Все, участвующие в совещании пытались понять, все что они узнали и связать это как-то с необычным поведением графа Ронкариан.
– Есть в этом какая-то тайна, – проворчал Пятачок. – Нет какой-то логики. Зачем граф добивался руки Дальвиолы, когда она вернулась с ребёнком? Он же знал, что она не любила его.
Бублик выудил из воздуха пузырёк с валерианой и, набулькав её в стаканчик, заставил выпить Тайгриса, тот, наконец, пришёл в себя и нахмурился.
Его жизнь в доме отца после похищения матери была мучением. Брат как-то сказал ему, что он будет жить у друзей, у которых в замке учителя из Гисара организовали курсы по тренировке врожденной магии. Брат посоветовал ему тоже уехать из замка, потому что иначе отец сживет их обоих со света своими придирками. Они оба уехали. Отец не возражал, но перед отъездом, ночью Тайгрис заметил, как граф запечатал магическими печатями коридор, ведущий в библиотеку. Слугам было запрещено туда входить, значит граф уже тогда перестал доверять своим сыновьям. Он тогда не обратил на это внимания, хотя и предупредил брата. Значит наступило время разобраться в этом.
От оркена повеяло холодом, и он процедил:
– В замке есть личная библиотека графа. Я думаю, что там разгадка тайны. Надо подумать, как туда попасть.
– А если напроситься в гости в качестве примирения? – спросил-предложил Пятачок.
– Бесполезно! Надо тайком, но вход защищён паролем, там есть магическая печать. Пароль знает только граф, – Тайгрис криво усмехнулся. – Когда мы уезжали он поставил магические печати запрета, но думаю, что потом он их снял, чтобы не возиться. Он не очень ладил с магией такого рода. Граф и раньше не любил, когда мы пытались попасть в его библиотеку. Граф считал, что нам надо повзрослеть, прежде чем изучать семейные архивы. Мама сказала, что если отец говорит, что мы туда попадём попозже, то, скорее всего, туда войду я, потому что наследник, а пока я должен пользоваться архивами мастеров магов Гисара. Увы, это время для меня так и настало, потому что меня потом отправили на обучение к мастерам огня, к которым я так просился.
Пятачок, понимающе, поджал губы.
– Умно! Граф просто удалил тебя из замка и всё. Убеждён, что до этого тебя туда не пускали.
– Да, ты прав. Я долго помимо прочего изучал дипломатию, экономику, логистику и потому что их должен знать любой наследник замка, но мне позволяли изучать и магии стихий. Я изучал всё урывками, а тут такое предложение. Конечно, я уехал! – помрачнел Тайгрис.
Все долго молчали, перебирая в уме, что может храниться в библиотеке. От звука хлопнувшей двери все вздрогнули. Джар и Анна, ввалившиеся в комнату, в недоумении остановились, потому что все на них смотрели, вытаращив глаза.
– А что это вы так рано вернулись? – наконец выдавил Пятачок.
– Как рано? Мы три часа мотались – проворчал Джар. – Больше нельзя было, иначе бы все решили, что мы с инспекцией.
Все переглянулись, никто не заметил, как пролетело время.
– А что это у вас произошло? – осведомилась Анна. – Видок у вас, как будто вам на голову мешки натягивали. Нет, вы, почему молчите? Магистр!
– Серёжа нас ошарашил, – сообщил Бублик. – А что вы нарыли?
Они одновременно пожали плечами. Анна, не замечая, что делает, подтянула к себе за руку более высокого и мощного Джара, у которого заалели скулы, но он не отнял руки. Они прошли к дивану и сели на него.
– У нас много новостей, и все они важные! – усмехнулась Анна. – Давайте начнём с того, что лорд Вендел в Гисаре. Граф Ронкариан тоже здесь, и уже почти месяц.
– Мы знаем, – буркнул Пятачок, у которого загорелись глаза от того, что он заметил, что Джар положил руку на плечо Анны, но, получив подзатыльник от мастера, он проглотил все вопросы и промолчал.
– Ну, вы нам и задачку задали! – Анна сердито фыркнула. Все улыбнулись, потому что в таком же костюме, как и Джар, они удивительно подходили дуг другу, хотя она была по плечу Джару. – Слушайте, это – огромный город. Красивый обалденно. Здесь нет массовых застроек. Я такого насмотрелась! Мы такое количество антикварных магазинов прошли, просто жуть. Вот уж не знала, что их так много в Гисаре.
– И что видели? – не удержался Пятачок, которого разбирало любопытство.
– Да разве описать словами?! Я про такое ни в одном фэнтези не читала, – вздохнула Анна. – Знаете, а здесь хорошо живут, хотя все очень разные.
– Естественно, – пробормотал Алкапыв, – фэнтези – придуманные миры, а это – реальность.
– Вообще-то я не об этом. Гисар – город, как город, – отмахнулась Анна. – Я не о жителях и архитектуре. Каждый народ сходит с ума по-своему в одежде и строительстве. У нас на Земле тоже и пирамиды строили и прочее. Я о торговле. Это нечто! Например, в антикварных магазинах торгуют всем, даже сплетнями. Есть магазины, которые торгуют только древними рукописями, есть галереи, специализирующиеся на произведениях искусства, а есть, кто торгует всем подряд. Но это ещё не всё! Вот вы знаете, что здесь, в Гисаре, есть контрабандный рынок, и что там приторговывают рабами?
Джар, гневно раздувая ноздри, уставился на Бублика:
– Магистр, кто-то говорил, что Неарит задавил торговлю рабами.
– У себя на континенте, Джар, а это – Северная Чаша. Между прочим, это вы проморгали! Странно другое, что здесь этого никто не замечает, – Бублик воззрился на Воска. – А не арахи ли потребовали, если разумных нельзя считать добычей, то надо это всем разумным это запретить? И не арахи ли предложили, что они это будут контролировать?
Арах сердито замахал передней парой лап.
– Мы стараемся убивать работорговцев, – все уставились на него. – Что уставились? Мы подписали пакт, и их не едим. Хотя непонятно почему? Они же со своими рабами, как с животными обращаются!
– И где же трупы? – осведомился Пятачок.
– Мы убитых потом в город отвозим, – отмахнулся Воск.
– Хотел бы я знать, куда смотрит местная власть? – удивился Алкапыв. – Трупов же много!
– Мёртвых хоронят по обычаям каждого народа, – пояснил Воск, – но Гисар, очень уж большой город. Полиция просто не успевает всё отследить. Лорды-дроу предлагали сделать полицию только из дроу, а матриархи в совете города провалили эту идею.
– Матриархи, иxy!.. Нельзя женщин к власти допускать! – неожиданно завопила Анна. – Пусть сидят дома и растят детей.
Все переглянулись, это что же надо было сделать, чтобы уравновешенная и молчаливая феминистка Анна так взорвалась?
– Ой, что бы с тобой местные дамы сотворили! – усмехнулся Джар.
– А пошли они! – отмахнулась Анна. – Слушайте, что это за безобразие? Ты подумай, магистр, у местных женщин есть гаремы из мужиков. Нет, было бы по желанию, так нет! У них есть секс-рабы!
– Кончай возмущаться! Говори, что нарыли? – Алкапыв посмотрел по привычке на часы и вздохнул. – А то нам скоро идти и гнать своих на ужин.
– Нас тоже надо покормить! Мы столько мотались, что проголодались. Не лёгкий труд изображать влюблённых, – проворчала Анна, а у Джара затвердели скулы, и он отвернулся. Бывший врач блеснула глазами, заметив это. Теперь уверенная, что не только её тянет к напарнику, она искала случай объясниться. – Слушайте, я тут в шоке пребываю! Оказывается, у дроу есть разрешённые и не разрешенные властью браки. Мне показалось, что надо изменить сценарий и добавить таинственности в наши якобы отношения.
Она помолчала, ожидая реакции Джара, но тот молчал с отрешённым видом. «Ну и ладно, – подумала Анна, – мне не привыкать к одиночеству!»
– Удалось? – улыбнулся Бублик, который уже всё понял и порадовался за Джара, потому что Анна относилась к редкой породе однолюбов.
– Джар, ты не против? – спросила Анна, дроу, посерев, смотрел в его глаза не отрываясь. Она стала доргом и неожиданно для всех вцепилась зубами в горло Джара, тот, вспыхнув, дал ей сделать несколько глотков. Анна прохрипела. – Я не хочу быть твоим напарником, и возлюбленной не хочу.
– Я тоже, – Джар, став оркеном, сам в ответ вцепился в её горло зубами, глотая кровь Анны, потом пророкотал, – хочу быть… Э-э… Супругом.
Ларион вытаращил глаза, но промолчал, потому что все отреагировали на это спокойно, решив, что это сценарий двух разведчиков. В отличие от него Пятачок всё понял и уставился на учителя, тот не разочаровал его.
– Это всё лирика! Рассказывайте, что нашли.
– Много, – Анна благодарно всем улыбнулась, за их невозмутимость. – Магистр, а, правда, что Джару почти четыреста лет?
– Врёт! Он хочет произвести на тебя впечатление, ему даже трёхсот нет.
Анна счастливо ухмыльнулась, но потом загрустила, как ни крути, всё равно рядом с ним она получается соплячка. Ну и пусть, ещё посмотрим, кто кого в постели потрясёт, подумала она.
– Разве важен возраст в браке? – Джар взволнованно улыбнулся.
Бублик хитро подмигнул доргу.
– Аннушка, а что, тебя так волнует разница в возрасте?
– Нет, не возраст, а дети, – она смело взглянула в лицо Джар, который, в отличие от неё, порозовел. – Классно, что здесь проблема разрешима! Я узнала, что здесь есть однополые браки в основном у дроу. Так вот в однополых браках детей рожают какие-то третьи посредники. Знаете, из-за того, что я промёрзла в горах, да и была раздавлена, у меня, матка… Короче, нет её. Невероятно, всё есть, а её нет! Так вот... Здесь у меня могут быть родные дети. Яичники-то целы! Так здорово! К тому же я узнала, что есть маги жизни и они… Кхм, они помогут мне вернуть недостающий орган. Вот!
– Что значит третьи посредники? – у Пятачка вытянулось лицо. – Не понял, как это посредники?
– Посредники – это женщины, которые вынашивают чужих детей, – пояснила Анна и дерзко задрала нос, она после укуса Джара чувствовала себя хмельной.
Алкапыв, который много узнал о них обоих и поразился их долгому одиночеству, был рад за ребят и поддержал бывшего врача:
– Это же естественно желать детей!
Лицо Анны неожиданно отвердело, и она сурово проговорила:
– Не так! Это не Земля. Третьи посредники – это женщины, не имеющие имён и личности.
– И это только женщины-дроу, – добавил Джар.
Даже на гильдмастера это произвело впечатление.
– Почему? – удивился он.
Пятачок озадаченно почесал в затылке.
– Типа другие не хотят или не положено?
Арах переглянулся с Тайгрисом, для них это не было новостью.
– А что это вы удивились? Это только здесь так? – прощёлкал арах и поднялся на лапы, рассматривая магов. – Точно, только здесь, судя по вашим лицам. Как правило, это те, кто провинился перед матриархом.
– Это что такое? – потрясённо пропищал Пятачок. – Везде же маги жизни решают эти проблемы. Наконец, есть материнское родство.
– Это что за родство? – заинтересовался Исидор.
– Когда дети, становятся родственниками с семьёй матери, которая их вынашивала или воспитывала. У горных орков эти связи часто покрепче кровных, – пояснил Бублик.
– Карамба! Здесь какой-то беспредел. Просто жуть! – Анна захлёбывалась от возбуждения и размахивала руками. – Мужики, сбежав из гаремов, могут завоевать земли и стать лордами, ну или присоединиться к свободным лордам, а почему женщины не становятся амазонками?
– Женщинам-дроу этого невозможно сделать, – Тайгрис хмыкнул. – Они же привыкли быть главными! У свободных лордов орков и дроу часто есть гаремы, и женщины в этих гаремах не имеют права даже пикнуть, пока не родят наследника. До этого они вообще не считаются разумными.
– Однако! – просипела Анна. – Я даже не знаю, как это назвать.
Воск, заметив потрясение на лицах мужчин, печально прощёлкал:
– О-хо-хо! Я заметил, что бывшие земляне очень трепетны и романтичны.
– Это ты по Джин что ли судишь? – осведомился Пятачок.
Воск развел вторую пару лап в улыбке.
– Ага, она вообще склонна считать здесь всех сказочно мудрыми и высокоморальными. Я такого наслушался от неё, что только лапами разводил. Если бы не самки, она бы долго ещё прибывала в своих наивных убеждениях.
– Фух! – оркен громко перевёл дыхание, он не знал, что Джин так романтична.
Воск постучал когтями, подбирая слова.
– Тайгрис прав, самки дроу привыкли властвовать и не склонны образовывать союзы. На изгнанных из семей женщин ведут охоту и, в первую очередь их собственное семейство, а поймав, лишают имени. Их и используют, как инкубаторы в однополых, ну и других семьях. Это считается в норме вещей, ну и, конечно, сразу появился чёрный рынок третьих посредников.
Алкапыв в недоумении посмотрел на всех.
– Не понимаю! На Земле тоже есть суррогатное материнство. Из-за чего такой сыр-бор? Ну и что здесь такого? Правда в России его запретили, но в других странах, пожалуйста.
Анна потрясённо взглянула на него.
– На Земле до такого не додумались. Здесь всегда после рождения ребёнка мать-инкубатор убивают? Всегда! Так никто и никогда не узнает имени матери. Благодаря этому не возникают претензии её прежнего рода к землям и прочим благам, когда дети подрастают. Когда нам это объяснили, меня чуть «Кондратий» не хватил.
– Кондратий, – тихо прошептал Джар и ухмыльнулся.
Тайгрис и арах обеспокоенно переглянулись, они этого не знали.
– Да-а! У меня нет слов. Знаешь, шаман, это самое удивительное, что ребята нарыли! – угрюмо заметил Исидор. – Даже на Земле до такого не додумались!
– Почему этого никто не знает? – прохрипел Алкапыв.
– Потому что это незаконно, – проворчал магистр. – А как вы это узнали?
– Мы зашли в один магазин, и чтобы игра стала естественной, Джар поцеловал меня, – Анна нервно сглотнула. – Меня никто никогда так не целовал. Я вдруг поняла, что убью его, если он кого-то ещё так поцелует.
Дроу полоснул его сердитым взглядом.
– Ты так отскочила от меня, что мне стало плохо. А потом выскочила эта девица, и ты стала с ней заигрывать.
– Неправда! Я хотела разобраться в себе, но ты психанул и ушёл к какой-то витрине, – Анна внезапно надрывно закричала, высвобождая скрытые страхи и внушенные ей с детства правила. – Ты вообще смотришь на меня свысока! На меня так мачеха смотрела, когда умер отец. Типа я никто и зовут меня никак.
– Нет! Всё не так! Я старше тебя, а если… – просипел Джар и посерел, – А если ты ошиблась?
– Я не ребёнок и знаю, что чувствую! – рявкнула Анна.
Она уже не знал, как себя вести с этим упрямцем и неверой. Вообще всё, что произошло с ней за неделю, Анна считал сумасшествием. Джар был весел и учил её жить в этом мире, заваливая кучей информацией. Иногда они гуляли по невероятному городу и обедали в каких-то ресторанчиках. Анна рассказывал о своей жизни на Земле, а Джар слушал и улыбался. Из-за этой улыбки бывшему врачу с каждым днём всё сильнее хотелось обнять его и поласкать его шёлковые волосы. Она бесилась от дружелюбия Джара и никак не могла понять, что с ней происходит?
Свои отношения с мужчинами на Земле она прерывала, потому что через три недели они начинали привычно лгать. Она перестала верить мужчинам, жила работой и тренировками.
Этот блондин просто по-наглому снился все ночи. А когда Джар ответил на её поцелуй, то Анна поняла, что он единственный на всю жизнь. Теперь же он явно сомневался. «Как он смеет во мне сомневаться?», – взбесилась Анна, а Джар смотрел на неё, и его глаза стали почти чёрными.
Все в комнате молча переглядывались, так как между этими двоими чуть ли не искрился воздух.
– Они что, влюблены? По-настоящему? Это не сценарий? – покраснев, как варёный рак, спросил Ларион, – Но ведь они недавно познакомились?! То есть… Э-э… Они же почти не знают друг друга.
Тайгрис сглотнул, он поверил им сразу, поэтому просипел:
– Нет, Ларик, это гораздо серьёзнее. Они истинная пара и только что заключили союз. Сам же видел, что они укусили друг друга.
– А разве так бывает? – опять прошептал Ларион. – Раз и сразу! Ребята, простите.
– Слышала, Анна? Слышала? Теперь ты поняла? Они не понимают, и боюсь, что и ты тоже, – начал спокойно Джар, а потом зарычал, – ты с этой девицей… Эти браслеты дурацкие! Ты смотрела на них, а она… Она касалась тебя, любезничала с тобой. Здесь же есть однополые браки, и она…
– Какого ты за меня решаешь?! Я попросила эти поганые браслеты, сама не знаю зачем… Может, чтобы понять с чего это у меня на тебя встало? – ляпнула Анна. – Ой! Прости!
Раздался громкий хохот. Анна, не замечая, говорила и вела себя, как парень.
Джар покраснел. Он за все годы привык к одиночеству, проклятье позволило ему читать не только мысли, но и видеть истинные чувства. Эта землянка всё изменила: за неделю она стала для него жизненно необходимой. Джар мучился невероятно, потому что, вопреки обычному, не чувствовал её эмоций и не мог читать мысли. Если при первой встрече у него это получилось, то теперь Анна была закрыта от него. Джар исподлобья взглянул на свою избранницу.
– Анна, говори! – просипел Джар. – Рассказывай всё и подробно.
Анна растерянно улыбнулась.
– Эта девица меня утешила, сказав, что она может помочь найти третьего посредника, и у нас будут дети, и никто не сможет узнать, кто их вынашивал. Представляешь?!
– А почему это она так вдруг среагировала? – заинтересовался Пятачок.
– Ты не видишь, что ли?! Джар, он же из этих, – получив по шее от новоявленного супруга, Анна усмехнулась, – из аристократов.
– Это как же ты догадался, что Джар очень знатен?! – усмехнулся Бублик.
– У нас на работе был такой.
– Да что ты знаешь обо мне?! – Джар бешено сверкнул глазами.
– Ничего! Но ты расскажешь. Я тоже… – Анна прямо посмотрела ему в глаза и обезоруживающе улыбнулась. – Всё расскажу! Не хочу недоговоренностей. К слову сказать, именно твоё задирание носа и привело девицу к мысли, что нам не нужна огласка. Вот она и выдала информацию и назвала цену.
Оба, не отрываясь, смотрели друг на друга, и опять всем показалось, что между ними светится воздух.
Джар прохрипел:
– Моя знатность на мне и кончается. Я последний в своём роду.
– Господи! – выдохнула Анна и порозовела. – Ну что ты всё переворачиваешь? Теперь мы вместе. У меня тоже никого нет кроме тебя! Вот я и подумала…
– Про посредников? – Джар расстроенно посмотрел на Бублика. – Ну, не могу я читать её мысли! Я с ней всё время, как над обрывом...
– А что, у других читаешь? – вспыхнула Анна.
– Да, легко! А у тебя никак. Не смотри так! Как ты только тронула мои волосы, я всё время пытался узнать, что ты думаешь. Я чуть не треснул от усилий… Мне это было очень нужно, потому что, – Джар покраснел, – потому что сразу понял, что люблю.
Все замерли, а Анна подмигнула ему и порозовела.
– Ох! Прямо в сердце попал! Научишься читать, но и меня научишь. Пробуй! Я открыта перед тобой, ну что ты лупишься на меня, как баран на новые ворота?
Несколько секунд Джар смотрел на Анну, та не отводила взгляда.
– Лупишься? Что за слово? – Джар вспыхнул. – У меня нет слов. Я даже и предположить не мог о таком!
– А про посредников? – захохотала Анна.
– Может поискать этих посредников? – спросил Алкапыв. – Возможно, они наши союзники?
Анна пожала плечами.
– Может быть. Они живут в каком-то северном подвале. Даже не представлял, что подвалы ориентируют по сторонам света.
– Адрес, где этот подвал? – заторопился шаман.
– Ты не понял! – остановил Алкапыва Тайгрис. – Это не склад и не подвал какого-то дома! Так называется один распадок в горах. Северный подвал – это распадок, который упирается в гору, которая называется Длинной. Она отделяет одну из долин дроу от Большого торгового тракта.
– Парни, мне кажется, что мы что-то нашли, – провозгласила Анна и толкнула магистра, – надо бы сориентироваться на местности.
– Давай, ученик! – Бублик посмотрел на Пятачка. – Ищи карту Ривараха!
Тайгрис покачал головой.
– Трудно! Я не знаю, как он её найдёт, потому что сам ни разу не видел полной карты Ривараха! По-моему, их вообще не существует.
– А я найду, а я упрямый! А если нет, то совмещу, ведь у меня же есть программа, и мне всё это по плечу! – пел Пятачок, двигая камни на магической доске, все ждали, минут через пятнадцать, он выдохнул. – Готово!
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: