Приветствую, любознательные читатели «Межгалактической панорамы»! Ваш КотРеспондент снова с вами. (А кто я и как сюда попал — см. здесь).
Сегодня я расскажу о том, как моё терпение лопнуло.
Знаете, что хуже всего в моём положении? Я не кот. Я — журналист, интеллектуал, лауреат премии, а не пушистый антидепрессант. Но семья, в которой я живу, считает иначе. Особенно старший детёныш. Я мысленно называю его Сопляком.
Систематизирую обиды.
Сопляк постоянно тычет в меня пальцем. В нос. И произносит: «Пуньк!» Зачем? Это провокация? Ритуал доминирования? Позитронный интеллект пояснил: «Так земные дети исследуют окружающий мир». Пусть исследует свои тетради. Мой нос его не касаются.
Сопляк пинает мой роскошный пушистый хвост. Не больно, но унизительно. Он запирал меня в ванной. Дважды. В шкаф — один раз, но я выскочил. А недавно он попытался запустить меня на игрушечной машине с лестницы. К счастью, я спрыгнул. Машина разбилась. Сопляк расстроился.
Кроме того, он обращается со мной как с собакой. А он хочет собаку, это очевидно. «Пушок, ко мне!» — кричит он, хотя я сижу в двух метрах. «Дай лапу!» — требует, хотя я не понимаю, зачем ему моя лапа. Однажды Сопляк бросил палку и приказал принести. Потом он сбегал и принёс палку сам. В зубах. При таких роскошных манипуляторах. Я посмотрел на него как на сумасшедшего. Он обиделся.
И самое невыносимое — Сопляк не даёт мне спать. Я только закрою глаза, а он уже рядом: то погладит слишком грубо, то дёрнет за ус, то начнёт рассказывать что-то про школу, запихивая в очередной самосвал.
Вчера он бросил в меня несвежим носком. К сожалению, попал.
И я решил: пора действовать. Действовать методами, достойными центаврийского интеллектуала.
Итак, мозговой штурм. Задачи: выявить уязвимости, изучить расписание, оценить риски.
Камер наблюдения в доме нет, я трижды проверил. Родительский контроль — только на телевизоре. Собаки нет. Зато есть младший детёныш, который разрушает всё подряд. Идеальный ложный след.
Позитронный интеллект выдал справку: «Наиболее значимые объекты для землянина мужского пола в возрасте семи лет: обувь, электронные устройства, конструкторы, рюкзак, постельное бельё с изображением супергероев».
Прекрасно, тем проще составить список целей.
Первая: любимый игровой планшет Сопляка. Исчезновение планшета вызовет скандал, недоверие к домочадцам и нервотрёпку.
Вторая цель: рюкзак. Если устроить внутри помойку и вытащить тетради, Сопляк получит двойки и грязный рюкзак.
Третья: новые белые кроссовки. Сопляк ждал их три месяца. Хвастался перед всеми, до кого мог дотянуться, что таких кроссовок нет ни у кого. С ними нужно было сделать нечто особенное. То, что невозможно доказать, но что запомнится навсегда. Как говорится, кошачья месть — это блюдо, которое подаётся в ботинки, хе-хе…
Что ж, план был утверждён, начало военно-диверсионным действиям было положено.
Вечер. Сопляк сделал уроки. У него есть ровно сорок минут на игры — святое время, на которое никто не покушается. Он потянулся к планшету. Планшета тю-тю.
— Где планшет? — спросил он.
Никто не ответил.
— Мам, ты брала?
— Нет.
— Пап?..
— Не трогал.
— Сёстры?
Младшая помотала головой. Средняя сказала: «У меня свой, круче!» Круче, потому что розовый и с наклейкой пони.
Сопляк метался по дому, заглядывал под диваны, под кровати, в шкафы. Я сидел в кресле и тщательно вылизывал переднюю лапу. Ничего необычного.
— Куда он делся?! — орал Сопляк.
Отец в шутку сказал:
— Ну, ты ещё на Пушка это повесь.
Я сделал вид, что не понял.
Через двадцать минут, когда поиски стали отчаянными и распространились на всю площадь да ещё и силами всей семьи, я незаметно выскользнул из гостиной, подцепил планшет (он лежал в щели за кроватью Сопляка) и ловко задвинул под одеяло.
Вернулся в кресло. Продолжил вылизывать лапу.
— Нашёл! — закричал Сопляк из комнаты. — Он под одеялом был!
— Сам туда положил, — сказала женщина.
— Нет!
— Не выдумывай.
Сопляк пытался доказать, что не клал планшет под одеяло, и более того, смотрел там буквально несколько минут назад, но родители уже переключились на ужин. Я видел его лицо, когда он проходил мимо меня. Растерянное. Он не понимал, что происходит.
Святая простота!
Ночь. Все спят. Я убедился, что Сопляк сопит, и приступил ко второму этапу.
Рюкзак стоял в его комнате возле стола. Молния застёгнута.
Я открыл рюкзак. Вытащил тетради — несколько штук, самых важных, судя по тому, как Сопляк их бережёт. Спрятал их в ящик стола.
Потом я отправился на кухню. В мусорном ведре нашлись сокровища: рыбная консервная банка, огрызок яблока, завернутый в салфетку, и ещё кое-что ароматное. Я аккуратно переложил эти предметы в рюкзак. Застегнул молнию.
А, ну да! Как я это сделал, у меня же лапки, да? Ну, так я же метаморфированый кот, поэтому перестроил передние лапы. Тсс, это маленький секрет, который позволяет мне делать вещи, недоступные обычным котам! Лапа стала почти как рука землянина. Сделал дело — верни лапы в штатное состояние.
Всё. Удачной учёбы, Сопляк.
На следующий день он вернулся из школы мрачнее тучи.
— Две двойки, — сказал он, бросая дневник на стол. — Тетради забыл дома. А рюкзак воняет.
— Что за запах? — спросила женщина, принюхиваясь. — Ты что туда положил?
— Ничего! — закричал он. — Я ничего не клал!
— Эти тетради? — спросил отец, показывая на стол.
— Я их клал в рюкзак!
— Конечно, они сами из рюкзака вылезли, — сказала средняя сестрёнка Сопляка. — Им запах не понравился.
— Может, всё же забыл? — спросил отец.
— Да нет же… — обречённо возразил Сопляк.
— А гоёву ты низабыль? — съезвила самая младшая особь (и откуда мудрости такой набирается?!).
Сопляк покраснел. Сжал кулаки. Враждебно посмотрел на меня.
Вечером он улучил момент, встретив меня в коридоре.
— А не ты ли за всем этим стоишь, мохнатый засранец? — И накрыл меня корзиной для белья.
Подловил!
— Да вряд ли, — добавил он и ушёл.
Я остался сидеть в неволе. Темно. Тесно. Но спокойно. Потому что я знал: главное впереди.
Женщина, конечно, сняла с меня корзину. Спасибо сердечное… за плохо воспитанного сына!
А я задумался: «Где я прокололся? Чем себя выдал? Или не выдал? В любом случае, корзина — это перебор. Мелкий спинокус за это ответит».
Утро. Тишина. Сопляк собирается в школу. Надевает новые белые кроссовки.
Левая нога хлюпает.
Пауза.
Я сижу в коридоре, внимательно наблюдая.
Он медленно снимает кроссовок. Нюхает. Лицо вытягивается. Бледнеет. Краснеет.
— Маааам! — вопль, в котором кипит всё: боль, омерзение, ярость. — Ваш кот нассал в мой кроссовок!
Женщина выбегает из кухни. Подозрительно смотрит на меня.
— Пушок, зачем?
Я делаю самый невинный вид, на который способна моя кошачья морда.
— Это он! — Сопляк пытается схватить меня, чтобы, кажется, потыкать носом в кроссовок. Старый земной обычай, унизительный для кошек.
Я бегу. Не быстро, не медленно. Ровно настолько, чтобы он за мной гнался. Маршрут продуман заранее.
На обратном пути проношусь мимо полки в коридоре. Задеваю ее, чтобы на всеобщее обозрение выкатилась бутылочка с нашатырным спиртом — та, которую женщина держит для чистки стёкол. Бутылочка катится, катится и останавливается прямо у кроссовка.
— Надо же, — говорит женщина.
Она наклоняется, берёт бутылочку. Нюхает. Потом нюхает кроссовок.
«Ну, теперь ещё к моему лотку сходи», — мысленно советую я.
Женщина не идёт к лотку. Она выпрямляется и смотрит на сына.
— Сынок, зачем ты испортил свои кроссовки?
— Что?!
— Зачем ты налил нашатырь в кроссовок?
— Я не наливал! Это кот!
— Кот открыл пузырёк и так далее, да? Серьёзно?
Я мысленно аплодирую. Женщина — гений логики.
— Но он нассал!
— Это нашатырь. Вечером поговорим, — добавила женщина. — Давай, надевай старые кроссовки. Не опоздай.
Я забрался на шкаф — моё любимое место для размышлений. Позитронный интеллект зафиксировал итоги трёх диверсий.
Планшет: миссия выполнена. Подозрения переключены на самого Сопляка.
Рюкзак: успех. Двойки и грязный рюкзак.
Кроссовки: феерия. Женщина убеждена, что сын сам испортил обувь нашатырём, пытаясь свалить вину на кота.
Сложность акций отвела от меня подозрения. Не может же кот открыть пузырёк и налить из него в кроссовок, а воду принести из кухни. Но у старины котреспондента есть ещё и не такие трюки в рукаве! Хм…
— Учитывая положение сторон конфликта, — заметил позитронный интеллект, — прямая война тебе не выгодна. Родители всегда предпочтут родного детёныша чужому коту.
— Это верно, — согласился я. — Но он-то этого не знает.
Сопляк вернулся из школы мрачнее, чем уходил утром. Прошёл в свою комнату. Бросил рюкзак в угол.
И замер.
Я сидел на его столе. Передо мной лежал его любимый планшет. Экран горел.
Сопляк подошёл ближе. Прочитал текст, который я набрал, пока его не было:
«Если не начнёшь уважать Пушка, ты поймёшь, что кроссовки были всего лишь невинной шуткой. Кивни».
Он поднял глаза на меня. Я смотрел на него в упор.
Он кивнул.
Я кивнул в ответ.
Буквы на планшете стремительно пропали — дешёвый спецэффект, созданный с помощью позитронного интеллекта. Сопляк открыл было рот, но ничего не сказал. Я спрыгнул со стола, прошёл мимо него и вышел из комнаты.
Он не остановил меня.
Да… Никогда ещё я не был так близок к провалу. Начинаю неслабо рисковать… Заберите меня домой, на Альфу Центавра!
А Сопляка, кстати, Володей зовут. Неплохой малый, когда хорошо себя ведёт.
В последнее время — ну просто идеальный сосед!
