Радио "Ночной Эфир" представляет
Аудио рассказ Максима Долгова в авторском прочтении в разделе "ВИДЕО"
Виталий и Инга — последние выжившие в проклятой семье, где смерть забирает родственников одного за другим. Когда страх перерастает в отчаяние, они встречаются в последний раз — не чтобы поддержать друг друга, а чтобы решить, кто из них достоин остаться в живых.
Виталий сидел в похоронном бюро, глядя на свои руки. Ему не хотелось ни с кем встречаться взглядом. Оставшись практически единственным представителем своей семьи, он долго размышлял о злой судьбе. С самого детства Виталию пришлось привыкать к частым похоронам. Каждый год старуха с косой стучалась в двери его родственников. Она забирала кого-то одного — невзирая на возраст или здоровье. Затем наступало недолгое затишье, и всё повторялось вновь.
Когда зазвонил сотовый телефон, Виталий несколько секунд смотрел на дисплей в нерешительности. Он знал: любой звонок мог принести только разочарование, ведь по другим причинам ему уже не звонили. Перед мысленным взором проплывали лица тех, кого давно не было рядом — родители, двоюродные братья и сёстры, дедушки и бабушки, дяди и тёти. Довольно много людей. А теперь не осталось почти никого.
Только он и семнадцатилетняя племянница Инга. Её родители погибли пять лет назад в автокатастрофе. Этот случай стал тем редким моментом, когда хоронили сразу двоих родственников в их семье. Обычно в мир иной уходили поодиночке.
Он нажал на экран.
— Привет, Инга.
— Привет, дядя. Как всё прошло?
Он посмотрел в сторону гроба, утопающего в море искусственных цветов.
— Как обычно, — сухо ответил Виталий.
В этот день ему совершенно не хотелось ни с кем общаться. Но Инга, так же, как и он, теперь имела среди живых только одного родственника.
— Прости, что не приехала, — продолжила девушка. — Не могу больше видеть своих родных в деревянных ящиках.
— Подобные зрелища не для молодых, — отозвался Виталий, поднимаясь со стула.
Он больше не хотел присутствовать на церемонии прощания. Было лишь желание вернуться домой, уткнуться лицом в подушку и пролежать так до самого утра. А затем, сделав вид, будто жизнь продолжается, пойти на работу, где вновь придётся улыбаться, делая жизнерадостный вид.
Инга жила в небольшом городке, в пяти часах езды от Виталия. Девушка неплохо училась, получала повышенную стипендию, подрабатывала в компании по производству строительных материалов. Мечтала уехать в Питер и сделать там карьеру. Ничего необычного — самые простые юношеские мечты. Если бы не одно обстоятельство, которое, как кость в горле, мешало свободно дышать и строить планы.
— Инга? — произнёс Виталий, остановившись возле двери.
Он вновь посмотрел на гроб своего троюродного брата. Они мало знали друг друга, в основном виделись только на похоронах родственников. Может быть, из-за этого теперь Виталий практически не испытывал чувств разочарования.
— Что?
— Будь на связи. Мы теперь, вроде как, одни остались.
— Хорошо, — ответила Инга после непродолжительной паузы.
Он отключил телефон, направившись быстрым шагом к машине. Теперь ничего не оставалось, как просто ждать, кто станет следующим.
***
— А мне, кажется, это было хорошее решение, — высокий мужчина в дорогом костюме протянул руку молодой девушке. — Вы приняты на работу!
Инга с лёгким смущением приняла поздравление. Серьёзная организация, занимающаяся финансами, увидела в ней перспективного молодого работника. Это была самая замечательная новость за последнее время.
— Большое спасибо, — робко ответила Инга, расплываясь в улыбке.
— Это вам спасибо за то, что согласились принять наше предложение. Ждём вас в понедельник.
Она вышла из кабинета, не веря своему счастью. Всего два месяца стажировки понадобилось Инге, чтобы зарекомендовать себя. Она проработала полтора года, пытаясь вырваться из городка, в котором застряла после смерти родителей. Теперь вся её жизнь была нацелена только на успех. Она хотела вырваться из рутины, в которую неумолимо проваливалась после окончания института.
Сев в такси, тут же набрала сообщение своей подруге Вике. Девушки несколько месяцев назад сняли соседние комнаты. Они быстро подружились, часто бывали друг у друга в гостях, а совсем недавно приняли решение жить вместе.
«Меня приняли на работу!!!»
Отправила она сообщение, глядя с улыбкой в окно на проплывающий мимо город. Впервые в жизни привычные улочки стали для неё не такими бледными. Теперь мир преобразился новыми красками. Всё выглядело по-иному. В те моменты, когда мечты начинают сбываться, даже солнце светит ярче.
Через несколько секунд на телефон пришёл ответ:
«Я не сомневалась в тебе. Ты умница. Сегодня устроим праздничный ужин. Не опаздывай».
Инга стала строить планы на понедельник. У неё достаточно времени, чтобы привести себя в порядок. Нужно сделать новую причёску, купить деловой костюм, сходить к косметологу…
— Держитесь! — выкрикнул водитель такси за мгновение до того, как машину развернуло посреди дороги.
Инга схватилась за дверную ручку — и тут же произошёл удар. Что-то разбило боковое окно, влетев в салон машины. Зажмурив глаза, девушка приготовилась к самому худшему. Она ждала, что от удара переломает кости или, может быть, даже выбросит из салона.
— Вы в порядке? — голос водителя прозвучал словно издалека.
Её сердце билось, словно пытаясь выпрыгнуть из груди.
Она подняла взгляд на мужчину. Им повезло — машина не перевернулась, но вылетела на тротуар. Сбив заграждение, она остановилась на небольшой строительной площадке. Реставрационные работы фасада магазина тут же прекратились, и все рабочие с любопытством поспешили к такси.
Инга повернула голову, увидев рядом со своим лицом железный швеллер, прошедший через весь салон автомобиля.
— В порядке. Да, вроде в порядке, — прошептала она, открывая пассажирскую дверь.
Отовсюду сразу посыпались вопросы. Строители и прохожие хотели узнать как можно больше, но Инга, полностью игнорируя окружающих, поспешила покинуть место аварии.
***
Виталий стоял на балконе, глядя в сторону уходящей к горизонту полоски леса. Недавно он перебрался в загородный дом. Оставив работу и привычный образ жизни, мужчина решил полностью погрузиться в одиночество. Ему уже давно не был интересен тот ритм, в котором принято жить в больших городах.
Сотовый телефон оповестил о звонке. Посмотрев на дисплей, Виталий прикусил нижнюю губу. На экране высвечивалось имя двоюродной племянницы. Если, ответив на звонок, он услышит чужой голос — значит, всё закончилось.
Год назад их осталось двое. Он и племянница. Теперь их жизни словно на кону русской рулетки. Есть только два человека — и один шанс остаться в живых.
— Я слушаю, — произнёс Виталий.
— Дядя, привет. Я не знаю, как сказать. Прости, что беспокою. Но мне надо с кем-то поговорить об этом.
Он закрыл глаза. Она была жива — значит, время ещё не пришло.
— Не волнуйся, говори спокойнее, — постарался успокоить племянницу Виталий. — Мне трудно понять, о чём ты.
— Я попала в аварию, — в голосе девушки послышались слезливые нотки. — Почти как мои родители.
— С тобой всё в порядке?
Виталий вошёл в комнату, нервно проводя руками по волосам. Всё повторяется вновь и вновь. Словно смерть, объявив охоту на их семью, не собирается отступать. Невольно мужчина вспомнил лица своих родственников, ощутив прилив страха. Его тело обдало потоком холода. Смерть всегда совсем рядом — он словно ощущал её приближение.
— Да, я цела. Просто сильно испугалась. Ты же знаешь, в нашей семье остаться живым — это почти чудо.
— Я бы сказал, это больше чем чудо.
Он опустился в кресло, тяжело выдохнув.
С Ингой всё было в порядке. Но с последних похорон прошло уже шесть месяцев, а если верить статистике смертности их семьи, наступает время для кого-то следующего.
— Нам нужно быть осторожнее, — продолжил Виталий. — Тот, кто останется один, по всей видимости, будет обречён на полное одиночество. Даже не знаю, что хуже.
Он горько усмехнулся.
— Это плохой выбор, — ответила Инга. Её голос звучал уже спокойнее. Шок постепенно проходил. — Как думаешь? Кто из нас может стать следующим? Ты, наверное, как и я, думал об этом.
Виталий ощутил неприятное предчувствие. Ещё минуту назад, стоя на балконе, он почти наслаждался новым, летним днём. А теперь его окутали сомнения. Проклятие, которое лежало на семье, пусть даже если оно являлось чудовищным стечением обстоятельств, всё равно прекратится после того, как останется кто-нибудь один. Об этом говорили всегда в их семье. Об этом знали почти с детства.
— Думал, — ответил честно Виталий. — Но не забивай себе этим голову. То, чему суждено случиться, обязательно произойдёт. Боюсь, это решаем не мы. Наслаждайся жизнью, пока есть возможность.
— Ты тоже, дядя. Ты тоже.
Он улыбнулся, когда Инга отключила телефон, но настроение быстро сменилось. Виталий задумался над всеми сказанными словами. Было в них что-то настораживающее. Граничащее с паранойей.
Поднявшись с кресла, он прошёл в соседнюю комнату. В самом дальнем углу, опустившись на колени, подцепил кончиками пальцев деревянный плинтус. Открыл тайник. Внутри лежал пистолет с упаковкой патронов.
Мужчина оглядел оружие, прищурившись. Нет, он не собирается пускать всё на самотёк, вопреки советам, которые сам же дал Инге.
***
— Не стоит так переживать, всё ведь обошлось! — Вика сидела на диване, поджав под себя ноги. Она всё ещё была в одежде официантки, но уже распустила волосы. Рабочий день закончился менее часа назад.
Инга металась по комнате, борясь с волнениями. Пережитая авария стала для неё словно знак. Смерть прошла совсем рядом. Оставалось только протянуть руку — и тогда она увлекла бы девушку за собой. Инга никак не могла найти себе место.
— Нас осталось двое, понимаешь? Всего двое. Это очень большая вероятность! Сегодня я чуть не умерла, а завтра всё может повториться вновь!
Она рухнула в кресло, закрыв лицо ладонями.
Вика подсела поближе и, положив руку на колено подруги, произнесла:
— А что будет, если твой дядя умрёт раньше тебя?
— Тогда я останусь одна.
— И эта череда смертей прекратится?
— Так говорят в нашей семье.
Инга сухо улыбнулась подруге, но увидела в её глазах странный, циничный взгляд, от которого всё похолодело.
— О чём ты думаешь? — произнесла Инга.
— О том, о чём ты сама думала уже не раз. Твой дядя, сказать по правде, неудачник. К своим сорока годам у него никогда не было ни семьи, ни детей. Он сидит целыми днями один в доме и, может быть, ждёт твоей очереди.
— Не говори так!
Инга вскочила на ноги, но Вика последовала за ней. Она схватила подругу за руку, повернув к себе лицом.
— Я говорю то, что вижу. В то время как ты пытаешься бороться с этим миром, несмотря на опасность, твой дядя отсиживается в четырёх стенах.
— Он один похоронил за последние три года пятерых родственников! — продолжала сопротивляться Инга, но ощущала, как силы покидают её. Она чертовски устала от всего этого.
— Ты права, — Вика обняла подругу, гладя её словно ребёнка по волосам. — Тебе нужно отдохнуть и всё продумать. Я тоже не хочу терять тебя. Ты же знаешь.
— Знаю, — проговорила Инга сквозь накатывающие слёзы.
***
Настенный коллаж из десятков фотографий всегда пополнялся новыми снимками. Виталий часто просматривал его, вглядываясь в лица людей, ушедших из жизни. Каждого он знал по имени, помнил биографию и главное — кто и когда умер. Вся семья была здесь. Двадцать семь человек, включая дальних родственников.
Виталий сидел в центре комнаты на полу, разглядывая снимки. Пистолет рядом — внушал своеобразную защиту от любой неожиданности. Все годы своей жизни он пытался спастись. В то время, когда родственники гибли один за другим, он продолжал сидеть взаперти, сводя риск к минимуму. А теперь остались только он и Инга.
Её фотография уже висела на стене, прикреплённая к соответствующей родовой ветви. Последний отпрыск своей фамилии. Та, на ком закончится это проклятие.
Виталий был полностью уверен — именно он останется единственным живым. Не зря было потрачено столько сил на безопасность. Не зря он провёл многие годы своей жизни в изоляции. Постоянный страх мучил мужчину по ночам. Он переживал и, где-то глубоко в душе, радовался, когда получал новое извещение о гибели очередного родственника.
С самого детства Виталий дал себе слово выжить — во что бы то ни стало.
Превратившись в отшельника, он заперся в своём доме, лишь иногда выходя на балкон вдохнуть свежего воздуха. Поездки на машинах полностью исключены из жизни, не говоря уже о мотоциклах, самолётах и прочих опасных для жизни средствах передвижения. В еде он также стал разборчивым и часто ходил в поликлинику проверять здоровье. Все возможные меры для выживания приняты. Оставалось только ждать. А ждать Виталий умел как никто другой.
Ближе к вечеру он спустился в холл, когда в дверь позвонили. Мужчина насторожился, но решил, что это кто-то из соседей. Возможно, та пожилая дама, которая так часто любила справляться о его здоровье. И хотя эта старуха сильно раздражала Виталия, он понимал — в случае опасности она сможет помочь вызвать помощь. Но, открыв дверь, Виталий замер. Перед ним стояла племянница Инга.
— Привет, дядь, — сказала она, улыбнувшись самой безобидной улыбкой.
— Привет, Инга. Какими судьбами?
Девушка пожала плечами.
— После того, что со мной случилось, решила навестить тебя. Мы ведь остались вдвоём.
— Да. Вдвоём.
Мужчина отошёл в сторону, пропуская девушку в дом.
Инга бывала здесь много раз. Когда-то этот дом наполнялся людьми и громкими голосами. Здесь жили те, кого Виталий называл самыми близкими родственниками. Каждая из четырёх спален всегда кем-то занималась. А гостиная собирала большие шумные компании.
— Я не вовремя? — спросила Инга, оглядывая комнату.
— Всё нормально. Ты лучше, чем соседская старуха.
— Ты про бабушку Дашу? — рассмеялась Инга. — Так она к тебе по-прежнему захаживает!
— Да, это смешно, — огрызнулся Виталий. — Будешь продолжать в таком духе — поедешь жить в гостиницу.
Инга закрыла рот ладонью, всё ещё давясь от смеха, в то время как Виталий скрылся на кухне.
Они поужинали, сидя за огромным столом. Инга обратила внимание на безопасные ножи, на отсутствие вилок и прочей кухонной утвари, об которую можно получить травму. Картофельное пюре пришлось есть ложкой, но Инга не возражала. Она давно знала о параноидальных наклонностях Виталия. Но в сложившихся семейных обстоятельствах считала это даже страховкой, а не расстройством психики.
— Чем ты занимаешься в этом доме целыми днями?
Виталий медленно отпивал чай из чашки, глядя в сторону окна. На улице постепенно начинали сгущаться сумерки.
— Мне есть чем заняться, — ответил он, не сводя взгляда с заката.
— У тебя даже нет интернета.
— Он мне не нужен. Сотового телефона вполне достаточно.
Виталий поставил чашку на стол, пристально посмотрев на племянницу. Его взгляд был спокоен, но в нём таилось нечто подозрительное. Словно своими тёмными зрачками мужчина мог прочесть любую мысль собеседника. Но излишняя осторожность позволила пережить ему всех своих старших братьев и сестёр.
— Почему это происходит с нами? — спросила Инга, откидываясь на спинку стула.
— Проклятие, — совершенно серьёзно ответил Виталий.
— Ты серьёзно? Веришь в эту чушь?
— А что, по-твоему?
Инга встала со своего места, расхаживая по кухне.
— Ну, как минимум — совпадение.
— Совпадение? Двадцать семь человек из одной семьи, умерших меньше чем за десять лет. Это ты называешь совпадением?
— Но не проклятием же, — она смотрела на Виталия серьёзным взглядом. — Мы же живём не в сказке.
— Действительно, сказкой такую жизнь не назовёшь.
— Ты хоть что-нибудь пробовал сделать? — продолжала Инга. — Как от этого избавиться. Или, может быть, есть ещё семьи, в которых происходит нечто подобное.
— Я знаю не больше тебя, — отозвался спокойным голосом мужчина, принявшись собирать тарелки.
Инга следила за ним, поражаясь, насколько каждое его действие было наигранным. Даже безразличие, которое мужчина так стремительно проявлял, выглядело фальшиво. Инга пожалела, что так мало знала своего двоюродного дядю. Ещё пять лет назад они были дальними родственниками. Никогда не общались, не поздравляли друг друга с праздниками. А теперь остались совершенно одни. Парадоксальная усмешка судьбы, которая способна свести двух совершенно безразличных людей.
***
Она не могла уснуть. Мысли без остановки лезли в голову. Они упрекали, пытаясь заставить задуматься над правильностью принятого решения. Но разговор с Викой выплывал в памяти, подталкивая к действиям.
Инга поднялась с кровати, когда часы показали половину второго ночи. Дом, погрузившись в тишину, выглядел словно лабиринт. Поэтому, когда всё окутала кромешная тьма, ей стало не по себе. Она не боялась неизвестности или замкнутых пространств. Ингу было довольно трудно запугать, но в этот раз она ощущала тревогу.
— Вот возьми, — сказала Вика, когда Инга собирала вещи для поездки к дяде.
Опустив взгляд, девушка увидела складной нож — один из тех механизмов, при котором лезвие, вылетая вперёд, издаёт щёлкающий металлический звук.
— Если хочешь, я поеду с тобой.
— Нет, — уверенно ответила Инга. — Я должна сама.
Нерешительно взяла нож, спрятала его в карман сумки.
— Я уверена, всё будет в порядке, — проговорила Вика, обняв подругу. — Другого выхода нет.
Всю дорогу она думала о складном ноже и о его предназначении. Вика неоднозначно намекала на то, чтобы самостоятельно остановить череду несчастных случаев. Иначе очень большой риск стать следующей — последней жертвой. Эта идея казалась безумной, но с момента аварии весь мир плыл, как в тумане. Будущее растворилось в пелене неизвестности, за которой стояла смерть, готовая сделать свой последний выбор.
Прильнув к стене, она не спеша направилась в конец коридора. Там было две двери — возможно, одна из них спальня Виталия. Инга скользнула рукой по карманам, нащупав рукоятку подаренного ножа. От этого прикосновения ей стало не по себе, но, если придётся принимать кардинальные действия, она пустит его в ход. Воспоминания о строительном швеллере, чуть не проломившем ей голову, превратились в кошмар. Прошлой ночью девушке снилось, как её пробивает насквозь, и она, захлёбываясь в крови, видит свою разломанную голову в отражении водительского зеркала.
— Я не умру, — шептала она в темноте, трясясь от пережитого ужаса. Теперь же, пробираясь по тёмному дому, Инга боролась с собой. С одной стороны, она не имела права желать смерти Виталию, но жажда жизни была слишком сильна.
Приоткрыв дверь, она увидела тусклый свет свечей. В комнате было пусто, а на стене — десятки фотоснимков. Она скользнула по ним взглядом, узнавая каждого из своих родственников. Многие снимки пробуждали воспоминания, от которых становилось не по себе. Коллаж из погибших людей наводил неприятные ощущения. Инга продолжала рассматривать их, пока не увидела собственный снимок. Фотография сделана много лет назад, когда их семья ещё имела возможность собираться большой, шумной компанией.
— Почему я здесь? — прошептала она, услышав, как за спиной скрипнула дверь. Обернувшись, Инга увидела Виталия. Мужчина стоял в дверном проёме, глядя на племянницу тяжёлым взглядом.
— Почему я здесь? — она ткнула пальцем в собственный снимок. — Почему я среди мёртвых?
— Видимо, пришла твоя очередь, — сухо отозвался мужчина, вынимая пистолет из-за пояса.
Увидев оружие, Инга опешила. Не только она пришла к мысли избавиться от своего последнего родственника. Вика была права — нужно положить конец этой бессмысленной череде смертей.
— Ты думаешь, это поможет тебе остаться в живых? — спросила она, отходя назад, но Виталий приближался, выставив пистолет.
Его взгляд был решительным и мрачным. Девушке в этот момент даже показалось, что именно так выглядит настоящее лицо смерти.
— Поможет. Я уверен, — ответил мужчина и нажал на курок.
Инга зажмурила глаза, но вместо выстрела раздался только щелчок.
Виталий стрелял в неё, стрелял! Пытался убить — вот так просто, словно проделывал подобное уже не раз.
Она открыла глаза, увидев, как он с любопытством разглядывает пистолет. По какой-то причине оружие заклинило, подарив ей невероятный шанс остаться в живых. Нащупав в кармане складной нож, Инга одним движением вынула его, разложила лезвие и нанесла удар Виталию в шею.
От неожиданности мужчина отстранился, закрыв рукой глубокую рану, из которой хлынул целый поток крови.
— Ах, ты сука, — прошептал он и, резко выставив руку вперёд, выстрелил в сторону Инги. В этот раз пистолет сработал, и комнату наполнил оглушительный звук.
Ингу отбросило к стене сильным толчком в грудь. Она сползла на пол, ощущая, как во рту появилась кровь, затрудняющая дыхание.
Виталий, глядя на племянницу, всё ещё продолжал целиться, но ноги уже не слушались. Мужчина опустился на колени, зажимая рану на шее. Его глаза блестели яростью, заставлявшей действовать. Он вновь направил пистолет в сторону Инги и выстрелил. Пуля в этот раз врезалась в стену в десяти сантиметрах от головы девушки.
— Иди к чёрту, больной ублюдок, — прохрипела она, с трудом сдерживаясь от боли, пронзающей тело.
Виталий покачнулся и упал на бок, выронив пистолет. Ещё несколько мгновений его глаза смотрели в сторону племянницы, а затем потухли.
Инга, кашляя, рассмеялась. Вот теперь она осталась одна — и больше никого. Мысли начали путаться, а перед глазами поплыли круги. Она перевела взгляд в сторону фотографий, ощутив, будто каждый из покойных родственников смотрит на неё с упрёком.
— Я ещё жива, — прохрипела Инга в тишине комнаты, остановив взгляд на собственной фотографии. — Я ещё жива…
КОНЕЦ
🔔 Подпишись на канал — чтобы не пропустить следующий ночной эфир.
👍 Поставьте лайк.
💬 И оставь комментарий…