Громадные, лохматые, с тяжёлыми лапами и древней тоской в глазах. И над ними — старый медведь, вожак, чей рёв гасил волны. Однажды они нашли на берегу свёрток. В нём — девочка. Только она одна и спаслась с разбитой лодки. Медведи не тронули её, а старый вожак наклонил морду и долго слушал, как она дышит. Она росла среди шерсти и когтей, среди вечных запахов рыбы и мокрого камня. Люди — они и среди зверей остаются людьми. Она научилась петь, и когда её голос летел в небо, медведи замирали, опустив головы. Даже море притихало. И вот однажды, когда стадо ушло в набег, к берегу прибило челн. В нём лежал юноша — бледный, худой, но с живым огнём внутри. Ещё мальчишкой его угнали в чужую землю, он бежал, но сбился с пути. Она нашла его, спрятала, напоила водой из родника. Он рассказал ей про дома, про огонь в очаге, про то, как люди обнимают друг друга. И что-то глухое, давно забытое зашевелилось у неё в груди. — Плывём со мной, — сказал он. — Плывём, — ответила она. И они столкнули челн
В давние времена, когда море ещё не знало имён, на чёрном песке у воды лежало стадо зверей, каких ныне не сыщешь
26 мая26 мая
1 мин