Взлететь • 26 мая 2026
От челноков до ИИ-стартапов. История российского предпринимательства в лицах: четыре десятилетия, четыре взгляда
Автор: Наташа Покровская
Предпринимательство в современном понимании сложилось в России не сразу. Лихие 1990-е — это хаос, риски и «малиновые пиджаки». «Жирные» 2000-е, где контракт на бумаге часто заменялся устной договоренностью. Стабильные 2010-е — эпоха поиска: пробовали, ошибались, открывались заново. Наконец, 2020-е — пандемия, санкции и жизнь по инструкции, которая устаревает быстрее, чем ее дочитывают. Мы поговорили с четырьмя героями, каждого из которых можно назвать олицетворением своего десятилетия, чтобы понять, как опыт прошлого формирует бизнес будущего и почему предприниматель не заложник времени, а его главный двигатель.
Предпринимательство в современном понимании сложилось в России не сразу. Лихие 1990-е — это хаос, риски и «малиновые пиджаки». «Жирные» 2000-е, где контракт на бумаге часто заменялся устной договоренностью. Стабильные 2010-е — эпоха поиска: пробовали, ошибались, открывались заново. Наконец, 2020-е — пандемия, санкции и жизнь по инструкции, которая устаревает быстрее, чем ее дочитывают. Мы поговорили с четырьмя героями, каждого из которых можно назвать олицетворением своего десятилетия, чтобы понять, как опыт прошлого формирует бизнес будущего и почему предприниматель не заложник времени, а его главный двигатель.
Начало. Коммерсант из 1990-х
Основатель ресторанного холдинга «Тигрус» Хенрик Винтер: «Среди хаоса зарождалась российская бизнес-культура».
Я приехал в Россию из Франции, где у меня уже был бизнес — семейный ресторан. Все отговаривали меня… Но я быстро освоился. В 1994–1995 гг. мы замахнулись на 100 ресторанов за три года. На каждый нужно минимум восемь управленцев: директор, шеф и другие. Умножаем — получаем 800 человек. Плюс текучка 50% — значит, за полтора года надо подготовить 1,2 тыс. управленцев. Когда я озвучил подсчеты, наш HR-директор (американка) встала и написала заявление об уходе.
В этот период единственной задачей предпринимательства было «срубить бабки». Годы были стихийными или дикими: свобода, хаос и высокие риски. Когда речь заходит о предпринимателе из 90-х, многие представляют себе криминального авторитета в пиджаке, живущего и работающего «по понятиям». Или «челнока» с клетчатой сумкой, который держит палатку с турецкими вещами на рынке.
Отчасти это справедливо. Большинство занималось мелкой торговлей или услугами вроде ремонта одежды, обуви, часов. Владение бизнесом часто сопровождалось рэкетом и бюрократией. Но эпоха обязывала: время было морально и финансово тяжелое, давящее. Культура ведения бизнеса еще не сформировалась.
Тех, кто ринулся в коммерцию, было много. У них было огромное количество провалов из-за неопытности в управлении, финансах, идеологии.
Для меня быть предпринимателем прежде всего значит быть готовым идти на риски и брать ответственность, ведь успех бизнеса заранее не гарантирован. Предпринимательство требует особого склада ума: видеть возможности в хаосе, верить в свои продукты и проекты и развивать их, даже когда ресурсов мало.
А еще — это возможность внести свой вклад в улучшение качества жизни окружающих, экологию и сделать мир хотя бы чуточку лучше.
«Жить стало веселее». Бизнес-леди из 2000-х
Основатель туроператора «Парадиз-тур» Мария Черепанова: «Бизнес строился на человеческих отношениях».
В нулевые рынок (скажу о своем сегменте, туристическом) еще слабо регламентировался. С одной стороны, была огромная свобода для творчества, с другой — рисковать приходилось иногда буквально жизнью. Конкуренция достигала уровня, когда наших гидов избивали другие гиды. А истории, когда мы вносили предоплату, но отель оказывался «однодневкой» и исчезал вместе с деньгами, — рутина того времени.
Было тяжело, но запоминается больше хорошее. В нулевые я нередко сама выступала в роли гида и однажды принимала серьезных гостей из Астрахани (глава семьи занимал высокое положение в крупной федеральной компании). Приемом гости остались довольны, долго благодарили, через некоторое время прислали даже своих родственников. Само по себе это было вдохновляюще, рекомендация — всегда лучшее подтверждение качества. Но история на этом не закончилась.
Прошло достаточно времени, и мне позвонили с Московского вокзала. Официальным, не терпящим возражений тоном велели явиться к определенному времени к поезду «Санкт-Петербург-Астрахань». Можно представить, как я была удивлена, когда увидела вагон арбузов — благодарность от тех самых клиентов. Эта история о человеческих отношениях, которые были на первом месте.
Для меня быть предпринимателем — это наблюдать, изучать, рассчитывать, действовать, рисковать, нести ответственность, получать новые возможности (в том числе материальные), развиваться и обязательно помогать. Благотворительность всегда была важной частью культуры русского бизнеса.
Голубой океан. Фаундер из 2010-х
Основатель сети кофеен «Правда кофе» Филипп Лейтес: «Ошибались, закрывались, открывались заново».
В 2010-х было много таких историй, когда люди просто пробовали. Без стратегий, без долгих планов. Кто-то открывал кофейню, кто-то бар и начинал с нуля, потому что видел возможность. Если одним словом — это поиск. Все искали свою модель, свой продукт, свою аудиторию. Ошибались, закрывались, открывались заново. Но именно за счет этого и появлялись сильные проекты.
В момент, когда я только начинал, у меня было совсем немного денег. Я искал клиентов — кафе и рестораны, ездил по городу, предлагал свой кофе, отвозил образцы, пробовал договориться. Иногда казалось, что все это уходит в никуда, но я продолжал. И вот наконец случилось: первый заказ на обжарку для небольшой кофейни. Но к этому я оказался не совсем готов.
Представьте картину: зерна обжарены и упакованы, кофейня ждет, а у меня нет денег на доставку. Вообще никаких средств — ни на транспорт, ни на билет в метро. Раннее утро, я стою, смотрю на пакеты с кофе и понимаю, что заказ нужно доставить. Звонить кому-то рано, беспокоить людей не хочется. Собираю пакеты, надеваю куртку и бегу в метро.
В те времена еще можно было без особых проблем поехать зайцем. Так я и сделал. Еду с этим кофе и чувствую себя одновременно и смешно, и отчаянно.
Для меня предпринимательство — это когда из простой идеи, иногда даже очень бытовой, начинаешь выстраивать систему. Сначала одна кофейня, потом несколько точек, потом сеть. И на каждом этапе появляются новые задачи, к которым ты не готов, но всё равно их решаешь.
И еще важный момент — тебе должно быть не всё равно. Потому что если нет интереса к продукту и к процессу, долго не протянешь.
Наше время. Стартапер из 2020-х
Сооснователь ИИ-сервиса Fabula AI Родион Кадыров: «Инструкция устарела еще до того, как вы ее дочитали».
Типичный предприниматель 2020-х в России — это человек, который строит бизнес в турбулентности. Правила и законы меняются каждый день, расти можно только через итерации и мелкими шагами. Работаем в режиме «инструкция устарела еще до того, как вы ее дочитали». Это особенно чувствуется в технологических стартапах.
Мы начинали как сервис аватарок с ИИ — за год сделали 40+ млн руб. выручки. Потом рынок и технологии обновились: конкуренция выросла, пришлось менять вектор. За три года пересобрались трижды: ушли от B2C к более прикладным сценариям для бизнеса, меняли позиционирование, искали соответствие продукта рынку.
Сейчас делаем третий поворот: отказываемся от наработок последних полутора лет, потому что мировые гиганты выпускают нейронные модели на порядок сильнее и конкуренция снова растет. Фактически вырезаем функции, в которые вкладывали десятки миллионов, — для пользователей эти технологии уже устарели и хуже отвечают ожиданиям.
Перед полноценным запуском бизнеса мы продумали кучу вариантов, пересчитали экономику и остановились на рынке маркетплейсов. Почти случайно узнали: через пару недель конференция MPSTATS EXPO. Мы стояли на грани поворота, но с большими расходами на серверы и ФОТ. Денег сгорало много, выручка падала. Нужно было быстро понять, купят ли то, что мы собираемся строить.
Тогда мы продали продукт, которого еще не существовало. За два дня собрали видеопрезентацию, взяли партнерское размещение и вышли с оффером — ранний доступ к несуществующему продукту. На стенде показывали видео. Первую цену поставили 5 тыс. руб. за доступ на год. Люди начали покупать с первых минут.
В первый день продали десятки подписок. На второй подняли цену в шесть раз — до 30 тыс. руб. Покупать продолжили. Мы честно говорили, что это предзаказ. Факт оставался фактом: продукта еще не было, а деньги уже были. Рынок горячий.
Сомнения закончились. Мы вернулись в Томск и собрали первую версию за полтора месяца. За весь следующий год выпустили около 70 улучшений и нарастили выручку до 45 млн руб.