На портале НГС вышла большая статья про нас. Всегда интересно узнать как наше дело выглядит со стороны.
Публикуем её текст здесь, со ссылкой на источник.
Автор статьи - Анна Скок. Источник - https://ngs.ru/text/business/2026/05/26/76439352/
Вячеслав Карманов рассказывал об истории Сибири в Заельцовском парке, а потом стал показывать красоты области горожанам
Бескрайние болота, древние ленточные боры, тайга и деревни, ничуть не изменившиеся за последние 50 лет, — повседневная работа новосибирского путешественника и предпринимателя Вячеслава Карманова. Он родился и вырос в Новосибирске, выучился на историка, а затем решил разделить свое увлечение с другими новосибирцами и гостями города. О том, что интересного можно найти в Новосибирской области, какова судьба личных дел спецпоселенцев, найденных в колыванской глуши, и где появится новый этнопарк «Территория Сибири», он рассказал НГС.
«Мне хотелось, чтобы идея окупала себя»
В 2012 году в Заельцовском парке появилаясь неожиданная постройка: небольшая, но не бутафорская, а самая настоящая юрта. Внутри можно было выпить чаю и поесть печенья под звучащую из динамиков музыку коренных сибирских народов.
За первой юртой появилась вторая, значительно большего размера, а вокруг нее выросло настоящее стойбище — музей с бесплатным входом и традиционным тиром. Это был этнопарк «Территория Сибири».
Основал необычный для Новосибирска проект предприниматель Вячеслав Карманов. Он родился и вырос в Новосибирске и искренне любил город, его историю, а еще — историю Сибири в целом. Вячеслав закончил новосибирский педагогический университет, получил диплом историка, имел многолетний опыт археологических экспедиций и умел интересно рассказывать о том, кто и как жил там, где сегодня построен огромный мегаполис.
«Главная идея этнопарка была в том, чтобы продемонстрировать, что можно работать абсолютно автономно, без привлечения каких-то сторонних денег, — припомнил Вячеслав Карманов. — Мы участвовали в разных форумах, где представители разных музеев или каких-нибудь фольклорных направлений коллективов рассказывали о своей деятельности, и процентов 90 из них были или существовали на спонсорские деньги, или вели полумуниципальное существование, или были некоммерческими организациями, живущими на гранты. Мне же хотелось, чтобы идея окупала саму себя, и этнопарк так и существовал».
Почти 10 лет действительно казалось, что чайная юрта, работавшая по принципу антикафе (гости платили не за угощение, а за вход), способна окупать и саму себя, и частный музей под открытым небом. Хотя такой бизнес и не приносил предпринимателю миллионов, но держался на плаву и даже развивался. В этнопарке проводили экскурсии, и «Территория Сибири» стала точкой притяжения не только для новосибирцев, но и для их гостей из других городов.
«Мы начали делать национальные концерты. К нам в Новосибирск приезжали представители коренного населения Сибири: музыканты, поэты, исполнители горлового пения из Тывы, с Алтая, из Якутии. Специально приезжали к нам, чтобы дать в юрте концерт», — рассказал Вячеслав.
Правда, частный музей располагался на муниципальной земле, и как оформить договорные отношения, по словам Вячеслава, долгое время чиновники из мэрии не понимали. А потом коррективы в существование «Территории Сибири» внесла сначала пандемия коронавируса, затем — реконструкция Заельцовского парка. Длительный простой обернулся стотысячными долгами, которые для Вячеслава и его команды стали фатальными.
Открыться заново никакой возможности не было: ни в Заельцовском парке (где не было возможности подвести коммуникации к юрте и нельзя было топить дровяную печь, а на аренду требовались колоссальные суммы), ни в каком-то другом месте. Экспонаты со временем со склада разошлись по новосибирским музеям, а юрта уехала на Алтай — там планируют открыть чайную.
Сам Вячеслав к земле больше не привязывался: от стационарного этнопарка предприниматель перешел к туризму и организации необычных путешествий.
«Раньше мы привозили людей в Новосибирск, создавая в городе достопримечательное место. Сейчас мы вывозим людей из Новосибирска, показывая, как прекрасен мир вокруг него», — пошутил Вячеслав Карманов.
Путешествие в прошлое
К закрытию этнопарка из-за локдауна вокруг Вячеслава сформировалось небольшое, но очень лояльное сообщество. Люди, ходившие на концерты в чайную юрту и приводившие в музей своих знакомых, ставить жизнь на паузу не собирались.
«Нам говорили: давайте, пока все закрыто, может быть, куда-нибудь съездим? Увидим ту самую Сибирь, про которую расказывали. И в 2021 году вот так все и началось, — припомнил Вячеслав Карманов. — Самая первая наша экскурсия была на территорию затопленного старого Бердска, вот в эту Сибирскую Атлантиду, которая появляется раз в году, весной. Одна экскурсия, потом вторая, и вот так все помаленьку и пошло».
География интересов Вячеслава неустанно расширялась: было похоже, что туристов он водит именно в те места, на которые хотел посмотреть сам. В маршрутах появились глухие уголки Новосибирской области, в том числе, и Васюганские топи — бескрайние уникальные болота, расползшиеся по территории Новосибирской, Томской, Тюменской, Омской областей и Ханты-Мансийского автономного округа.
Васюганские болота — это крупнейшая болотная система в мире, занимающая площадь около 53 тысяч кв. км, то есть больше Дании и Швейцарии. Болота являются природным рефрижератором, поддерживая глобальный климат, и являются домом для редких и исчезающих видов животных и растений.
«Есть такой устойчивый стереотип, что в Новосибирской области смотреть нечего. Допустим, решил кто-то заняться туризмом, подумывает, куда бы свозить людей, гуглит — и видит буквально три-четыре популярных направления, — посетовал Вячеслав. — Караканский бор, Маслянинский район, может быть, купеческая Колывань и что-нибудь вроде Куйбышева. И все повторяют одни и те же маршруты. Но стоит только свернуть с этой тропиночки [оказывается, что посмотреть в области можно много на что].
Вячеслав уверен, что для туризма Новосибирская область наоборот идеально подходит: здесь можно найти и болота, и живописный Салаирский кряж, и лесостепи, и тянущийся вдоль берега Оби урман — обширную темнохвойную тайгу. А чтобы сделать погружение в историю и природу региона максимально полным, атмосферу путешествий Вячеслав придумывает как сценарий атмосферного приключенческого кино.
«То, что я делаю, — это весь тот жизненный опыт, который я имел. Соединение краеведения, вот этого своего исторического образования, немножечко спортивного туризма и, может быть, немножечко какой-то авантюры в духе приключенческих фильмов советских времён, вроде „Дерсу Узала“, „Неотправленного письма“, — рассказал Вячеслав. — Например, по осени мы возим людей в ретро-тур [в Маслянинский район] на старинном грузовике 1964 года выпуска, и вся экскурсия проходит, как будто это настоящая экспедиция годов 60-70-х».
«Дерсу Узала» — культовый советско-японский фильм Акиры Куросавы, 1975 год, повествующий об по мотивам произведений Владимира Арсеньева «По Уссурийскому краю» и «Дерсу Узала».
«Неотправленное письмо» — советский фильм Михаила Калатозова (1960) по мотивам одноимённого рассказа Валерия Осипова о геологической экспедиции, обнаружившей месторождение алмазов.
За геологические и палеонтологические экспедиции отвечает профессиональный геолог на пенсии Геннадий Дашкевич, специально получивший образование гида, чтобы водить туристов в походы. Турпоходы, требующие спортивных навыков, и хайкинг — на инструкторе Юрии Трофимове. Себе Вячеслав оставил походы с акцентом на краеведении, прогулки к памятникам археологии, и конечно, придумывание новых идей.
«У нас есть некоторая сезонность: летом мы ездим на одни экскурсии, осенью — на другие, весной — на третьи. Сейчас, например, заканчивается сезон поездок на Васюганские болота, а через неделю стартует монгольская экспедиция. И чем больше мы этим занимаемся, тем больше интересных направлений для себя открываем, — заметил он. — То едем на санях и в тулупах в село Юрт-Акбалык, где живут потомки чатских татар, то находим в каких-то 150 километрах от Новосибирска заброшенные деревни, где люди обособленно живут натуральным хозяйством и вообще с цивилизацией не соприкасаются».
Иногда новые идеи для путешествий подкидывали знакомые, иногда — впрямую предлагали клиенты. Именно так Вячеслав начал возить туристов к Басскому камню — уникальному памятнику природы, напоминающему скалу Зверобой, но доступному далеко не каждому туристу: 2,5–3 часа пешком по пересеченной местности — затея для особо подготовленных людей. Зато Вячеслав начал возить туда туристов на вездеходах.
Экскурсии, которые водит путешественник, недешевы. Например, трехдневный тур на упомянутые выше Васюганские болота обойдется почти в 40 тысяч рублей на человека. Правда, по словам Вячеслава, себестоимость именно этого тура настолько велика (в него входит и бензин для авто, и топливо для вездеходов, доставляющих туристов почти к самым топям, и еда, а еще — ночевка и снаряжение, специальные резиновые бахилы), что его путешественник считает, скорее, имиджевой «фишкой» «Территории Сибири». Денежного дохода почти нет, зато идет плюс к репутации необычных гидов.
Кому не все равно
Среди удивительных находок, которое сделали Вячеслав с товарищами (по словам путешественника, «Территория Сибири» — скорее сообщество, нежели турфирма) — фрагмент Московско-Сибирского тракта, выглядящий ровно так же, как и 300 лет назад, старинное кладбище на Миловановском острове в Ордынском районе Новосибирска и личные дела спецпоселенцев Сиблага.
Правда, порой ценность очередной находки способны оценить далеко не все. Когда Обь подмыла высокий берег Миловановского острова, и из обрыва показались гробы, посмотреть на удивительное и чуточку пугающее зрелище захотел не только Вячеслав Карманов и его команда. Но если профессиональный историк с опытом археологических экспедиций с интересом и уважением смотрел на долбленые гробы-колоды, в изголовье которых были поставлены керамические сосуды с древесным углем, другие не были столь уважительны к мертвым.
«Один персонаж прямо на видео снимал, как он эти гробы долбит и выковыривает из них останки в поисках крестиков. Мы написали заявление в полицию о гробокопательстве, — рассказал Вячеслав. — Но дело возбуждать не стали за отсутствием состава преступления. Официально на картах кладбище не значится, а значит, его и не существует».
Не менее грустно вышло с Пихтовским архивом, который Вячеслав обнаружил в заброшенном здании Леспромхоза. В деревню Пихтовка путешественник приехал еще без туристов, на разведку — хотел рассказать новосибирцам о мрачной истории Сиблага. Во время изучения территории путешественники обнаружили полуразрушенный барак, а зайдя внутрь, обнаружили груды размокшей бумаги прямо на земляном полу. Оказалось, это были личные дела спецпоселенцев — сосланных в Сибирь и принудительно работавших на Колыванском лесоповале.
«Мы насобирали целый чемодан этих документов, передали их в Колыванский архив. Передали не посто так, а с условием, что они должны пофамильно обнародовать списки людей, чьи личные дела мы нашли, чтобы родственники могли найти своих предков, — рассказал Вячеслав. — И ничего они не обнародовали. Ситуация одновременно смешная и печальная. Логика у архива такая: эта информация якобы не является конфиденциальной, и любой потомок спецпоселенцев без проблем может прислать им запрос, не попадались ли личные дела на такую-то фамилию. Но поскольку пофамильного списка нет, у людей нет и никаких оснований делать в архив запросы».
Опубликовать пофамильный список по закону, говорит Вячеслав, можно будет лишь в 2035 году. Надо только подождать еще немножко.
«Один в поле воин»
Вячеслав уверен, что региональный туризм — направление максимально перспективное, в том числе и для того, чтобы заработать денег. Но пока состояние новосибирского туризма путешественник называет «зачаточно-зародышевым» и уточняет: в текущих условиях развивать его могут только большие энтузиасты.
«Идет 2026 год, мы космос осваиваем, и, в принципе, можно было бы и Новосибирскую область тоже освоить, — пошутил Вячеслав Карманов. — Нужно создать условия, при которых [людям] было бы интересно открывать музеи, облагораживать какие-то достопримечательные места. Допустим, у нас есть какая-нибудь экотропа, человек думает: „сделаю я деревянный настил“. Но по кадастровой карте это территория городских лесов, и человек не только настил сделать не может, даже знак о том, что это за объект, воткнуть. Надо дать туризму больше возможностей, но это должны делать чиновники».
По словам Вячеслава, сегодня проблема каждого локального турбизнеса решается уникальным частным образом и чуть ли не в ручном режиме. А вместо решения простых и маленьких проблем он и его коллеги «любуются» на глобальные планы, больше похожие на маниловские замки.
«Когда видишь „космические“ проекты, например, что надо на острове Чингис построить гигантский причал для парусных судов, где будет даже бизнес-центр, понимаешь: это явно не для всех. Мало у кого есть палубная яхта. При этом в Чингисе нет элементарного деревянного туалета, которым туристы могли бы воспользоваться. Куда бы ты ни приехал, ты один в поле воин», — констатировал Вячеслав Карманов.
При этом он уверен, что обеспечить минимальную инфраструктуру даже силами туроператоров несложно — позволяли бы законы. И кивает в сторону субъектов страны, которые решили зарабатывать на местном туризме, вроде Калининградской области или куда более близкого к Новосибирской области Тобольска.
Автор статьи - Анна Скок.
Источник - https://ngs.ru/text/business/2026/05/26/76439352/
Все путешествия на нашем сайте: terrsib.tilda.ws/