- Тася, я больше не могу скрываться, - молодой человек с букетом белых роз остановился прямо передо мной и так приложил ладонь к груди, будто сейчас собирался петь романс. - Год. Целый год я делю тебя с твоим мужем. Хватит.
Я моргнула. Потом ещё раз. На всякий случай посмотрела на бокал в своей руке, там был обычный морс.
- Простите… что?
Парень шагнул ближе. Красивый, кудрявый, в светлом костюме, с лицом человека, который очень старательно играет драму, но немного забыл текст.
- Не надо делать вид, что ты меня не знаешь, - он понизил голос, но зал уже затих. - Я пришёл не за представлением. Я пришёл за правдой. Ты обещала, что после его дня рождения всё расскажешь.
За моей спиной кто-то поперхнулся. У дальнего стола уронили вилку. А я стояла посреди ресторана, на тридцатилетии собственного мужа, и понимала только одно: я этого человека вижу впервые в жизни.
До этого вечер шёл прилично. Демьяну исполнилось тридцать, мы сняли небольшой зал в ресторане, позвали родню, друзей, пару его коллег. Я утром бегала за тортом, днём гладила его рубашку, а к вечеру уже мечтала снять туфли и сесть где-нибудь подальше от его мамы.
С Элеонорой Павловной у нас отношения не сложились с первого знакомства. Она посмотрела на меня, на мой хвост, джинсы и пакет с пирожными и выдала:
- Демьяше всегда нравились девушки поинтереснее.
Я тогда решила, что ослышалась. Потом поняла: нет, это у неё стиль общения такой. Словно она не свекровь, а строгая комиссия по допуску к её сыну.
- Таисия, салат у вас слишком пресный.
- Таисия, хорошая жена знает привычки мужа без напоминаний.
- Таисия, женщина должна создавать уют, а не просто занимать место.
Демьян обычно морщился.
- Мам, хватит.
А она вздыхала так глубоко, будто он был последней надеждой человечества, а я — досадной помехой в кадре.
В тот вечер она сидела во главе стола в лиловом платье и с лицом хозяйки торжества. Хотя день рождения был у Демьяна. Я уже привыкла: где Элеонора Павловна, там центр композиции.
Когда в зал вошёл этот парень с букетом, я как раз разговаривала с женой Демьянова друга. Мы обсуждали совершенно безопасную тему: почему в ресторанах салат из трёх листьев стоит как зимняя резина. И тут он направился ко мне.
Сначала все решили, что это курьер.
- Наверное, подарок Демьяну, - шепнула знакомая.
Но «подарок» подошёл ко мне и начал рассказывать, что мы год вместе.
- Мы не можем больше прятаться по съёмным квартирам, - продолжал он, всё больше входя в роль. - Не можем встречаться украдкой, писать друг другу ночью, делать вид, что между нами ничего нет. Я устал быть тенью, Тася. Ты говорила, что любишь меня. Что он тебе чужой. Что ты просто ждёшь подходящего момента.
- Молодой человек, - я осторожно поставила бокал на ближайший столик, - вы меня с кем-то перепутали.
Он горько улыбнулся. Вот прямо горько. Я бы даже похлопала, если бы не была главной обвиняемой.
- Ты всегда так делаешь, когда боишься.
- Я всегда так делаю, когда незнакомые люди несут чушь.
Демьян уже шёл к нам через зал. Лицо у него было странное: не злое, а растерянное. Он явно пытался понять, это чей-то идиотский розыгрыш или нужно звать охрану.
Но свекровь опередила всех.
- Я так и знала! - Элеонора Павловна вскочила со стула, чуть не опрокинув вазочку с оливками. - Правда всегда проявится! Всегда!
Зал ожил. Тётя Демьяна схватилась за сердце, но при этом придвинулась ближе, чтобы лучше слышать. Его двоюродный брат достал телефон, за что получил от жены локтем в бок.
- Мама, сядь, - Демьян резко обернулся. - Тася говорит, что не знает его.
- Конечно, она так говорит! - свекровь всплеснула руками. - А что ей ещё говорить? «Да, дорогие гости, я год кручу шашни с Вас…»
Она запнулась. Совсем чуть-чуть. Но я услышала.
Парень тоже услышал. У него дёрнулся глаз.
- С кем? - я медленно повернулась к ней.
Элеонора Павловна быстро приложила ладонь к груди.
- С этим… с этим человеком!
- Вы почти назвали его по имени.
- Не выдумывай. У тебя фантазия работает лучше совести.
Вот тут я бы, наверное, уже начала злиться всерьёз, но молодой человек снова шагнул ко мне с букетом.
- Тася, хватит. Я знаю, ты боишься. Но я рядом.
И потянулся меня поцеловать.
Не знаю, что там включилось в моей голове. Может, инстинкт самосохранения. Может, мои новые туфли наконец решили, что куплены не зря. Я отступила на полшага и ударила чётко носком ему по голени.
Не сильно. Но метко.
- Ай! - он подпрыгнул, букет взлетел вверх, одна роза красиво ушла в тарелку с селёдкой. - Вы что делаете?!
- Защищаю семейные ценности, - выпалила я и отскочила в сторону.
Он схватился за ногу, покрутился на месте и драматично осел на колено. Получилось не как в кино, а как у человека, который наступил на деталь конструктора.
- Васечка! - свекровь с криком бросилась к нему. - Васечка, всё в порядке?
В ресторане стало так тихо, что я услышала, как официант за стойкой тихо сказал: «Опа».
Демьян остановился. Я тоже. Васечка, забыв про боль, поднял на неё глаза.
- Элеонора Павловна, мы так не договаривались!
- Что? - Демьян посмотрел на мать.
Свекровь застыла рядом с Васечкой, всё ещё держа его за рукав.
- Он бредит от боли.
- От удара по голени? - я даже не удержалась. - Может ему скорую вызвать?
Васечка сел прямо на пол и обиженно посмотрел на Элеонору Павловну.
- Вы сказали, что она просто расплачется, убежит, а он с ней поругается. А она дерётся.
- Я не дерусь, - я подняла палец. - Я корректирую дистанцию.
Демьянов друг захрюкал от смеха. Его жена закрыла лицо салфеткой. Тётя перестала держаться за сердце и теперь держалась за телефон, явно кому-то уже печатая отчёт.
Демьян медленно повернулся к матери.
- Мам. Объясни.
- Демьяша, ты не понимаешь, - она сразу сменила голос на мягкий, почти плачущий. - Я хотела открыть тебе глаза.
- На что?
- На то, что эта женщина тебе не пара.
- Поэтому ты наняла актёра?
- Я не просто актёр, - возмутился Васечка с пола. - Я ведущий детских праздников. У меня сегодня вообще пиратская смена должна была быть.
Я закрыла рот рукой. Не помогло. Смех всё равно вырвался.
- Простите, - я посмотрела на него. - То есть вы между пиратом и моим любовником выбрали второе?
- Мне сказали, будет приличный семейный праздник, - Васечка сердито поправил пиджак. - И оплатят по двойному тарифу.
Элеонора Павловна побледнела.
- Василий, замолчи.
- Нет уж, - Демьян снял пиджак и положил на спинку стула. - Василий сейчас договорит.
Васечка, видимо, понял, что заказчик тонет, а спасательный круг не предусмотрен.
- Ваша мама попросила сыграть, что я год встречаюсь с вашей женой. Сказала, что вы слишком хороший для неё, а она… - он покосился на меня и замялся. - Ну, там были формулировки. Я не всё повторю при дамах.
- Повтори, - я сложила руки на груди. - Мне уже даже интересно, как меня классифицировали.
- Таисия! - свекровь ахнула.
- Что Таисия? Мне же всё равно разводиться, надо хоть отзывы послушать.
Демьян подошёл ко мне и встал рядом. Просто рядом. И это было очень вовремя, потому что я уже чувствовала, как у меня от нервов начинают дрожать колени.
- Тая не разводится, - он сказал это спокойно, но так, что даже тётя перестала печатать. - А вот ты, мама, сейчас извинишься.
Элеонора Павловна выпрямилась.
- Перед ней?
- Перед моей женой.
- Она тебя испортила.
- Нет, мам. Она меня терпела. Особенно когда я делал вид, что твои уколы - это просто шутки.
Я повернулась к нему. Он на секунду встретился со мной взглядом и взял меня за руку.
Свекровь открыла рот, закрыла, потом всё-таки выдавила:
- Таисия, если тебе было неприятно…
- Было, - я кивнула. - Причём не только сегодня. Но сегодня особенно.
Кто-то снова прыснул.
- Я хотела как лучше, - прошептала она.
- Для кого? - Демьян смотрел на неё уже без растерянности. - Для меня? Тогда странный подарок на тридцатилетие: фальшивый любовник, крики и ведущий детских праздников на полу.
Васечка поднял руку.
- Я, кстати, могу уйти? У меня нога и моральная травма.
Демьян достал кошелёк, положил на стол несколько купюр.
- За представление и моральную травму. И больше никогда не соглашайтесь на семейные спектакли.
- После сегодняшнего я только пиратов, - Васечка поднялся, забрал остатки букета и поковылял к выходу. На ходу оглянулся: - С днём рождения, кстати.
Зал выдохнул. Кто-то нервно засмеялся. Официант подошёл к нам и очень серьёзно спросил:
- Торт сейчас выносить или дать семье ещё минут десять?
Я не выдержала и рассмеялась. Демьян тоже. Даже его двоюродный брат сказал:
- Торт. Срочно торт. Надеюсь второго акта не будет.
После этого вечер уже нельзя было сделать нормальным, но можно было сделать приятным. Мы с Демьяном сели за стол. Элеонора Павловна вела себя тихо, резала салат на такие маленькие кусочки, будто мстила зелени.
Когда гости начали расходиться, она подошла к нам в гардеробе.
- Демьян, я поеду с вами.
Он помог мне надеть пальто и даже не сразу ответил.
- Нет, мам. Сегодня ты поедешь домой. Одна.
- Но нам надо поговорить.
- Нам надо было говорить раньше. Когда ты в первый раз сказала Тае гадость. Когда второй. Когда третий. А сегодня ты попыталась устроить ей публичное унижение. Так что разговор будет потом, и только если ты готова извиняться без “если”.
Она посмотрела на меня так, будто я лично украла её любимого сына, фамильное серебро и последнюю надежду на приличную невестку.
- Ты довольна?
Я поправила шарф.
- Если честно, я хотела просто поесть торт.
Демьян хмыкнул, а свекровь поджала губы и ушла.
Дома мы долго сидели на кухне. Уже без гостей, без свечей, без Васечки.
- Ты мне поверил?
Он поднял глаза.
- Сразу. Даже сомнений не возникло.
Я улыбнулась, но внутри ещё было неспокойно.
- Я устала от этого, Демьян.
Он кивнул.
- Знаю. И я виноват, что раньше не поставил границу. Всё думал: мама, возраст, характер. А оказалось - режиссёр семейного театра.
- С элементами клоунады.
- И очень хромающим актёром.
Мы засмеялись. И впервые за весь вечер нормально выдохнула.
Спасибо, что дочитали до конца ❤️
Не забудьте подписаться на мой канал, чтобы не пропустить новые жизненные истории.
Если вы любите истории в жанре современный любовный роман, на портале Литмаркет у меня уже есть полноценные книги в этом жанре. https://litmarket.ru/stella-skay-p1641465/books