое подтверждение тому, что вся прошлая жизнь была заблокирована свыше. Сейчас жизнь становится обычной. Но поскольку я жила настолько сильно хуже обычных людей, то изменения нахожу чудесами. (Впрочем, по некоторым моментам, думаю, все лучше, чем обычно. Значит, компенсация за лишения - не вымышленный факт, я раньше просто не доживала до этого, а теперь дожила.)
Что меня так поразило? Да то, что с низа живота резко ушло 7 см, с талии - 10 см. Это все сразу показатели, с зимних. При этом, за две недели по весу отвалилось всего полкило (вес движется к 67, кстати), а объемы рухнули. Да только вот начала зимы до начала мая с живота ушел всего 1 см, с талии - 4 см, а за остаток мая отвалилось все остальное. Это о чем говорит? Подкожный жир же не уходит так быстро. Ушел висцеральный жир, который делал низ живота выпяченным, рыхлым, водянистым, образовывал несколько валиков, и это было неподвластно ни диетам, ни упражнениям. А я с этим мучилась с подростковых лет. Но кортизол мне не давал это убрать.
Раньше я худела на полуголоде, убирая подкожный жир, а висцеральный жир никуда не уходил. Но даже при похудении живот оставался странной неприятной формы. И вот я мучилась, слушая советы про белок и спорт, а дело было в кортизоле. Если бы дело было не в кортизоле, то живот, который держался 30 лет, не рухнул бы за месяц. При этом, небольшой слой подкожного жира слабо ушел, как и генетически мягкая кожа. Но с ушедшим висцеральным жиром все остальное перестало выглядеть уродливо. Да, несовершенно, но в рамках нормы, не уродливо.
Раньше я на полуголоде держала 64-65 кг, а сейчас от этого веса меня отделяют лишь 2-3 кг. А фигура-то выглядит так, как будто у меня уже 64 кг. Т.е. можно дальше не худеть. Я и не худею, просто вхожу в свою родную норму, в которой я изначально должна была быть, если бы мне с детства не разрушили сон. Т.е. 70-75 кг - не моя норма, а мне всю жизнь говорили обратное. И я больше не голодаю. Ем на 1600-1700 ккал по сытости, и вес продолжает по чуть-чуть отваливаться. Возможно, я теперь буду даже худее и более сытой, чем была до болезни и с вечным голодом. Это и стало лучше, чем было.
Я не зря раньше недоумевала, что не должен человек иметь метаболизм в 1200 ккал, не должен держать стройность на голоде, не должен быть высокий % жира у астеника. Но я не могла раньше с этим справиться. Потому что были самые настоящие гормональные проблемы такого невидимого, не очевидного гормона, на который и не подумаешь (хоть и подозреваешь) и с которым никто ничего не делал. Если бы не я, которая молодец. Конечно, зло берет. Столько мучиться, когда можно было быть здоровой сразу. (Значит, не-можно, значит, карма.)
Также я вчера вдруг сообразила: ведь у моих пиков пробуждений настолько яркий характер кортизола, что все прочие причины ночных пробуждений не имеют - ни одна! - такой симптоматики. Почему врачам этого было не видно? Если бы причина, мешавшая мне 30 лет спать, была не в кортизоле, я бы не пробуждалась строго в одни и те же часы с одними и теми же симптомами. Снова зло взяло, что это все игнорировали и лечили, что угодно, но не то, что нужно.
Можно подумать, будто я подгоняю симптоматику под кортизоловые пики. Но это не так. Я разобрала все возможные виды пробуждений, их причины, симптомы, откинула однозначно то, что можно было откинуть по результатам других анализов и прошлых обследований. Живот, который не уходил всю жизнь и ушел за месяц, тоже ведь показателен. Метаболизм, который не работал всю жизнь и заработал за месяц - показателен. Симптоматика с позывами в туалет, которая не лечилась в почках и других органах и завязана на кортизоловой активности - снова показательна. Ну не могут все эти разрозненные признаки уйти от регуляции всего лишь кортизолового пика, если бы причина была не только в нем.
Я также поизучала про полисомнографию, в которой смысла для меня теперь нет. Как говорила, эта процедура нужна лишь затем, чтобы доказать то, чего у меня нет. На непосредственно причину она не укажет, а лишь откинет ненужное. Но и без того ясно, что у меня нет того, чего нет. Но еще полисомнография в больничных условиях (я там не усну) смажет чистые показатели сна. А со смазанными показателями делать процедуру еще более бесполезно.
Также из-за того, что своей терапией я уже смазала показатели пиков кортизола, отпадает смысл и в этих сложных анализах. Что я теперь докажу, если проблема сглаживается? Да и зачем мне это доказывать, если мне не нужны специальные лекарства по регуляции кортизола?
Я еще поискала информацию на тему, неужели моя поломка настолько редка, что врачи ее не могут обнаружить? Оказалось, нет. Она не редка. Но она плохо диагностируема! Поэтому кортизоловые пики, да еще без адреналина - это последнее, что вообще подозревают. Хотя симптоматика у этих пиков яркая и характерная. Но сложно и муторно этим заниматься, проще поставить диагноз "депрессия и тревожное расстройство". А факт, что на меня не действовали противотревожные или напротив ухудшали сон - это тоже доказательство того, что проблема биологическая, а не психологическая. Что бессонница - базовая причина, а не следствие тревожности.
В общем, не буду спрашивать, что со всеми этими врачами не так. Как ИИ объяснил, протокол. Все, что не входит в протокол, то не учитывается.
Даже, положим, сделай я все нужные анализы и докажи причину поломки, куда я потом с этим? Я, без спецобразования, приду ко врачу со словами, что вычислила проблему в сбитых командах гипоталамуса? И меня пошлют. Либо кто-то очень умный за очень деньги все же согласится. Но, к счастью, искать кого-то очень умного нет нужды (да и очень денег на это нет, правда), потому что проблема с каждым днем поразительно быстро уходит.
Вчера пошла на новый шаг по снижению антиконвульсанта. Снизила с 300 мг до 150 мг. Прошли почти сутки, негативной реакции нет. Если следующие несколько дней будет все держаться, буду снижать оставшееся. Стоит отдать препарату должное, он свое дело все-таки сделал: подготовил почву для посадки. Но сейчас пользы от препарата нет, а зависимость есть (а, значит, и вред), потому надо его выводить из организма. Нейролептик вывела несколько дней назад полностью, все прошло благополучно. Последним буду оставшиеся 25 мг антидепрессанта отменять, он пока служит последней подпоркой для утреннего сна (с ночным сном все неплохо). Если все пойдет хорошо, то через месяц смогу слезть со всей своей тяжелой артиллерии. А этой артиллерией в том или ином количестве меня пичкали 7 лет, последние 5,5 лет уже на постоянку было.
В общем, моя невидимая болезнь с невидимым диагнозом теперь также невидимо рассасывается. Парадокс, правда? Не удивлюсь, если найдутся потом люди, которые будут говорить, что у меня ничего не было, это я для пиара.