Это происходит с каждым. Как только ты становишься совершеннолетним, к тебе приходят. И задают один вопрос. Тебе не нужно делать много, всего лишь поставить свою подпись на документе.
Этот вопрос всегда сложный. И на него нет правильного ответа. Конечно, можно отказаться. Выгнать посыльного. Ничего за это не будет. Система просто обнулит тебя. И все. Но она не обнулит других. И вот, стук в дверь. Меня ждет тот же самый вопрос. Как и всех остальных.
- Сколько? - незнакомец протянул мне договор. Мне нужно вписать число и подписать. Ничего сложного.
Этот человек, если он, конечно, человек, приходит ко всем. Не ясно кто это, мужчина или женщина. Его капюшон закрывает лицо. Голос искажается. Невозможно выяснить, кто это. И договор всегда при себе. И обычная черная ручка. Каждый раз разная. Наверное, у него в кармане целые залежи их.
- А можно уточнить правила еще раз? Мне кажется, я понимаю не все, - я пыталась оттянуть время. Пока он говорит, я подумаю. И правда, а сколько? И пойду ли я на это?
- В договоре все указано. Но я повторю. Тебе нужно выбрать число. Любое число, не превышающее число жильцов в твоем городе. Да, было, конечно, давно принято решение, еще 2246 году, что максимальным мы оставляем число пятьдесят. Но при должных достижениях можно и побольше. У тебя набралось только на двести пятьдесят тысяч лимита. Большинство из них за волонтерскую деятельность и работу в центре тяжело больных. Ты насмотрелась и нажила врагов, наверняка. Но все же не бывала в местах боевых действий, не была пострадавшей при бедствиях. При нападениях. И прочем. Весь список можешь прочитать в договоре. Потом детям своим расскажешь, как лимит увеличить.
- Но я волонтерствовала не ради лимита, - у меня дрожал голос. Да, я помню этот пункт при приеме в волонтерский центр. Многие там сидят ради этого. Но приюты имеют слишком много тонкостей, и реальные бонусы получают только те, кто там по доброй воле без желания получить плюшки.
- Не перебивай. Сколько бы ты ни назвала людей, это тебя не вычеркивает из их списка. Ты не можешь быть неприкосновенной с момента подписания или отказа от подписания договора. В двадцать один год тебе нужно выбрать, сколько людей ты готова убить. Безнаказанно. Абсолютно легально. Тебе за это ничего не будет. Меньше лимита - можно. Больше - наказуемо. И тебе лучше не знать, что будет за выход за лимит. Или за попытку удачную или неудачную нападения на неприкосновенных. То есть, людей, животных, пожилых. И тех, кто перешел черту лимита. А также отдельного списка людей из представителей власти.
- А если я скажу ноль? Что тогда?
- Ничего не изменится. У тебя на счету будет ноль. Зато у твоего соседа осталось четыре. У той бабушки, которая вчера кричала на тебя в продуктовом - пятнадцать. А у твоей мамы один. Будет как-то несправедливо остаться с нулем в таком обществе? Тебе же нужно защищаться, как минимум. Я бы на твоем месте выбрал максимально доступное количество.
- А многие выбирают максимум?
- Мало кому максимум доступен. А кто-то, такой же сердобольный как ты говорит как можно меньше. Знаю лично человека, который назвал ноль, а на следующий день об этом узнал обманутый им клиент. Представляешь, как ему было обидно? А он ведь думал, что честно жил всю жизнь. К кому-то наведываются бывшие друзья или любовники. Были и те, к кому месть держали с пеленок. Так что не глупи, называй число.
- Двести сорок девять тысяч девятьсот девяносто семь, - это на три человека меньше населения города. На три человека, которые точно не будут желать мне плохого. Я. Мой брат. И владелица волонтерского центра.
Незнакомец поставил свою подпись рядом с моей. Убедился, что число я поставила правильное. И ушел.
А я осталась с мыслью, что у моей мамы остался один человек в списке. Всего один. Из пятиста.
Продолжение следует...
Подписывайтесь на мой канал и присоединяйтесь к моей группе ВКонтакте. А если хотите поделиться своей историей - почта для связи ya.yana-pryanishnikova@yandex.ru