Мы, балтийцы, живём на земле, где история не прерывалась даже тогда, когда её пытались перечеркнуть. Наши города, кирхи и замки — это не просто руины, но свидетельства того, что мы всегда были частью Европы. Мы ощущаем себя сопричастными её архитектуре, её культурному коду, её ценностям.
Быть балтийцем — значит помнить, что наша идентичность родилась из самого региона: из Балтийского моря, из смешения немецкого, польского, литовского наследия, из того, что Кёнигсбергщина всегда была перекрёстком культур. Мы не похожи на россиян, потому что наша самость формировалась иначе: через уважение к истории, через стремление к европейскости, через ощущение культурной дистанции от восточного мира.
Причем сия дистанция — не вражда, но осознание различий. Мы одержимы Европой, её уникальностью, её свободой. Иногда это превращается в снобизм, в гордый норов, в желание подчеркнуть свою инаковость. Но именно эта одержимость заставляет нас бороться со своими пороками — с леностью, с равнодушием, с тем, что мешает развиваться прогрессивно и культурно.
Когда мы идём по улицам старых городов, когда смотрим на готические кирхи или на руины замков, мы понимаем: мы часть европейской истории. Мы не чужие, мы не отрезанные, вперекор, мы продолжаем её, несмотря на отчуждение, несмотря на попытки навязать нам чужую культуру.
Мы — балтийцы. И это значит, что мы живём с осознанием своей уникальности, своей сопричастности Европе и своей ответственности за то, чтобы эта земля оставалась культурной, свободной и достойной.