А сегодня мы снова поговорим о странных законах "варварских королевств". Та давно прошедшая эпоха оставила после себя множество необычных и нелогичных с точки зрения современного человека титулов в "варварских правдах". Любой современный человек, привыкший к современным же преступлениям и наказаниям, даже немного углубившись в их изучение, будет удивлён, ошарашен и выскажет неподдельное удивление, увидев штрафы и сравнив наказания за самые ходовые преступления "тёмных веков".
И нужно сказать, у него для этого будет причина и повод. Некоторые злодеяния, которые сейчас и проступком‑то не считаются, в те далёкие времена карались настолько суровой вирой, что проще было пойти и повеситься на ближайшей осине, чем выплачивать в казну пять своих годовых заработков. С другой стороны, некоторые преступления, за которые сейчас можно легко и непринуждённо уехать на пожизненное, и за преступления‑то не считались. В общем, сплошная неразбериха, в которой мы сегодня попробуем разобраться. И начнём мы… С кражи изгороди.
- XXXIV. О краже изгороди
§ 1. Если кто отрежет 2 или 3 прута, которыми связывается и сдерживается вверху изгородь, или сломает или вырвет 3 кола, присуждается к уплате 15 солидов.
Прибавление 1. Если кто сожжёт чужую изгородь, присуждается к уплате 15 солидов. (Салическая правда.)
Вот так, пятнадцать солидов за три сломанных прутика. Ну, где это видано? Доколе кровавый режим Хлодвига будет угнетать несчастных франков, которые просто немного похулиганили?
Ну, это, конечно, шутка, а если посмотреть в ретроспективе, то тут мы видим одно из самых болезненных для королевства франков преступлений. Во времена правления короля Хлодвига и его сыновей франкская держава понемногу становилась на ноги и накапливала силы, как военные, так и экономические. А единственным источником, откуда она могла брать для этого ресурсы, была земля. Вернее, налоги, что собирали короли со свободных общинников и «лучших людей». Налоги, как понятно, платились не с урожая, потому что урожай — это вещь вполне себе переменная, а с величины надела. Потому что размер обрабатываемого поля — это была та самая неизменная константа, опираясь на которую можно не просто собирать налог, но и прогнозировать его получение в следующие 365 дней. А также в году, который придёт за ними.
Вот только работает такая простая и понятная схема только в том случае, если земельные унаделы существенно не меняются в течение года. Нет, понятно, что какие‑то изменения происходят постоянно: выделяются участки наследникам, появляются новые поля, отвоёванные у Великого Леса, — в общем, у кого‑то прирастает, а кто‑то умирает, и его сыновья делят отцовский аллод на части. Но всё это отображается в документах местного графа, и он, понимая, сколько у кого земли, не придёт с большим налогом к человеку с меньшим наделом земли.
А вот когда изгороди между полями уничтожают, сжигают или просто переносят, то есть начинают заниматься "чёрным переделом" земли, вот тут начинается натуральный ад. Причём не только для общинников, у которых внезапно отжимают часть надела, с которого они по‑прежнему должны платить налог, но и у королевства, которому этот налог не заплатят просто потому, что нечем.
И вот именно поэтому для того, чтобы предотвратить местные разборки за неправомерно отчуждённую землю в обществе, где каждый мужчина вооружён, ну и, конечно же, для того, чтобы не терять прогнозируемую налоговую базу и в земле, и в людях, и родился этот закон. По которому наказание за три сломанных прутика больше, чем за сломанную руку или ногу соседа. Потому что ваши ноги и руки — это исключительно ваше дело, а, ломая прутики, вы подрываете экономическую базу королевства. А вот это — недопустимо.
И сразу же давайте поговорим ещё об одном серьёзном экономическом преступлении — о незаконной женитьбе.
- VI. О соучастниках при умыкании
§ 1. Если кто замыслит вступить в супружество с чьим‑нибудь сыном или дочерью без согласия их родителей и будет уличён, и в этом будут замешаны родственники — или в качестве похитителей, или в качестве сотоварищей при умыкании, — они подлежат смертной казни, а имущество их переходит в казну. (Салическая правда.)
И у тебя, дорогой читатель, совершенно естественным образом возникнет два вопроса. Во‑первых, с какого это перепуга замужество без согласия родителей — это экономическое преступление? И, во‑вторых, по какой причине наказание за этот, в общем‑то, довольно безобидный проступок — смертная казнь? Ведь за убийство, даже за убийство графа или королевского антрустиона, полагается всего лишь штраф. Да, совершенно конский, но тем не менее. Почему же решивших двух молодых дурачков, решивших жениться без согласия родителей, ждёт смерть, также, впрочем, как и всех тех, кто им помогал в этом последнем в их жизни приключении?
Да всё очень просто: всё дело опять в налогах. Этот конкретный титул появился в "Салической правде" во времена Хильперика, то есть во времена централизации власти и смертельной борьбы за неё среди потомков короля Хлодвига. Государству требовались деньги вообще на всё: на армию, дороги, укрепления, расширение городов и угодий, — и по‑прежнему взять их можно было только "с земли". И вот как‑то так случилось, что намного проще и эффективнее получить их можно было с одного крупного хозяйства, чем с нескольких десятков мелких.
А так как в это далёкое время по законам франков не всё имущество переходило старшему сыну, а не очень равномерно, но всё же разделялось среди всех наследников, включая женщин, для короля и королевства было жизненно важно не распылить ту самую землю, вокруг которой всё вертелось. А строго наоборот — максимально сохранить её в одних руках. Потому что один большой налогоплательщик никуда не денется, а с двух дюжин голодранцев, у каждого из которых хорошо, если есть по полманса земли, ничего толком не соберёшь. Вместо денег у них сплошные отговорки и истории про неурожай, засуху и ливневые дожди.
И поэтому вот эти все браки, заключённые без договорённостей, которые не приносят новые земли крупным, средним, да и мелким землевладельцам тоже, а наоборот уменьшают их наделы за счёт выделения наследства, вообще никому не нужны. А меньше всего — государству, потому что это прямая угроза королевской казне, а значит, и существованию королевства вообще.
Кстати, именно поэтому все преступления против половой и личной неприкосновенности свободных женщин в "салической" и "рипуарской" правдах на первый взгляд чудовищно, неоправданно жестоки. И всё дело не в том, что франкские короли их очень любили. Хотя они их действительно очень любили. Просто не нужно, блин, разрушать экономику государства своим спермотоксикозом.
И сразу после женитьбы давайте перейдём к колдовству, ведьмам и прочей мистической дряни, с которой франкские короли боролись ещё до того, как это стало мейнстримом, и на мировую сцену вышла святая инквизиция.
- LXIV. О прислужнике при колдовстве
§ 1. Если кто обзовёт другого прислужником при колдовстве, т. е. пособником ведьм, или таким, про которого ходит слух, будто он носит котёл, где ведьмы варят (свои снадобья), присуждается к уплате 63 солидов.
§ 2. Если кто обзовёт свободную женщину колдуньей и не будет в состоянии доказать, присуждается к уплате 89 солидов.
Прибавление 1. Если колдунья съест человека и будет уличена, присуждается к уплате 200 солидов. (Салическая правда.)
Вообще все титулы о колдовстве и ведьмах, которые мы можем найти в "варварских правдах", обозначают ведовство одним из самых тяжёлых преступлений и, соответственно, требуют в случае, если это самое ведовство доказано, выплаты самых крупных штрафов, превышающих, на секундочку, даже некоторые штрафы за убийство. Почему так случилось? Да всё на самом деле просто. Во всём виновата Юстинианова чума.
Столкнувшись с чудовищной эпидемией, жители "варварских королевств" гибли сотнями тысяч, а единственной рабочей защитой от "чёрной смерти" было максимальное дистанцирование и закапывание трупов как можно глубже. И вот именно история с закопанными покойниками и стала причиной того, что наказание по "колдовским" титулам "варварских правд" стало более жестоким, чем даже за убийство.
Подавляющая часть колдовства раннего средневековья крутилась как раз вокруг вопросов жизни, смерти и проклятий посредством передачи живым вещей или частей умерших. И понятно, что за ингредиентами начинающие ещё колдуны и ведьмы шли на кладбища, где, случалось, были закопаны и жертвы чумы, которая так‑то до VIII века из Европы никуда не делась. Франки, как и их соседи, довольно быстро связали раскопки чумных трупов и новые вспышки болезни, после чего по какой‑то неизвестной причине немедленно стали угнетать любителей привести "чёрную смерть" к порогу своего дома. И делали они это разными способами, в том числе и законодательными актами.
Впрочем, нельзя не заметить, что с колдовством, как и с прочими преступлениями, дело не было брошено на самотёк. Нельзя было просто и без доказательств обвинить человека в ведовстве. Нужны были свидетели, присяжники и публичный суд с возможностью оправдаться. А главное, для обвиняемого в колдовстве был доступен "Божий суд" с правом выкупа руки из котелка. Кстати, обрати внимание, за ложное обвинение в колдовстве штраф был существенно больше, чем за собственно колдовство. Такие дела.
И последним на сегодня странным законом будет закон о повторном вступлении в брак вдовы.
- XLIV. О reipus’e
§ 1. По обычаю следует, что если человек, умирая, оставит вдову и кто‑либо пожелает её взять, то прежде чем он вступит с нею в брак, тунгин или центенарий должен назначить судебное заседание, и на этом заседании должен иметь при себе щит, и три человека должны предъявить три иска. И тогда тот, кто хочет взять вдову, должен иметь 3 равновесных солида и 1 денарий. И должны быть трое, которые взвесят его солиды; и если после этого будут согласны, он может взять (вдову замуж).
§ 2. Если же этого не сделает и возьмёт её так, должен уплатить имеющему право на reipus 2500 ден., что составляет 63 солида.
§ 3. Если же он исполнит согласно с законом всё нами вышеуказанное, те, которым следует reipus, получают 3 солида и 1 денарий. (Салическая правда.)
То есть понимаешь, да? Кроме всех положенных подарков будущей жене, человек, решивший взять в жены вдову, должен прийти на суд, заплатить ещё три солида и один денарий, и только после того, как собравшиеся оценят их вес, разрешение на свадьбу дадут. Или не дадут, если солиды окажутся недостаточно весомыми. Это вообще о чём? Где логика? С чего такие дополнительные выплаты и почему их не требуют за девушку, выходящую замуж в первый раз?
А всё дело в подарках, которые жених и родные дарят молодым на свадьбу. Помнишь, мы совсем недавно об этом говорили? Создавая ячейку общества, у франков было принято дарить женщине большой свадебный подарок. И это, как правило, были не украшения и красивая одежда, а средства производства: прялка, ткацкий станок, несколько овец, может быть, даже гончарный круг, если девушка занималась керамикой. И это имущество, хотя и оставалось в семье и приносило доход и пользу той же самой, считалось её собственностью, чьей задачей было обеспечить ей существование, если её муж умрёт раньше неё.
И вот именно за это имущество, которое женщина забирала с собой в новую семью, и должен был заплатить мужчина её родственникам. Семья, из которой уходила вдова, теряла один из источников дохода, и компенсация за эти средства производства виделась франкам справедливым деянием. И, кстати, если у вдовы не оказывалось родных, то деньги у её будущего супруга всё равно забирали и отправляли в королевскую казну. Потому что: "Dura lex, sed lex".
- Прибавление 1. Вот как надо различать, кому следует reipus.
§ 4. Если окажется племянник, сын сестры, как самый старший, он должен получить reipus.
§ 5. Если не окажется племянника, reipus получает старший сын его.
§ 6. Если не окажется сына племянника, reipus должен получить сын двоюродной сестры, который происходит из материнского рода.
§ 7. Если не окажется сына двоюродной сестры, reipus должен получить дядя, брат матери.
§ 8. Если же не окажется дяди, reipus должен получить брат того, кто раньше имел её женою, впрочем, при том условии, если ему не придётся владеть наследством.
§ 9. Если не будет даже брата, reipus должен получить тот, кто окажется более близким, помимо поименованных, перечисленных по одиночке, согласно степени родства, вплоть до шестого поколения, впрочем, при том условии, если он не получит наследства умершего мужа названой женщины.
§ 10. И уж если не окажется родственников до шестого поколения (включительно), тогда поступает в казну и самый reipus, и тот штраф, который будет присуждён в случае тяжбы, возникшей по этому поводу. (Салическая правда.)
Вот такие дела. Законы, которые кажутся нелепыми и глупыми на первый взгляд, в двенадцати случаях из дюжины такими не являются, если присмотреться к ним немного внимательнее. А на сегодня всё. И не то чтобы у франков больше не осталось странных законов, о которых можно было бы поговорить, — просто сделаем мы это в другой раз.
#история
#средневековье
#варварские королевства
#законы
#мировая история