«Я быстро похудел (-а), но моя жизнь стала черно-белой» – эти слова врачи нередко слышат от пациентов, которые принимали оземпик и его аналоги. На самом деле это не просто слова, а целый новый феномен, который очень заинтересовал ученых и открыл им совершенно новую сторону действия глюкогоноподобного пептида-1 (ГПП-1), рецепторы к которому искусственно активируют оземпик и его аналоги.
Гормон насыщения
Вплоть до последнего времени ГПП-1 считался просто одним из многих гормонов насыщения. Он 1) сдерживает опустошение желудка и тем самым продлевает ощущение сытости; 2) регулирует синтез инсулина и повышает чувствительность клеток к этому гормону, активируя инсулин-зависимые центры насыщения.
Но таких гормонов, как ГПП-1, в организме очень много, и некоторые из них считались гораздо более потенциальными и сильными. Почему же тогда после стольких попыток в этой области «выстрелил» именно «бедный родственник» ГПП-1?
Центры неземного удовольствия
Изучение механизмов действия ГПП-1, подстегнутое успехами в применении оземпика и аналогов, позволило установить, что действие ГПП-1 не ограничивается пищеварительной системой. Оказалось, что этот гормон еще и блокирует центры удовольствия в головном мозгу и вмешивается в связанную с ними систему нейромедиаторов, таких как гамма-аминомасляная кислота, глутамин и, главное, дофамин.
При этом в природе подобное действие ГПП-1 очень кратковременное и ограниченное. Гормон либо воздействует на центры удовольствия через систему вагусного (блуждающего) нерва – то есть, по сути дела, опять через кишечник, либо через выброс ГПП-1 в кровь и доставку его непосредственно в мозг.
В первом случае блокада центров удовольствия заканчивается сразу после активного пищеварения, а во втором – благодаря ферменту дипептидилпептидазе-4, который разрушает избыток ГПП-1.
Фармакологическая магия
В силу такой кратковременности центрального действия ГПП-1 мы мало обращали внимания на эту его функцию. А вот когда появился оземпик, быстро об этом вспомнили.
Дело в том, что оземпик и аналоги – это вовсе не копии ГПП-1, а активаторы (агонисты) рецепторов к этому гормону. И поэтому они не разрушаются упомянутым выше ферментом и действуют на центры удовольствия на порядок дольше и активнее.
Морковка, которая вывезла эволюцию
Поэтому оземпик и аналоги не просто убивают чувство голода, как это должны были бы сделать гормоны насыщения. Они лишают любую трапезу всякого удовольствия. Любая, даже самая деликатесная еда (или наоборот, когда-то ранее так любимый жирный чебурек) становится скучной и черно-белой. Становится просто калориями.
Дофаминовая система, которая сотнями тысяч лет тянула наших предков искать вкусную (а значит, энергетически плотную) еду и поэтому не давала им вымереть, тут перестает работать. Эклер с заварным кремом и шоколадно-ореховой заливкой становится неотличим от холодной овсянки на воде.
Когда ты просто заглушил голод с помощью того или иного средства, мысли о вкусной еде при этом никуда не исчезают, а наоборот обостряются. И это-то и провоцирует срыв.
А вот когда содержимое холодильника для тебя стало черно-белым, голод можно уже и не заглушать – холодильник тебе станет просто безразличным.
И алкоголь туда же
Косвенно (очень косвенно, так как пока есть только экспериментальные исследования) это предположение подтверждается тем, что оземпик и аналоги еще и блокируют тягу к алкоголю.
Впрочем, если вспомнить, что «алкогольный кайф» – это тоже царство дофамина (и это тоже эволюционный механизм, так как алкоголь очень богат энергией), все становится на свои места.
А в чем проблема?
Нет, проблемы здесь нет никакой. Точнее, она была бы, если бы речь шла о наших далеких предках. Без дофаминовой морковки они бы продолжали вяло жевать бесполезную, но такую близкую траву, и не искали бы качественно иные источники энергии, которые высвободили бы ресурсы на развитие и прогресс.
А вот в нашем изобильном мире без дофамина даже здоровее будет. Вы наверняка встречали людей, которым в целом безразлично качество еды, которых совсем не манят ни тортики, ни алкоголь, ни курение. Это такая генетическая особенность, когда дофаминовая система себя особо не проявляет и легко подавляется серым веществом.
Можно ли сказать, что это несчастные люди? Нет, наоборот, чаще всего они имеют прекрасное здоровье – и физическое и умственное…
Blast from the past
Но есть тут все же одно оправданное сомнение. Древнейшие системы регуляции жизнедеятельности так просто не отключаются. Мы в этом убеждались не раз. А тем более такая могущественная, как система дофаминового вознаграждения. Да еще и связанная с самыми древними отделами мозга.
И как бы где-нибудь потом не прорвало, и черно-белая здоровая жизнь не сменилась бы каким-нибудь буйным и разрушительным бунтом, полным запредельных удовольствий…