Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

ОШИБКА ДА ВИНЧИ: Почему мы видим мир неправильно?

(часть 1 из 4) Представьте: 1960-е годы, разгар космической гонки. Вы летите на орбите со скоростью 28 000 километров в час. Ваша задача — вручную состыковать два многотонных металлических цилиндра. Одно неверное движение джойстика, малейшая ошибка в оценке расстояния — и произойдет катастрофа. Космонавт смотрит на плоский экран монитора, куда передается картинка с камеры. Но может ли он доверять своим глазам? Именно с этой смертельно опасной проблемой столкнулись советские инженеры при разработке системы стыковки космических кораблей «Союз». Решать задачу поручили выдающемуся ученому, сподвижнику Королева — академику Борису Раушенбаху. Пытаясь понять, как без искажений передать трехмерное пространство на плоский экран, инженер-ракетчик неожиданно для всех погрузился… в историю искусств. Он искал ответ на вопрос: как человек на самом деле воспринимает объем на плоскости? То, что открыл Раушенбах, стало шоком. Оказалось, что золотой стандарт живописи, которым мы восхищаемся уже полтысяч
Оглавление

(часть 1 из 4)

Представьте: 1960-е годы, разгар космической гонки. Вы летите на орбите со скоростью 28 000 километров в час. Ваша задача — вручную состыковать два многотонных металлических цилиндра. Одно неверное движение джойстика, малейшая ошибка в оценке расстояния — и произойдет катастрофа.

Космонавт смотрит на плоский экран монитора, куда передается картинка с камеры. Но может ли он доверять своим глазам?

Именно с этой смертельно опасной проблемой столкнулись советские инженеры при разработке системы стыковки космических кораблей «Союз». Решать задачу поручили выдающемуся ученому, сподвижнику Королева — академику Борису Раушенбаху.

Пытаясь понять, как без искажений передать трехмерное пространство на плоский экран, инженер-ракетчик неожиданно для всех погрузился… в историю искусств. Он искал ответ на вопрос: как человек на самом деле воспринимает объем на плоскости?

То, что открыл Раушенбах, стало шоком. Оказалось, что золотой стандарт живописи, которым мы восхищаемся уже полтысячелетия, математически неверен.

Иллюзия эпохи Возрождения

Со школьной скамьи нам внушают: художники эпохи Ренессанса (такие как Леонардо да Винчи) совершили прорыв. Они изобрели прямую линейную перспективу. Все параллельные линии сходятся в одной точке на горизонте, предметы уменьшаются по мере удаления. Кажется, что это идеальное, стопроцентно реалистичное отображение мира.

Но Раушенбах, применив строгий математический аппарат, доказал: линейная перспектива Леонардо да Винчи — это грандиозная оптическая иллюзия.

Почему? Потому что ренессансная перспектива работает как объектив фотоаппарата. Она фиксирует мир из одной абсолютно неподвижной точки, одним «мертвым» глазом.

Но человек так не смотрит!

Глаз видит, а мозг — знает

В реальности у нас два глаза, которые постоянно находятся в микро-движении. И самое главное: мы смотрим глазами, но видим мозгом.

Наш мозг обладает потрясающим механизмом коррекции. Если вы возьмете в руки куб и поднесете его близко к лицу, по законам линейной перспективы его дальние грани должны казаться меньше ближних. Но ваш мозг знает, что грани равны, и автоматически корректирует картинку в сознании. Вы воспринимаете геометрию объекта объективно, а не так, как ее искажает сетчатка или линза камеры.

Раушенбах сделал поразительный вывод: система перспективы Ренессанса учитывает оптику глаза, но полностью игнорирует работу человеческого мозга.

Когда академик начал изучать более древнее искусство — средневековые иконы с их знаменитой «обратной перспективой» (когда линии сходятся не на горизонте, а внутри самого зрителя), над которой часто посмеивались искусствоведы, — он обомлел. Математика показала, что именно средневековый способ передачи ближнего пространства гораздо точнее отражает то, как работает наше реальное, мозговое зрительное восприятие.

Кому нужна объективность?

Художники Возрождения создавали прекрасный визуальный обман, театральную декорацию, иллюзию пространства на холсте.

Но если вы инженер, вам не нужны иллюзии. Вам плевать, как деталь выглядит под определенным углом освещения. Если вы конструируете космическую станцию, вам нужна объективная геометрия. Вам нужно знать истинные размеры, форму и стыковочные узлы, независимо от того, откуда падает свет и где стоит наблюдатель. Для этого инженеры используют чертежи — ортогональные проекции, развертки, схемы.

С объективной геометрией реальности работают только создатели. Инженеры. Строители.

И здесь мы подходим к одной из самых больших загадок истории. Если посмотреть вглубь веков, мы найдем цивилизацию, которая с маниакальным упорством игнорировала визуальные иллюзии и фиксировала мир так, словно составляла гигантский технический справочник.

Мы привыкли смеяться над древнеегипетскими фресками. Люди там нарисованы нелепо: плечи развернуты прямо, лицо в профиль, глаз смотрит на нас, а ноги шагают куда-то вбок. Нам кажется, что древние египтяне просто не умели рисовать.

Но что, если мы смотрим на эти изображения совершенно не под тем углом? Что, если это вообще не искусство в нашем понимании? Что, если египетские жрецы решали ровно ту же самую задачу объективности, что и советские инженеры при стыковке в космосе?

продолжение

👇 Подписывайтесь на канал, чтобы читать следующую статью:

КОД ФАРАОНОВ: Почему египетское искусство выглядит странно