В прошлой статье про этику я говорила о правиле нейтральности - мы не даем советов и рекомендаций пациентам. Почему? Потому что наши пациенты, как правило, и без наших рекомендаций знают, что им нужно делать.
Есть и другой важный момент.
Однажды на занятии по основам психоанализа студентка задала мне вопрос: «Простраивает ли психоанализ будущее?» К счастью, нет.
Конечно, пациенты часто ждут от
В прошлой статье про этику я говорила о правиле нейтральности - мы не даем советов и рекомендаций пациентам. Почему? Потому что наши пациенты, как правило, и без наших рекомендаций знают, что им нужно делать.
Сложность заключается в том, что что-то внутри мешает этому. Что-то в бессознательной части психики. Именно с этим мы и работаем.
Есть и другой важный момент.
Однажды на занятии по основам психоанализа студентка задала мне вопрос: «Простраивает ли психоанализ будущее?» К счастью, нет.
Очень опасно полагать, будто только мы знаем, как для пациента будет лучше, и можем вести его к определённым жизненным решениям. В такой позиции терапевт фактически принимает всемогущую роль, становясь своего рода наместником Бога на земле.
Конечно, пациенты часто ждут от нас советов, рекомендаций, готовых ответов на вопросы о том, что делать и как жить. И у терапевта действительно может возникнуть соблазн принять эту роль. Но наша главная задача — помочь человеку понять самого себя: как он устроен, что важно и нужно именно ему, а не нам. Ведь ответы на самые важные вопросы находятся внутри.
