Авиценна понимал странную вещь.
Иногда человека невозможно вылечить, действуя логично.
Потому что болезнь защищает его от чего-то другого.
Он оставил нам три истории.
Они не входят в учебники. Они слишком странные для академической медицины. Но именно в них вся суть его метода.
Первая история. Принц, который не мог править.
Начало XI века. Город Рей, недалеко от современного Тегерана.
Правительница женщина, редкий случай для того времени. Её звали Сайедда, что значит «госпожа». Она была умна, жестока и держала власть железной рукой.
Её сын, принц Абу Талеб Ростам, носивший титул Маджд ад-Даула («величие государства»), был болен. Не телом. Душой. Летописи называют это «меланхолией». Современные психиатры тяжёлой депрессией или расстройством шизофренического спектра. Принцу было около двадцати лет. Он не ел. Не спал. Не выходил из комнаты.
Он не мог править. Вся власть принадлежала матери. Он был номинальным правителем, тенью на троне. Болезнь постепенно съедала его изнутри.
Врачи не могли помочь. Они давали травы, пускали кровь, читали заклинания. Ничего не работало.
Тогда кто-то вспомнил об Авиценне. Он жил тогда в Рее. Его знали как врача, который берётся за безнадёжных.
Авиценна пришёл во дворец. Не стал осматривать тело. Сел напротив принца. Долго молчал. Потом спросил:
«Кем ты хотел стать, когда был ребёнком?»
Принц удивился. Никто не задавал ему таких вопросов. Все говорили о болезни, о лечении, о том, что он должен поправиться.
«Я хотел быть полководцем», — тихо ответил он.
Авиценна кивнул. И начал рассказывать историю о древнем царе, который победил врагов, потому что не боялся ошибаться.
Он не лечил принца снадобьями. Он вернул ему ощущение, что он нужен. Что его жизнь имеет значение. И тело откликнулось.
Через несколько недель принц начал есть. Через месяц встал с постели. Через два вышел на балкон, посмотрел на город и сказал: «Я хочу править».
Но Авиценну ждал ещё более странный случай.
Вторая история. Принц, который вообразил себя коровой.
Эту историю пересказывали веками.
У одного из правителей династии Буидов был сын. Молодой, красивый, наследник богатого дома. И вдруг он сошёл с ума.
Он вообразил себя коровой. Мычал. Просил зарезать себя и сварить из его мяса рагу. Отказывался от еды, потому что «коровам не нужна человеческая пища».
Врачи приходили, осматривали, разводили руками. Уговоры не работали. Приказы тем более. Насильно его кормили, он выплёвывал. Он чах на глазах.
Позвали Авиценну.
Он пришёл. Посмотрел. И не стал спорить. Не сказал: «Ты не корова». Он сказал слугам: «Передайте ему: завтра утром придет мясник. Он зарежет его». Принц обрадовался.
Утром Авиценна пришёл с двумя помощниками. В руках ножи. Громко, чтобы слышал больной, крикнул: «Где эта корова? Я зарежу её!»
Принц выбежал на середину двора.
Лёг на бок.
И замычал.
Авиценна приказал связать его. Ощупал рёбра, живот, бёдра как мясник, оценивающий тушу.
Потом выпрямился: «Эта корова слишком худая. Кормите её, пока не растолстеет».
Развязал принца. Велел принести еду. Лекарства называл «откормочными добавками». Принц глотал их без сопротивления.
Через месяц он поправился. Через два перестал мычать. Через три забыл, что когда-то считал себя коровой.
Он не спорил с бредом. Он вошёл в него. Современная психология называет это «использованием симптома». Авиценна называл это лечением.
А вот этот случай Авиценна считал самым простым.
Третья история. Женщина, которая не могла встать.
Женщина из королевской семьи слегла с острой болью в пояснице. Она не могла двигаться. Любое движение причиняло страдания. Врачи осматривали её, но не находили повреждений. Позвоночник был цел. Мышцы — в порядке.
Но она лежала.
Авиценну позвали, когда все средства были испробованы. Он вошёл в комнату. Посмотрел. Попросил помощника снять с неё платок. Она не шелохнулась.
Тогда он сделал паузу. Очень долгую. Придворные замерли. Женщина напряглась, но продолжала лежать.
Авиценна медленно произнёс: «Снимите с неё штаны».
Женщина на кушетке мгновенно вскочила и выбежала из комнаты.
Боль прошла. Сама. За секунду.
Что общего в этих трёх историях.
Разные болезни. Разные люди. Но метод один. Авиценна не боролся с симптомом. Он искал причину. И когда находил, то действовал не через силу, а через понимание.
Авиценна понял главное: человек сопротивляется не лечению.
Он сопротивляется потере той реальности, в которой научился выживать.
Спасибо, что дочитали. Подпишитесь на канал, чтобы не пропустить новые рассказы, которые я пишу для вас.