Петербургу быть пусту!
Такие пророчества звучали с первых лет существования города на Неве. Но он пережил многое, и сегодня, роскошный и блистательный, встречает своё 323-летие!
Санкт-Петербург! Город святого Петра. Не в честь Петра Великого,а в честь его небесного покровителя.
Это первый город в России, строительство которого велось «по чертежам», как тогда говорили, то есть по плану.
К 1725 году, через 22 года после того, как на Заячьем острове заложили деревоземляную крепость Санкт–Питербурх, город имел уже сорокатысячное население, порт, верфи, несколько десятков заводов. Достаточно развиты были такие отрасли промышленности, как металлургическая, металлообрабатывающая, деревообрабатывающая каменнообрабатывающая, стекольная и другие.
Интенсивно производилась застройка города.
С самого начала для рядовой застройки были разработаны типовые «образцовые» проекты для различных групп населения.
В регламентации строительства играли большую роль меры по обеспечению пожарной безопасности.
Например, при постройке домов должны были соблюдаться следующие правила:
печи устанавливать на фундаменте, а не непосредственно на полу;
обязательно устраивать кирпичные разделки между печью и стеной дома;
требование обмазки потолков глиной;
запрещение употребления огнеопасных кровель (соломенных, досчатых и т. д.);
предписание устраивать печные трубы такой ширины, чтобы сквозь них мог пролезть человек и т. д.
Издавались указы по стимулированию каменного строительства. Однако город застраивался преимущественно деревянными домами. Они неизбежно являлись источником постоянных пожаров.
Пожары, наряду с наводнениями, были теми видами стихийных бедствий, от которых население Петербурга страдало особенно сильно.
Меры по предупреждению пожаров и борьбы с ними выработались на Руси еще задолго до Петра. Деревянная застройка русских городов и сел издревле являлась причиной частых пожаров.
Первые точные сведения о противопожарных мерах в России относятся к 1504 году. Это распоряжение Великого князя Ивана Васильевича III, которым предписывалось обывателям Москвы не топить летом изб и бань без крайней необходимости, не держать по вечерам в доме огня и ставить кузнечные и ремесленные мастерские вдали от жилых зданий. Полицейский надзор за городом был возложен на всех без исключения обывателей, а также на особых караульных. По концам улиц были устроены особые заставы (решетки), при которых дежурили решеточные приказчики и по одному обывателю от каждых деcяти домов. Общее наблюдение за исполнением всех указанных требований, объезд города днем и ночью со стрельцами возлагался на объезжих голов, на них же возлагалась распорядительная власть при тушении пожаров.
В 1560 году Иваном Грозным предписывалось во дворах на случай пожара иметь бочки и чаны с водой, а в 1571 году последовало распоряжение об окончательном запрете всем без исключения обывателям топить летом избы.
Все эти распоряжения были законодательно оформлены в царствование отца Петра – Алексея Михайловича, в обнародаванных им в 1649 году “Наказе о городском благочинии” и “Уложении, по которому суд и расправа во всяких делах в Российском государстве производится”.
Петр I продолжал линию своих предшественников в деле предупреждения и тушения пожаров. Но, надо отметить, в Петербурге все противопожарные мероприятия проводились более последовательно и масштабно, нежели когда-либо прежде на Руси. Конечно же пожарная повинность была одной из самых тяжелых повинностей для населения нового города. От ее выполнения не освобождалось даже духовенство.
Согласно Инструкции 1716 года каждым 100 дворам полагалось выставлять на пожар: 30 человек с топорами, 20 – с ведрами, 10 – с двумя лестницами, 10 – с вилами и крюком. Кроме того, 30 человек дежурили при своих домах. А также каждые 100 дворов обязаны были выставлять на ночь 5 караульщиков, дежуривших посменно.
В тушении пожаров жителям помогали войска. С 1711 года приказано завести в войсках пожарный инструмент.
В «Описании» Петербурга 1717 года дана яркая картина того, как производилось в городе тушение. «Удивительно, - пишет автор, - что хотя город построен из дерева, тем не менее редко сгорает больше двух домов, как бы плотно они не стояли друг к другу, ибо для предохранения от огня принимаются такие хорошие меры предосторожности, что можно не опасаться больших убытков.» Эти меры заключались прежде всего в том, что на башнях днем и ночью выставлялась стража, которая в случае обнаружения пожара «ударяла на особый манер в колокол», этому звону вторили на других колокольнях, и тотчас в городе поднималась пожарная тревога. «Как только это случится, уже видно, как со всех сторон спешат несколько сот плотников с топорами в руках. Они бегут так быстро, будто у них головы горят, ибо они, также как солдаты, суровыми наказаниями приучены быть под рукой мгновенно.»
Из того же «Описания» известно, что, когда Петр I находился в городе, то «бывал обычно на пожаре первым». Его царское величество был обычно «среди рабочих и там, где имеется наибольшая необходимость, он вскарабкивается с топором в руке на дома, наполовину обгоревшие, и действует сам, от чего присутвующие приходят в ужас». Если же Петра в городе не было, руководство тушением пожара брали на себя либо генерал–губернатор Петербурга князь А. Д. Меншиков, комендант Петропавловской крепости или другие старшие офицеры.
Сам процесс тушения сводился к тому, что «ближайшие дома по обе стороны от уже горящего дома организованно ломаются, и так как тем временем к тушению присоединяются большие пожарные трубы, то с необычайной быстротой не только справляются с огнем, но и уже горящие здания частенько спасаются наполовину».
C учреждением в 1718 году полиции контроль за проведением всех противопожарных мероприятий в городе был возложен на нее. До этого момента специальными указами царя назначались чиновники с полицейскими функциями, в обязанность которым вменялось следить за выполнением мероприятий по пожарной безопасности в городе.
Опасаясь пожаров на судах и в Адмиралтействе, Петр I сделал попытку создания там постоянной пожарной команды.
Уже в 1711 году было приказано выдать из Адмиралтейства мастеровым Ивану Кочету и Тихону Лукину по «заливной трубе» (ручному пожарному насосу) и обязать их приходить с этими трубами на пожар вместе со своими подчиненными. Дворянин Егор Кушелев обязан был являться на пожар с командой плотников, кузнецов, прядильщиков и конопатчиков. На каждых 5 человек кузнецов выдавался 1 крюк, каждому прядильщику и конопатчику – по ведру, плотники приходили со своими топорами.
Устав Адмиралтейской коллегии 1722 года внес дальнейшие улучшения в дело организации пожарной службы: 1/7 часть работных людей Адмиралтейства должна была ночевать не в своих домах, а на месте работ. Во время пожара поднимались на ноги все люди Адмиралтейства и приходили с необходимым для тушения пожара инструментом. Для хранения заливных труб и иного противопожарного инвентаря было построено пожарное депо. Но нужно понимать, что при Адмиралтействе не было пожарной команды. Это была лишь пожарная вахта, где дежурили, в свободное от основных обязанностей время, рабочие верфи.
#историяпожарнойохраны
#пожарноеделоприПетре
#огнеборцы #спасатели #Петербург #Питер #деньоснованияПетербурга
#323