Самое страшное в тревоге не сам страх.
А то, что человек постепенно забывает, как чувствуется покой.
Авиценна заметил странную вещь. Испуганного человека невозможно вылечить одними словами. Если тело привыкло жить в страхе, разум уже не способен его переубедить. Уговоры «возьми себя в руки» работают только с теми, кто ещё не сломлен.
Нужно начинать не с души. С тела.
Ночной двор. Бухара. Начало XI века.
Молодой юноша сидит на корточках у стены. Не ест. Не спит. Глаза пустые.
Родственники привели его к Авиценне. Шепчут: «Сглазили. Бес вселился».
Авиценна не слушает их. Он смотрит на юношу. Дыхание частое, поверхностное. Пульс нитевидный, скачет. Пальцы сжимают полу халата так, будто он висит над пропастью.
«Сколько не спишь?»
«Не помню… Мне кажется, я умру, если закрою глаза».
Авиценна отпускает его руку. Поворачивается к родственникам.
«Не бес в нём. Не сглаз. Тело его отвыкло от покоя».
Он просит всех выйти. Остаётся с юношей один. Зажигает новую лампу. Сел напротив. Называет одно имя — пульс спокойный. Другое — пульс спокойный. Третье — и вдруг пульс дёргается, лицо юноши вспыхивает.
Авиценна выходит к родственникам.
«Девушка, которую вы называли. Она живёт в таком-то квартале. Он любит её. Сыграйте свадьбу».
Юноша поправился. Не от лекарства. От того, что страх уступил место надежде.
Авиценна знал: иногда тело болеет не от болезни, а от невозможности получить желаемое. И лечить нужно не настойками, а восстановлением связи между тем, что внутри, и тем, что снаружи.
Он лечил не волю. Он лечил привычку.
Тело, которое привыкло к страху, не остановится по приказу. Ему нужно заново научиться безопасности. Маленькими шагами.
Авиценна убирал человека из шума. Тихая комната. Мягкий свет. Никаких тревожных лиц.
Он налаживал сон. Не снотворным. Ритмом. Ложиться и вставать в одно и то же время. Чтобы тело перестало ждать беды.
Он менял еду. Простую, регулярную. Ничего возбуждающего - ни острого, ни крепкого.
Он возвращал человеку ощущение тела. Прогулки. Воду. Медленные движения. Не спорт, а просто быть в контакте с собой.
И только когда тело начинало успокаиваться, Авиценна начинал говорить с человеком. Не «успокойся». Он объяснял пациенту, почему его тело ведёт себя так. Не стыдил.
«Ты не слаб. Твоё тело просто отвыкло от покоя».
Всё, что он делал, подчинялось одному.
Ритм. Покой. Работа с телом. Отказ от стыда. Не четыре шага. Одна линия: вернуть телу забытое чувство безопасности. И когда тело успокаивалось, душа следовала за ним.
Авиценна не обещал быстрого исцеления. Он не продавал лёгких ответов. Он говорил: тело помнит покой. Даже если сейчас оно забыло о нём.
Покой не уходит навсегда. Он просто прячется.
А что, если страх нельзя вылечить окончательно?
Авиценна не дал ответа на этот вопрос. Он умер, оставив свои книги ученикам. В одной из последних глав «Канона» он написал странную вещь: «Иногда страх не исчезает. Он только затихает, чтобы вернуться в другое время».
Он не знал слова «психология». Но он уже видел главное: страх не исчезает. Он меняет форму. Задача научиться жить так, чтобы страх не управлял тобой.
На этом история не заканчивается. Если вы дочитали до этого места, подписывайтесь. О том, можно ли победить страх окончательно расскажу в следующий раз.