Австралия — один из крупнейших поставщиков СПГ в мире. По данным Geoscience Australia, страна занимает третье место среди экспортёров СПГ после Катара и США, и примерно 73% всего добытого в Австралии природного газа уходит на экспорт.
Но именно из-за этого внутри страны всё чаще задают неудобный вопрос: если газа так много, почему собственный рынок всё чаще говорит о дефиците?
Теперь правительство Австралии предлагает закрепить новый принцип: часть газа должна оставаться дома. С 1 июля 2027 года экспортёры СПГ должны будут поставлять на внутренний рынок объём, эквивалентный 20% их экспортных поставок. Это называется Domestic Supply Obligation — обязательство по внутренним поставкам.
Речь не о запрете экспорта. Австралия не собирается отказываться от роли крупного поставщика СПГ. Но власти хотят, чтобы экспортная модель не ставила под угрозу энергетику, промышленность и потребителей внутри страны.
Почему возникла проблема
На восточном побережье Австралии рынок газа сильно изменился после развития СПГ-экспорта. Газ из Квинсленда стал активнее уходить на внешние рынки, а южные штаты — Виктория, Новый Южный Уэльс, Южная Австралия, Тасмания и ACT — всё больше зависят от поставок из Квинсленда и запасов в хранилищах. На это указывал австралийский регулятор ACCC в прогнозе по рынку на второй квартал 2026 года.
Проблема не в том, что газ физически исчез. Проблема в том, что в условиях экспорта внутренний рынок может оказаться в слабой позиции: промышленности и энергетике нужен стабильный газ по предсказуемой цене, а экспортёры ориентируются на более выгодные внешние рынки.
По расчётам AEMO, краткосрочная ситуация с поставками улучшилась, но с 2030 года при большинстве погодных сценариев восточному рынку снова может понадобиться новый источник предложения. То есть власти пытаются не тушить пожар, а заранее построить запас прочности.
Как будет работать новое правило
Схема простая: если компания экспортирует СПГ, она должна обеспечить поставки газа на внутренний рынок в объёме, равном 20% её экспорта. Обязательства должны начать действовать с 1 июля 2027 года.
При этом действующие контракты не должны попасть под новые правила автоматически. По данным Reuters, требование будут применять к новым или продлённым контрактам после 22 декабря 2025 года.
Логика правительства — создать на рынке умеренный профицит. Не огромный избыток, который обрушит отрасль, а достаточный запас, чтобы внутренние цены меньше зависели от внешней конъюнктуры и спотового рынка СПГ. Reuters также отмечает, что власти прямо связывают меру с попыткой снизить риски дефицита и давления на цены.
Почему отрасль недовольна
Газовые компании критикуют инициативу. Australian Energy Producers заявила, что требование резервировать 20% экспортных объёмов создаёт риски для конкуренции, инвестиций и будущего предложения газа.
Reuters также пишет, что отрасль опасается сложности новой схемы, давления на инвестиции и возможных проблем в отношениях с азиатскими торговыми партнёрами. Для Австралии это чувствительный вопрос: Япония, Китай и Южная Корея остаются ключевыми покупателями австралийского СПГ.
Здесь и возникает главный конфликт. Для правительства газ — это не только экспортная выручка, но и основа внутренней устойчивости. Для бизнеса — долгосрочные контракты, инвестиции в добычу и репутация надёжного поставщика.
Австралийский пример показывает более широкий тренд: даже крупные экспортёры начинают осторожнее относиться к идее «продавать всё туда, где дороже». Газ снова становится не просто товаром, а элементом энергетической безопасности.