Это случилось в то время, когда днем за окнами проносились невесомые хлопья тополиного пуха, а по ночам сладкоголосые соловьи пронзительно распевали над лесом свои трели.
Из небольшого домика у реки вышла женщина. Она окинула взглядом изумрудную гладь реки и, заметив, как разлетаются во все стороны белые пушинки, не останавливаясь ни на миг, неожиданно для самой себя тихо прошептала:
— В чем смысл жизни?
С минуту женщина вслушивалась в юбаюкивающую тишину леса, в жужжание пчел и стрекот кузнечиков, в загадочный шелест высокой травы под ногами… А затем задумчиво проследила взглядом за ускользающим белым туманом пуха…
Ей вдруг почудился еле слышный, растревоженный шепот. Это переговаривались между собой улетающие снежинки. Они ускорили свой танец, унося ее вопрос все дальше и дальше…
— В чем смысл жизни? В чем смысл жизни? - перешептывались между собой невесомые хлопья.
Этот вопрос был слишком тяжел для них (пушинки не привыкли к такой тяжести). И потому они повторяли вопрос друг за другом, как бы сбрасывая его с себя, не желая прерывать свою первозданную легкость. Когда же последняя пушинка прошептала слова, то их подхватил озорной ветер, и шепот растворился в нем.
Уже ночью, когда женщина долго ворочалась в своей постели, а затем, открыв окно, ощутила свежее дыхание ночной прохлады, она второй раз еле слышно произнесла:
— В чем смысл жизни?
Вдруг, как будто бы в ответ, засвистел соловей. Он пел свою балладу пронзительно, и сердце каждого, кто слышал это пение, трепетало в томительном предчувствии чего-то волнительного и желанного. Так до рассвета из леса лились звуки соловьиного пения. Он, верно, воспевал оду самой жизни и объяснял, и рассказывал… Но женщина не поняла его. Звонкое пение соловья лишь пробудили в ее сердце щемящую тоску, и горячие, тяжелые капли обожгли лицо.
Так несколько часов просидела женщина у окна в глубокой задумчивости. Она не заметила, как замолчал соловей, а на горизонте небо приобрело малиновый оттенок. Лишь, когда первый солнечный луч коснулся ее лица, она очнулась. Уставшим взглядом обвела женщина тихую речку, замершие верхушки величественных сосен, алый круг восходящего солнца, снова надеясь найти ответ, на мучивший душу, немой вопрос. Ведь ей так хотелось, чтобы кто-нибудь дал простой и ясный ответ.
— Как было бы здорово, чтобы кто-то невидимый взял тебя за руку и оберегал, и объяснил все-все, и стало бы легче и понятнее идти по дороге жизни! - так думала женщина.
Как вдруг тот самый озорной ветер, который еще со вчерашнего вечера бережно хранил ее слова глубоко внутри себя, дунул ей в лицо горстку невесомого тополиного пуха. От неожиданности женщина сделала глубокий вдох, и пух защекотал ей щеки и нос. Она чихнула и улыбнулась, вслед за вчерашним пухом сбрасывая тяжесть меланхолии, а затем снова посмотрела вокруг. Солнце теперь уже почти взошло, свежий ветер приятно обдувал лицо, принося с полей запахи ночной фиалки и разнотравья, а мимо, резвясь, проносился легкий тополиный пух, унося с собой тоску вчерашнего дня.