– Василий Иванович, белые в лесу!
– Не время, Петька, грибы собирать!
Если вы сейчас не улыбнулись и не вспомнили с десяток анекдотов про Чапая, вы просто выросли в другой стране. Василий Иванович для нашего юмора просто отец родной. После выхода на экраны легендарной картины с Борисом Бабочкиным отважный красный командир превратился в одного из главных персонажей фольклора. Наш народ даже спустя век обожает истории про героя и его верных спутников – ординарца Петьку и Анку-пулемётчицу. Время от времени к неунывающей троице примыкает интеллигент Фурманов, но лишь для того, чтобы на фоне его умных подначек и каверзных вопросов ещё ярче сверкали мужицкая смекалка и находчивость Чапая.
Чапаев поступает в институт и проваливает экзамен. Петька спрашивает:
— На чем срезался, Василий Иванович?
— На математике.
— А что так?
— Да понимаешь, Петька, спрашивают меня, сколько будет 0,5 плюс 0,5? Я нутром чую, что литр, а математически выразить не могу!
И если Петька – это реальный человек, порученец комдива Петр Исаев, то по поводу Анки историки единодушны: этот персонаж полностью вымышленный. Однако не исключено, что её прообразом стала санитарка Мария Попова, которой пришлось заменить раненого пулемётчика.
Сидят Петька и Василий Иванович на дереве. Вдруг к дереву подходит слон и начинает его трясти.
— Василий Иванович, может, здесь у него гнездо?
— Дурак ты, Петька, они в норах живут!
Роскошные усы, съехавшая набекрень папаха, шашка наголо и абсолютно непробиваемая уверенность в своей правоте – таким предстаёт Василий Иванович в карикатурах. Он всегда мыслит глобально, даже если речь идёт всего лишь о поллитре или грязных портянках. Его ординарец Петька - эдакий рубаха-парень: простой, наивный, искренний и беззаветно преданный своему командиру.
Петька заходит в комнату. Там сидит Фурманов и что-то пишет.
– Чего пишешь?
– Диссертацию.
– А на какую тему?
– Перенос мелкодисперсионной жидкости в нестандартной таре.
– А по-нормальному-то как звучит?
– Носить воду в решете.
Ну, Петька тоже засел за диссертацию. Заходит Василий Иванович.
– Чего ты там делаешь, Петька?
– Да вот, Василий Иванович, диссертацию пишу.
– Как называется-то?
– Роль синусоидальных гармонических колебаний у служителей культа.
– Это такое название тебе Фурманов посоветовал?
– Ага.
– А чё это значит-то?
– А на фига попу баян?..
Карикатуристы блестяще уловили диссонанс между былинным пафосом и простотой, которые с лёгкостью облекаются в самые заковыристые и смешные шутки. В анекдотах и рисунках про Чапая законы физики и здравый смысл с позором капитулируют перед командирской смекалкой.
Летят ли на юг птицы, потому что комдив им приказал это сделать ещё в прошлом году, или Петька пытается найти логику там, где её отродясь не было, — все это строится на железобетонной уверенности и восхитительном абсурде.
Особое место в этом сюрреалистичном мире занимает комиссар Фурманов. В фольклоре Фурманов превратился в интеллигента, который вечно пытается проверить эрудицию командира и неизменно терпит сокрушительное фиаско перед его простой, как топор, крестьянской логикой.
Карикатуристы часто изображают этот контраст: Фурманов с умной книгой в руках и монументальный Василий Иванович, который одним взмахом шашки разрубает любой философский узел.
Во время наступления белых:
— Петька, возьми гранату на полке, отпугни их.
Петька хватает гранату, швыряет ее в танк — танк на куски!
Заходит в дом и говорит Василию Ивановичу:
— Отпугнул!!!
— Молодец, Петька! Положи гранату на место…
Отправил Василий Иванович Петьку к Фурманову денег занять. Тот возвращается и разводит руками:
– Василий Иванович, Фурманов денег не дал.
– Как не дал? А чем мотивировал?
– Ох, как только не мативировал. И меня, и тебя, и всю нашу дивизию!
Словом, мужицкая смекалка и прямота всегда бьют академическое образование, хотя Чапаев может не знать разницы между Карлом Марксом и Фридрихом Энгельсом, искренне полагая, что это четыре разных человека.
Художникам-карикатуристам даже не нужно придумывать дополнительные детали: достаточно нарисовать легендарную сцену с картошкой, на которой комдив с умным видом объясняет тактику боя, чтобы читатель уже начал хихикать, ожидая такой знакомой, но всё равно смешной развязки.
Чапаев с Петькой в бане моются, Петька Василию Ивановичу спину трет:
— Василий Иваныч! Помнишь, у тебя майка была, которая в прошлом году пропала?
— Ну?..
— Нашлась!
Весьма гармонично в суровый мужской мир вписана Анка-пулеметчица. Это дама с характером, которая и «коня на скаку остановит», и Петьке попеняет на нечищеные сапоги, и глазки состроит кому надо (и не надо тоже). По этой причине она часто становится причиной самых нелепых конфликтов в штабе Чапаева, а также амурным интересом суровых вояк.
— Василий Иваныч! Там Анка в нашу дивизию провела интернет!
— Интернета к стенке, а Анку — сюда!
– Василий Иванович, Анка к белым поползла!
– Не стреляй, Петька! Пусть ползёт, это наше новое бактериологическое оружие.
Когда красный командир и его ординарец сталкиваются с чем-то непонятным, они не теряются, а просто адаптируют реальность под свой уровень понимания. Карикатуры, где Чапаев с умным видом рассуждает о высоком искусстве, опере, балете или консерватории («…а на крышу пулемёт поставим, чтобы консервы не воровали!»), вызывают смех именно из-за несоответствия между формой и содержанием. Комдив не боится показаться глупым, потому что в его системе координат он всегда прав.
– Петька, а ты коня на скаку остановишь?
– Не-а…
– Ну, а в избу горящую войдешь?
– Да ну вас, Василь Иваныч…
– Вот за что тебя люблю, Петька, так за то, что ты не баба!
В этом, пожалуй, и кроется главный секрет притягательности историй про Чапая, Петьку и Анку. Мы смеёмся над их дремучестью и наивностью, но в то же время искренне восхищаемся их непрошибаемым оптимизмом и способностью выходить сухими из воды.
— Василь Иваныч, а ты бы блог завел?
— Петька, когда люди долго в баню не ходят, блохи сами заводятся…
Поделитесь своим любимым анекдотом про комдива!