Многие думают, что Китай-город – это район бесконечных чайных и лавок с сувенирами. Но название древнего московского посада не имеет к географии Поднебесной никакого отношения. Строительство каменной крепости началось в 1535 году по указу Елены Глинской, матери Ивана Грозного.
Руководил стройкой Петрок Малый (Пьетро Франческо Аннибале), итальянец, приглашенный в Москву. По одной из версий, крепость получила название из-за происхождения архитектора: он мог использовать итальянское слово città («город»), а местные жители переиначили его на русский лад. По другой, более популярной среди историков версии, название пошло от слова «кита» – так называли связки жердей или плетеные короба для земли, которые применяли те же итальянские инженеры при возведении валов.
Всего за три года (1535–1538) вокруг огромного посада выросла стена длиной 2567 метров, толщиной около 4 метров и высотой более 6 метров.
Почему стена была мощнее кремлевской?
В XVI веке артиллерия начала стрелять тяжелыми ядрами по настильной траектории, и старые кремлевские стены, при всей их красоте, для такой тактики уже не годились. Поэтому Китайгородскую стену сделали толще и ниже – чтобы она могла держать удар. У нее было 12–14 башен, а завершали ее знаменитые зубцы в форме «ласточкиного хвоста», которые итальянцы и привезли в московскую архитектуру.
Башни Китай-города специально вынесли за линию укрепления – так можно было вести обстрел вдоль стен. В каждой башне оборудовали три ряда бойниц, орудия расставляли в несколько ярусов, а в подвальном уровне устроили амбразуры для стрельбы вдоль рвов. На верхней части стены появились защищенные мерлонами (прямоугольными зубцами шириной до двух саженей) площадки для пушек. Под ними разместили подвалы для хранения боеприпасов, проложили подземные ходы и построили так называемые «слухи» – специальные сооружения со стенами, обшитыми листовой медью, которые помогали вовремя заметить вражеский подкоп. Этажи башен разделяли деревянными полами или мостами, реже – купольными или коробовыми сводами. Укрепления получились настолько удачными, что впоследствии по образцу Китайгородской стены выстроили Серпуховский кремль, стены Троице-Сергиевой лавры и Белого города.
Как стена стала «лишней»
К XVIII веку крепость утратила военное значение и… начала обрастать хозяйством. Прямо на стену и к ее подножию лепили лавки, склады, амбары и даже конюшни. В XIX веке здесь вовсю торговали книгами и мукой. У такого соседства была своя экономическая логика: владельцам торговых точек вменялось за свой счет ремонтировать те участки стены, к которым примыкали их лавки. Сама же прилегавшая территория шла за бесценок – по рублю за квадратную сажень (примерно 2750 рублей за квадратный метр в пересчете на современные деньги).
К концу XIX века стену все чаще называли аварийной. Еще в 1807 году рухнул участок длиной в 23 сажени (около 49 метров). В 1813-м часть южной стены разобрали для починки кремлевских укреплений. К тому же стена мешала растущему движению, и в ней начали пробивать дополнительные проезды. Самый известный из них – Третьяковские ворота на Театральном проезде. Этот дом в русском стиле с островерхим шатром, башенками со шпилями и зубцами спроектировал архитектор А. С. Каминский. Когда в советское время стену массово сносили, ворота чудом уцелели, а в начале XXI века их отреставрировали вместе с прилегающим Третьяковским проездом.
Трагедия 1934 года: стена на щебень
В 1920-х годах у стены еще оставались шансы на спасение. Реставраторы во главе с Петром Барановским расчистили ее от векового мусора и даже нашли древние клады. Но в 1932 году стену объявили «никому не нужным архитектурным хламом», и столица, нуждавшаяся в развитии, вынесла ей приговор. По решению Моссовета крепость разобрали, а кирпич и белый камень пустили на щебень для строительства первой очереди метро. Так фундаменты великой крепости в прямом смысле помогли проложить тоннели под Москвой.
Что осталось сегодня? (спойлер: больше, чем кажется)
Чтобы увидеть следы средневековья, не нужно покидать центр Москвы. Они сохранились буквально в нескольких шагах от оживленных площадей и станций метро.
Начнем с фрагмента у гостиницы «Метрополь» (Театральный проезд, дом 2). Это единственный участок оригинальной стены, который сохранился на своем историческом месте с XVI века. Здесь до сих пор видна та самая древняя кладка и зубцы «ласточкин хвост». Рядом находится Птичья башня – правда, та, что стоит сегодня, восстановлена в 1997 году и, к сожалению, заметно отличается от оригинала. Зато оригинальная соседняя башня, давшая название всему сооружению, прославилась тем, что в начале XX века в ней устроили… Музей птицеводства.
Остались еще следы, спрятанные под землей. Если спуститься в переход станции метро «Китай-город» со стороны Славянской площади, за стеклом и решеткой можно увидеть мощные белокаменные блоки. Это фундамент Варварской башни – одних из главных ворот Китай-города. Именно через них въезжали в древний посад, а в XVIII веке у стен башни торговали в лавках и даже случился «Чумной бунт».
Новые открытия преподнес и парк «Зарядье». При его строительстве археологи обнаружили огромный фрагмент белокаменного основания стены с «камерами» подошвенного боя – специальными нишами для стрельбы в упор. Сегодня этот фрагмент можно увидеть в Подземном музее «Зарядья», где древность и современность разделены только стеклом.
Наконец, стоит обратить внимание и на воссозданные объекты. Воскресенские (Иверские) ворота между Историческим музеем и старым зданием Московской городской думы – это восстановленная в 1995 году копия ворот, через которые когда-то входили на Красную площадь. А участок стены в Китайгородском проезде у парка «Зарядье» отреставрировали еще в 1970-х – по сути, заново собрали из найденных кирпичей. Руководил этой работой легендарный реставратор Петр Барановский, который не хотел мириться с утратой истории.
Китайгородская стена пала жертвой урбанизации XX века, но не исчезла бесследно. Сегодня сохранившиеся фрагменты являются объектами культурного наследия федерального значения. Они спрятаны в переходах метро, за стеклом музея и у гостиницы «Метрополь». Увидеть их хотя бы раз стоит, чтобы представить себе, какой огромной и неприступной была Москва во времена Ивана Грозного.