За столиком придорожного кафе сидели трое: молодая женщина, девочка-подросток и мальчик лет пяти.
Женщина облокотилась о спинку дивана и смотрела сквозь полуприкрытые веки в панорамное окно. Вид у неё был усталый. Свободной рукой она машинально ковыряла вилкой остатки глазуньи на тарелке.
Девочка установила перед собой телефон почти вертикально, приставив его к стакану. Она поправляла волосы и надкусывала губы, придавая им пухлости. Очевидно, готовилась сделать эффектное фото.
Мальчик делил внимание между маленьким грузовичком, которым он объезжал тарелки на столе и палочкой. Судя по взмахам, последняя должна была обладать волшебной силой.
— Ма-ам…— протянул ребёнок.
— Хм? — вяло отреагировала мать, не поворачивая головы.
— А как вызвать оленя?
Она приподняла бровь.
— Какого оленя, крошка?
— Ну этого…
— Он имеет ввиду патронуса из «Гарри Поттера», — пояснила старшая, закатив глаза.
Мать потёрла пальцами покрасневшие глаза, сменила позу и, вымученно улыбнувшись, спросила:
— Разве там не надо сказать какие-то магические слова?
Девушки-подросток посмотрела с презрением на брата:
— Ну, дурында, чё говорить надо?
Мальчик пропустил обидное обращение мимо ушей, тяжело вздохнул и ответил:
— Я не помню. Там трудно…
— Не поможешь, зайчик? —женщина ласково взглянула на дочь.
Та взмахнула волосами, поправила кончиками пальцев футболку, словно готовясь сказать речь и с голосом, полным недовольства, сказала:
— Экспекто патронум, разумеется.
Мать с сыном весело переглянулись. Мальчик вскинул руку с палочкой над тарелкой и проговорил:
— Эспекта патронас!
Сестра пренебрежительно бросила:
— Он щас нам тут такое вызовет!
Женщина растянула рот в широкой улыбке. В свете жёлтых абажуров были отчётливо видны синяки под глазами.
— Зачем тебе патронум? Он же защитник. Разве тебе нужна защита?
Она опёрлась подбородком в кулак и с усилием проморгалась. Наверняка она дорого бы дала за возможность поспать пару часов, но держалась.
— Ну он мне нужен и всё, — продолжил елозить машинкой по столу ребёнок.
На сиденье дивана зазвонил телефон. Мать посмотрела на высветившийся контакт на экране. Лицо стало напряжённым.
— Дети, сидите, мне нужно ответить.
Она взяла телефон, на ходу сдвигая бегунок.
— Алло! Да, это я. Мы в пути…
Мальчик продолжил попытки вызвать палочкой магического защитника.
— Ничего у тебя не получится! Ты даже правильно повторить заклинание не можешь, — раскритиковала его сестра.
— Я могу, — упрямо пробурчал брат. — Просто пока не очень хочу.
Он потянулся рукой к тарелке с черешней, одновременно показав сестре язык. Та ответила тем же.
—…но вы не можете! Мы договаривались, что вы дождётесь моего приезда. Я уже проехала больше тысячи километров, мне осталось часа четыре от силы. Прошу вас!.. — слышались обрывки разговора матери.
Спелая черешня, надкусанная посередине, прыснула соком. Мальчик принялся слизывать красные капли с тыльной стороны ладони.
— Ты не можешь как нормальные люди есть ягоды целиком? — прошипела сестра. Она с пристрастием осмотрела телефон. К счастью, на него брызги не попали.
— Там коштошка, я её не люблю, — прошепелявил малыш.
— Надо есть так! — девочка демонстративно взяла ягоду, положила в рот, прожевала и сплюнула косточку в стакан, сделав при этом большие глаза.
Брату это показалось смешным, и он громко засмеялся, запрокинув большую, кудрявую голову.
— …Да идите вы к чёрту! — донёсся издалека раздражённый голос. Женщина с силой нажала кнопку отбоя, рухнула к стене, почти готовая сползти вниз. Неприятный разговор отнял остатки сил. Ей хотелось рвать и метать. Но нельзя.
Странный звук в одно мгновение смахнул гнев с её лица.
Кашель: отрывистый, лающий, страшный.
— Мам?!.. — поднялась с дивана дочь. Выражение её лица заставило рвануть без раздумий.
— Детка, эй! — женщина обхватила сына за плечи. Он задыхался.
Она покрутила головой в поисках помощи. Как назло, в кафе никого, даже официантка ушла.
Глаза метались, руки в беспорядке перебирали части детского тела: голова, грудь, живот. Что делать? Что?
Так, надо вспомнить! Она знала, знала. Рука, кулак, большой палец. Вторая рука, ладонь, дёрнуть на себя!
Не сработало. Что не так? Повторить? Снова рука, рука, нажать!
Тихо. Доля секунды длиной в вечность. А затем…да!
Мальчик заплакал, потянулся к матери, обмяк. Женщина опустилась на колени, сгребла сына в охапку, стала баюкать:
— Всё, всё! Ты молодец! Всё позади.
— Мам!.. — старшая сестра присоединилась к ним. Тушь на глазах у девочки размазалась от слёз, плечи вздрагивали, руки широко обхватили обоих.
Вернувшаяся официантка растерянно застыла, увидев, как троица рыдает на полу, прижимаясь друг к другу.
— Чё за фигня, мелкий? — сквозь судорогу, заикаясь, сказала сестра.
— Всё хорошо, милые, всё хорошо, — как заведённая повторяла мать.
Быстрее всех пришёл в себя мальчик. Он поднял лицо к матери:
— Мам!..
— Что, зайчонок?
— Ты что ли патронис?
— О чём ты, детка? — переспросила мать.
— Когда мне стало плохо, я подумал, что мне нужен патронис, а пришла ты.
— Ну ты и дурында! — ласково потрепала кудри сестра. Женщина улыбнулась, поцеловала его в лоб и повторила своё заклинание:
— У нас всё будет хорошо…