...В ночь с 31 Августа на 1 Сентября 1924 г группа Сергученко снова скрытно пересекла границу в полутора верстах севернее железной дороги Себеж – Зилуппе и направились на хутор к некоему Петьке. По дороге Михаил Бойков зашёл к себе и сказал жене, что бы приготовила на всех обед и отнесла на гумно к Петьке, где они остановились на днёвку. Вечером Петька сходил в разведку, убедился, что кругом всё спокойно и в 22.00 группа двинулась дальше. В полутора верстах от деревни Слобода украли колоду мёда с хутора крестьянина под скромным прозвищем “Бог” и пошли в деревню Кицково. Там украли ещё колоду у местного доктора Никифоровского, и свернув в деревню Гвозды, остановились на днёвку в доме сестры Сергученко. На следующую ночь отправились в деревню Житники и разорили там два улья. Мёду набрали так много, что класть его было некуда. Тогда бандиты забрались в дом хозяина ульев и спёрли там ведро, горшок и кастрюлю. (Судя по всему, в Латвии в том году было с мёдом как-то плоховато). В общем, борьба с Советской властью так и кипела. На днёвку остановились в лесу, возле хутора Лабза. Решили пообедать. Семён Сергученко и Мизюрин пошли на хутор за водой, и набрать в поле картошки. Хозяин хутора заметил их и сразу побежал в Житники к таможеннику по прозвищу “Бык” и доложил ему о происшедшем. Затем, вместе с “Быком” они собрали местных крестьян, вооружились кто чем, и двинулись к хутору. Завидев бандитов, мужики стали кричать: “Стой! Кто такие?”, и открыли огонь. Семён Сергученко был без оружия, а у Мизюрина был маузер, но он о нём со страху позабыл, и оба бросились бежать к месту стоянки. Оставшиеся бандиты услышав приближающуюся стрельбу кинулись было в разные стороны, но, видя, что это всего лишь местные мужички, быстро опомнились и ,вернувшись, прижали их огнём к земле, а затем и вовсе обратили в бегство. Что бы выяснить, в чём дело, Тарас переоделся в бывшую у него с собой форму пограничника и отправился в Лабзы, где узнал у хозяина, что после неудачи “Бык” отправился в погранотряд, заявлять о появившейся банде. После этого Сергученко увёл своих людей за 25 вёрст в деревню Большие Дрозды, где они расположились в доме местного кулака Василия Андреева. Хозяин снабдил гостей мёдом, свининой, гусём, чаем и сообщил, что на станцию Есеники из Москвы должен прибыть поезд, в котором привезут жалование для железнодорожных служащих. Бандиты сначала планировали совершить налёт на поезд, но потом почему то отказались от этого дела и отправились в деревню Щупилино, где жил дядя Сергученко. Там они гуляли на вечеринке, покупали в кооперативе папиросы, табак и сахар, а ночью ушли в деревню Зашевенье. Оттуда Тарас направил своего брата Семёна, Мизюрина и Нефёдова узнать, велики ли силы, отправленные на их поимку по докладу таможенника, а сам с остальными вернулся в деревню Большие Дрозды.
Между тем отправленные на разведку решили вернуться к месту стоянки в лесу, где при отступлении они оставили два ведра с мёдом. (Всё - таки явно в Латвии с мёдом была напряжёнка!) Однако на этом месте уже находились в засаде двое наших пограничников. Они произвели по бандитам четыре выстрела. Нефёдов был ранен и бросился в кусты, Семён и Мизюрин метнулись в другую сторону и прибежали в Большие Дрозды, но никого из своих там не обнаружили. Переночевав на сеновале, утром стали ходить по домам, спрашивать - не видел ли кто “кого из наших”. Получив везде отрицательный ответ, и услышав о приближении разыскивающих их пограничников, оба ушли в Шупилино к дяде Сергученко, куда, постепенно, собрались и остальные, кроме Нефёдова. Ожидая его, снова наметили ограбление поезда. Но, ввиду того, что Нефёдов так и не появился, ограбили кооператив и ночью ушли через границу в Латвию. Оказывается, раненый Нефёдов пробрался в Опочку, оттуда перебрался в Псков, там накупил советских газет (очевидно, часть их задания – приобретение открытых источников информации), и перейдя границу у Острова, тоже ушёл за кордон. Отряд пограничников, в количестве 30 человек, высланный на их поимку, на след банды так и не напал и вынужден был возвратиться ни с чем.
В ночь на 23 апреля 1926 г Тарас Сергученко с отрядом боевиков в количестве 12 человек перешёл границу. На нашей стороне бандиты разделились на три группы. Сам Сергученко возглавил одну из них, состоящую из трёх человек и занялся грабежами на приграничных хуторах. Бандит так обнаглел, что отправил письмо с угрозами начальнику Россоновского районного отдела милиции. В тот же день, вечером, эта группа совершила налёт на караульное помещение охраны ж/д моста через речку Дмитровка, с целью захвата оружия, но была отражена ответным огнём. 25 числа бандиты гуляли на Кандуковском хуторе у станции Силково, и выдав себя за Нишанскую волостную милицию забрали у хозяина хутора Романова 9 руб. денег и пять бутылок самогона. (Похоже такое поведение милиции того нисколько не удивило).
Вторая группа, в составе четырёх человек явилась на хутор Вертюхи, как раз неподалёку от моста через Дмитровку, открыла стрельбу по окнам и попыталась вломиться в дом. Хозяин хутора Антон Манчинский попытался бежать, но был схвачен бандитами. Они выстрелили ему в грудь, но попали в руку. Манчинский упал и притворился мёртвым, благодаря чему и остался жив. Тем временем его малолетний сын, разобрав дранку на крыше сумел выбраться из дома и бежал, подняв в деревне тревогу, после чего бандиты поспешили скрыться. Третья группа (5 человек) занималась грабежами в районе местечка Юховичи. Высланные пограничные наряды перекрыли возможные пути отхода банды за кордон, но те, каким-то образом обошли все заслоны и скрылись на территории Латвии.
Между тем, Сергученко решил поправить своё материальное положение, занявшись контрабандой. Он и его люди 30 Апреля перешли границу с партией нелегального товара и остановились на хуторе некоего Власа Василевского близь деревни Большие Гвозды. Туда был направлен отряд из шести пограничников. Когда до хутора оставалось шагов 300-350, внезапно забрехали собаки, и, предусмотрительно выставленные Тарасом дозорные открыли огонь по приближающемуся отряду. Пограничники ответили на стрельбу и под прикрытием огня ворвались на хутор. Однако никого там уже не обнаружили. Бандиты ушли, бросив четыре мешка с контрабандными товарами. Вместе с ними ушёл и хозяин – Влас Веселовский. Преследовать их пограничники не стали, опасаясь засады. Той же ночью банда ушла за кордон.
1 Августа 1926 г Сергученко во главе отряда из 15 контрабандистов, все вооружённые пистолетами, карабинами и обрезами перешёл границу у дер. Калиновки. Направленному на поимку отряду из 22 пограничников удалось настигнуть банду за обедом в лесу близ оз. Одрино. Бой длился ок. часа, после чего бандиты отступили, оставив на месте 100 дюжин шёлковых чулок в мешках, обрез, пистолет “Парабеллум” , двух убитых (Филиппа Белокурова и Власа Веселовского) и одного раненого (Фёдора Школа).
Одиннадцать дней спустя – 12 Августа Тарас Сергученко с группой в количестве 16 человек снова попытался перейти советско-латвийскую границу. Однако на этот раз удача отвернулась от него - бандиты попали в заранее подготовленную засаду. Один был убит, двое ранены ( в том числе сам Тарас), остальные спешно бежали на сопредельную сторону, унеся своих раненых с собой. С нашей стороны были ранены один пограничник и служебно-розыскная собака. Ранение Сергученко оказалось смертельным и вскоре он скончался, а его шайка, оставшись без харизматичного лидера распалась. С гибелью Тараса фактически прекратились и набеги на приграничные территории на участке Себежского погранотряда.
С ПРАЗДНИКОМ ТОВАРИЩИ ПОГРАНИЧНИКИ!