Вчера пришёл курьер с доставкой. Я открыла дверь, взяла пакет, начала расписываться. И тут Боня — 2,3 кг живого хаоса — вылетел из-за угла, облаял курьера так, будто тот пришёл описывать имущество, а потом развернулся и прихватил мне руку зубами.
Курьер смотрит на меня. Я смотрю на Боню. Боня смотрит на нас обоих с видом «а что такого, я тут порядок навожу».
Курьер спросил: «Он кусается?»
И вот тут я зависла. Потому что три года живу с этим существом — и до сих пор не могу нормально ответить на этот вопрос.
Боня не кусается. Он прихватывает. Это, видимо, разные вещи. Хотя следы на руках одинаковые.
Три года назад я завела тоя, думала — будет карманная собачка, тихая радость. Ну да. Тихая. Он лает на пылесос, на лифт, на соседского кота, на пакет из «Пятёрочки» и на собственное отражение в зеркале шкафа. Зато мышей не боится. Потому что не видел ни одной.
Прихватывает — значит что-то хочет сказать
Первый раз он прихватил мне руку, когда ему было месяцев пять. Я кормила его, полезла поправить миску — и он вот так, аккуратно, зубами за пальцы. Не больно, но ощутимо. Я тогда решила, что это агрессия, чуть не расплакалась. Полезла в интернет, начиталась ужасов. Чуть не записалась к кинологу за 3500 за консультацию.
А потом стала наблюдать.
Он прихватывает, когда я собираюсь уходить. Стоит мне взять сумку в прихожей — подбегает, хватает за руку и смотрит снизу вверх. Не рычит. Не злится. Просто держит.
Он прихватывает, когда играем. Мячик, верёвка, моя тапка — без разницы. Для него зубы — это как руки. Других нет.
Он прихватывает, когда перевозбуждается. Пришли гости — Боня носится кругами по коридору, дрожит так, будто ему сейчас ЕГЭ сдавать, а потом подбегает и — цап. Не укус. Просто цап. Как будто говорит: «Я не знаю, что делать с этими эмоциями, подержи меня кто-нибудь».
Я раньше думала, это проблема воспитания. Ну, типа, я что-то не так делаю. А потом поняла — он так разговаривает. Вот так, зубами. Других инструментов у него нет.
Когда это нормально, а когда — нет
Ладно, одно дело, когда он прихватывает меня. Я привыкла. Но вот к маме приехала в гости — Боня прихватил её за палец, и мама посмотрела на меня так, будто я вырастила крокодила.
Пришлось разбираться серьёзнее.
Вот что я поняла за три года.
Если прихватывает мягко, без рычания, не прижимает уши — скорее всего, это приглашение. Поиграй, погладь, не уходи. Обычно ещё хвостом виляет при этом, весь извивается.
Если прихватывает и сразу отпускает, когда я говорю «нельзя» — вообще нормально. Он проверяет, он щупает границу.
А вот если прихватывает и рычит, прижимает уши, напрягается — тут уже другая история. У нас такое было ровно один раз. Я полезла забрать у него куриную кость, которую он где-то на прогулке подобрал. Он зарычал и вцепился так, что осталась царапина. Вот это уже не «разговор» — это охрана ресурса. Тут я реально испугалась.
Потащила его к ветеринару, думала — вдруг что-то болит. Ветеринар пощупал его, посмотрел, сказал: «Здоров ваш Боня. Просто характер». Приём — 1200 рублей за фразу «просто характер». Спасибо.
Что я делала не так (и что в итоге помогло)
Первый год я дёргала руку. Вот он прихватывает — а я резко отдёргиваю. Для Бони это была игра. Он прихватывал ещё сильнее. Логично, если подумать. Но я тогда не думала.
Потом я начала ругать. Громко. Строго. Боня от крика начинал дрожать, забивался под плед на диване и сидел там минут двадцать. Потом выходил — и через час прихватывал снова. Вообще ноль эффекта, только нервы у обоих.
Что реально стало работать — тупо замирать. Он прихватывает — я замираю, молчу, не смотрю на него. Для него это скучно. Рука не дёргается, не убегает, игры нет. Через несколько секунд отпускает сам.
И второе — я стала отвлекать до того, как он заводится. Вижу, что начинает бегать кругами, дрожать, глаза бешеные — даю ему игрушку. Резиновый мячик за 180 рублей. Он в него вцепляется и переключается. Простая штука, но у нас реально стало меньше прихватов.
Ещё перестала лезть к нему, когда он ест. Казалось бы, очевидно. Но я три года поправляла ему миску, вытирала мордочку во время еды, убирала крошки. А ему это не нравилось. Он просто не мог сказать «отстань» по-другому.
***
Вот сейчас сижу пишу это, а Боня спит у меня на коленях. Свернулся калачиком, нос в свитер засунул, дрыгает лапой во сне. Два килограмма тёплого, нервного, немного безумного счастья.
Через пять минут проснётся, прихватит меня за палец и побежит к двери, потому что решит, что пора гулять. Хотя на улице ноябрь и дождь, и он сам через минуту будет проситься обратно.
Но палец прихватит обязательно. Это у нас уже как ритуал.