В 1844 году увидело свет необычное издание — «Похождения Христиана Христиановича Виольдамура и его Аршета. Соч. В. Луганского. С альбомом картин на 51 листе, рисованных известным русским художником». За псевдонимом В. Луганский скрывался Владимир Даль, а иллюстратором выступил известный русский живописец Андрей Сапожников. Как отмечал Василий Андреевич Верещагин, библиофил и историк искусства, книга имела огромный успех при публикации и уже к концу XIX столетия стала редкой.
Знакомство Владимира Ивановича Даля с художником Андреем Петровичем Сапожниковым (1795-1855) произошло благодаря общим творческим и научным интересам. Живописец, как и сам лексикограф, был человеком незаурядным: военный инженер, педагог, литограф, преподаватель черчения и рисования в военных учебных заведениях, автор первого российского учебника по основам рисунка. Свободное от службы время Сапожников посвящал живописи и графике. Его исторические полотна и портреты сегодня малоизвестны, в то время как книжная графика остается востребованной. Так, его иллюстрации к басням Крылова активно переиздаются. Помимо этого, художник занимался издательской деятельностью и коллекционированием.
«Похождения Христиана Христиановича Виольдамура и его Аршета» стали первым в русской литературе примером успешного сотрудничества писателя и художника. Андрей Петрович Сапожников создал цикл из 50 медных гравюр, выполненных в технике офорта, и предложил Владимиру Далю написать к ним пояснения. Однако вместо простых подписей к рисункам получилась повесть с интригующим сюжетом и множеством этнографических подробностей.
В произведении рассказывалось о судьбе незадачливого музыканта, сына обрусевших немцев Христиана Виольдамура и его преданного друга – пса по кличке Аршет. После смерти родителей жизнь молодого человека кардинально изменилась: имущество разворовали опекуны, а его таланты оказались никому не нужны. В поисках пропитания герой был вынужден браться за любую работу.
Виссарион Григорьевич Белинский подчеркивал, что повесть была написана как сопровождение к заранее созданным иллюстрациям Сапожникова. По мнению критика, Даль «угадал поэтический смысл этих картинок и написал к ним текст, словно либретто к готовой уже опере».