Анна сказала серьезно:
– Тебе нужно показаться врачу, милая.
Потом ей приснился Рома, он ехал верхом на огромном слоне. Затем Дима – он стоял у развалин церкви в лесу. А после и Оксана: она внезапно появилась у руин на том месте, где сейчас росли сорняки и травы, а когда-то был сад. Она посмотрела на травы и цветы, дотронулась до мертвых стеблей, и те вдруг ожили под ее пальцами, стали свежими и сочными.
И под конец она увидела стену с портретами в доме Анны. Все целители, от Средних веков до Анны и самой Инны, а затем и еще один портрет. Знакомое лицо, которое Инна не могла распознать.
Вздрогнув, она проснулась в своей комнате; в доме было тихо, и сон улетучился.
На следующее утро она позвонила Дарье из социальной службы и сказала, что готова оформить документы на усыновление. Она никогда не думала, что станет матерью именно так, и еще год назад не решилась бы себе такое представить, а теперь знала, что иначе и быть не могло. Ей было предначертано стать матерью именно таким образом.
Теперь она видела все отчетливо, и знала, что любит Рома так сильно, как любила бы родного ребенка. И, казалось, он отвечал ей взаимностью.
Инна с легкостью вернулась к своим делам: писала, каждый день ходила в коттедж с голубой дверью, чтобы раздавать травы и чаи больным жителям деревни, но теперь уже самостоятельно, без помощи Анны.
– Здравствуйте, Анна. Как у вас дела? – каждый раз заходя в дом, спрашивала она, совершенно уверенная в том, что душа хозяйки здесь, наблюдает за ней и улыбается своей особенной «знающей» улыбкой. Инна дотрагивалась до подаренного ей медальона и говорила со старушкой.
И когда работала, она тоже говорила с Анной:
– Я думаю, надо приготовить мятные настойки к сезону летних простуд. – Или: – Думаю, надо добавить ревень в чай Анатолия. У него, наверное, болит живот из-за запора.
И она ощущала невидимое присутствие Анны, которая соглашалась с решениями Инны.
Днем она ходила на долгие прогулки с Ромой и Листиком, энергия которых казалась неиссякаемой. Но сама Инна постоянно чувствовала себя усталой. За короткий период времени в ее жизни произошло столько перемен, что она позволила себе отдыхать почаще. Она чувствовала облегчение, что наконец приняла все необходимые решения. Увиделась с Робертом, съездила в город, и много чего еще.
И то, что они с Димой часто занимались любовью допоздна, у него или у Инны дома, пока дети крепко спали, тоже не прибавляло ей сил. Но она надеялась, что постоянная усталость долго не продлится, ведь пришло лето, всем хотелось чаще бывать на свежем воздухе, и в сутках не хватало часов, чтобы успеть все, что Инна так полюбила делать в своей новой жизни.
Как-то раз перед каникулами, пока Рома был в школе, Инна поехала к развалинам в лесу. Стоял прекрасный солнечный день, и по дороге к поляне она вспомнила, что когда последний раз была здесь, в ее душе и вокруг бушевала буря. Теперь казалось, что все осталось в далеком прошлом.
Она подошла к часовне и нашла огарки свечей и тот крест, что однажды смастерила. Инна купила новую белую свечу, которую поставила на импровизированный алтарь. Еще она принесла семена, чтобы рассыпать их для птиц. Она сидела в тишине и покое.
И вдруг она почувствовала покалывание и услышала жужжание, по которым она так скучала и которые стали важной частью ее жизни.
Перед ней возникла Анна словно живая. Инна подскочила.
– Анна! – воскликнула она, но поборола желание подбежать и обнять старушку, зная, что та была здесь не в физическом теле.
– Привет, милая, – ответило видение как обычно спокойным и утешительным тоном.
– Я так по вам скучала. – По щекам Инны заструились слезы.
– Но ты не должна скучать, милая, – промолвила Анна. – Я всегда с тобой. Я всегда здесь, милая. И я знаю, что ты это чувствуешь.
– Да, все так. Я знаю, что вы со мной дома.
– Я так рада, что ты нашла свое «знание» и вернулась домой, – продолжала Анна. – Я и правда не представляла, какое же решение ты примешь.
– После вашей смерти все во мне смешалось. На самом деле я приходила сюда, но мне никто не помог, я не получила «знание», ответом мне была лишь тишина. Я ощутила, что, когда мне больше всего нужна была помощь, я осталась одна. Почему так? – Инна надеялась на мудрость Анны.