Командир разворачивает Ту-144 на второй заход. Через четыре минуты обломки в трёх километрах от взлётной полосы.
Воскресенье, 3 июня 1973 года, 30-й Парижский авиасалон в Ле-Бурже. Борт СССР-77102 — второй серийный Ту-144С, заводской номер 01-2, гордость Аэрофлота. На трибунах от двухсот пятидесяти до трёхсот пятидесяти тысяч зрителей. В небе шестью минутами раньше прошёл англо-французский Concorde — «вяло», как напишут потом французские репортёры. Командиру воздушного судна Михаилу Козлову сорок четыре года, Герой Советского Союза, заслуженный лётчик-испытатель СССР.
После второго прохода на низкой высоте Ту-144 уходит в крутой набор. Потом — пикирование. На высоте около двухсот восьмидесяти метров и скорости семьсот восемьдесят километров в час левая консоль крыла отламывается за линией внешних двигателей. Машина переворачивается на спину. Фюзеляж ломается перед центропланом. Обломки уходят на жилые кварталы городка Гуссенвилль.
По моему чтению материалов дела № 73-1973 Direction Technique des Constructions Aéronautiques (рассекречены частично с 1999-го), итогового отчёта франко-советской комиссии от 28 июля 1974 года, мемуаров инженера Александра Пухова «Ту-144. Авиасалон 1973» (изд. «Молодая гвардия», 2023) и расследования Flight Global к пятидесятилетию катастрофы — складываются четыре версии. Ни одна за полвека не получила статуса доказанной.
Восемь минут полёта 3 июня 1973-го
Полётная карточка Ту-144 на этот день была утверждена накануне. Одиннадцать минут программы: взлёт с полосы 03, разгон, обратный проход на скорости, второй проход медленный — с выпущенным передним «утиным» оперением и опущенным носом для имитации посадочного захода.
Это повторение программы предыдущего дня, 2 июня. Тогда показ прошёл штатно.
15:21 (Париж) — Ту-144 уходит со стоянки.
15:22 — взлёт с полосы 03.
15:25 — первый проход на скорости. Зрители аплодируют.
15:27 — заход на второй, медленный проход с выпущенным передним оперением. Расчётная высота — около двухсот пятидесяти метров.
15:28 — экипаж убирает шасси и переднее оперение. По регламенту этого делать не нужно: программа предполагает посадочный заход после прохода. Двигатели Кузнецова НК-144 переходят на полный форсаж.
15:28 плюс двадцать секунд — Ту-144 уходит в крутой набор. Высота около тысячи двухсот метров.
15:29 — пикирование. На двухстах восьмидесяти метрах перегрузки достигают 4,5-5 единиц.
15:29 плюс несколько секунд — отрыв левой консоли крыла за внешними двигателями. Разрушение в воздухе.
Между «штатный второй проход» и «обломки в Гуссенвилле» — меньше двух минут. Между моментом, когда экипаж убрал шасси вместо штатной посадки, и разрушением — около сорока секунд.
Что нашли в кабине экипажа Козлова
И вот что странно. Французская техническая комиссия начинает работу на месте 4 июня. В обломках кабины — кинокамера Bell & Howell. Французское телевидение ORTF передало её на борт за день до показа. Снимать в полёте должен был замглавного конструктора Владимир Бендеров.
Бендеров — не лётчик. Он замглавного конструктора ОКБ-156 Туполева, генерал-майор инженерных войск, сорока восьми лет. На борт Ту-144 в этот показ его включают именно как съёмщика — фиксировать аварийные индикаторы и панель управления в полёте.
Ремни Бендерова не пристёгнуты. По протоколу — должны быть. Камера найдена в углублении возле основания штурвала командира.
К декабрю 1973-го у комиссии складывается рабочая гипотеза: при резком манёвре уклонения Бендеров с камерой падает вперёд, камера заклинивает штурвал Козлова — машина перестаёт слушаться рулей высоты.
Гипотезу проверяют на стенде. Камеру Bell & Howell с такими же размерами и весом пытаются разместить в углублении штурвала Ту-144. У комиссии не получается воспроизвести положение, при котором камера блокирует управление. Финальный отчёт от 28 июля 1974-го фиксирует: «Гипотеза не объясняет всех зафиксированных фактов. Материальных свидетельств её ни подтверждающих, ни опровергающих не найдено». Причина катастрофы — не установлена.
Mirage IIIR, который никто не заявил
Здесь начинается интересное. В 1998 году, через двадцать пять лет после катастрофы, член французской комиссии Жан Форестье даёт интервью газете Le Figaro. Он подтверждает то, что в 1973-1974-м обсуждалось только за закрытыми дверями: над зоной показа Ту-144 находился истребитель Mirage IIIR ВВС Франции с фотооборудованием.
Mirage не был заявлен в расписании показа. Советская делегация о его присутствии в этот день — не уведомлена. Высота — приблизительно на двести метров выше Ту-144.
Задача Mirage по версии Форестье — съёмка переднего «утиного» оперения советского самолёта. Эта система не применялась на Concorde и считалась передовой. Французская сторона хотела сфотографировать его в выпущенном положении.
В записях лётной книжки Mirage IIIR за 3 июня 1973-го значится «фоторазведка, цель — техническая». Имя цели не указано.
Через шесть минут после взлёта Ту-144 Concorde закончил свой проход и ушёл на стоянку. Перерыв между показами — сделан так, чтобы Mirage успел подняться. Когда Ту-144 пошёл на второй заход, Mirage был на эшелоне над ним.
Сколько программ на самом деле было у Козлова
Но это ещё не всё. В архиве ОКБ-156 Туполева к моменту вылета экипажа в Париж 26 мая 1973-го утверждена одна программа показа — одиннадцатиминутная, с двумя проходами и посадкой.
По воспоминаниям инженера Александра Пухова (издано в 2023-м), 2 июня вечером — в субботу, накануне катастрофы — между Козловым, Бендеровым и кем-то из французской стороны был разговор. Тема — «усиление программы» на воскресенье. В мемуарах Пухов фиксирует фразу: «нужно дать что-то, чего Concorde не покажет». Кто именно из французов участвовал в разговоре — Пухов не называет.
Карта изменённого профиля полёта в кабине Ту-144 3 июня по показаниям технических специалистов отсутствовала. То есть экипаж знал устную договорённость, но письменно новая программа не оформлена.
В радиосвязи экипаж 3 июня запрашивает диспетчера Ле-Бурже о «свободной зоне севернее полосы для манёвра». Запись существует. Свободную зону диспетчер подтверждает. Какой манёвр имеется в виду — на лентах диспетчерской не уточняется.
Версии — рейтинг 2026
А теперь главное. За пятьдесят два года — четыре версии причин разрушения борта 77102. Ни одна не получила окончательного подтверждения.
Версия первая, официальная (комиссия 1974): кинокамера Бендерова заклинила штурвал. Сторонники: Direction Technique des Constructions Aéronautiques, советские эксперты подписали без оговорок. Доказательство: камера Bell & Howell найдена возле штурвала, ремни Бендерова не пристёгнуты. Слабое место: на стенде гипотезу воспроизвести не удалось. Сын Бендерова Валерий в 2003-м указал физическое противоречие: при отрицательной перегрузке пикирования любой незакреплённый предмет в кабине отбрасывает вверх и назад, а не вперёд на штурвал. Это «гипотеза без материального подтверждения», как и записала сама комиссия.
Версия вторая: уклонение от Mirage IIIR. Сторонники: Форестье (1998), независимые французские исследователи к пятидесятилетию катастрофы (Flight Global, 2023). Доказательство: Mirage был в воздухе над Ту-144, советская сторона о нём не извещена. Резкий манёвр уклонения объясняет неожиданный набор и последующее пикирование. Слабое место: точная траектория Mirage в архиве ВВС Франции до сих пор не рассекречена. Прямого контакта или критического сближения по радарным данным Ле-Бурже не зафиксировано. Версия объясняет психологию экипажа, но не механику разрушения крыла.
Версия третья: соревнование с Concorde. Сторонники: Flight Global (2023), независимые англоязычные авиационные историки. Доказательство: установленное намерение Козлова показать преимущество над Concorde, цитата «вот вы увидите, как мы летаем» в кулуарах накануне показа, фактическое отклонение от утверждённого профиля (уборка шасси и переднего оперения вместо посадочного захода). Слабое место: причина выбора именно такого маневра — крутой набор на полном форсаже с последующим пикированием — без письменного плана непонятна. Экипаж был опытным, Козлов налетал на пятидесяти типах машин. Версия объясняет мотив, но не точку, в которой Ту-144 потерял управляемость.
Версия четвёртая, инженерная: предел по перегрузке для тонкого крыла. Сторонники: инженеры ОКБ-156 в неофициальных публикациях 1990-х, ретроспективный анализ ЦАГИ к пятидесятилетию (2023). Доказательство: тонкое треугольное крыло Ту-144 рассчитано на эксплуатационную перегрузку до 2,5 g. На пикировании 3 июня перегрузка достигла 4,5-5 g — в два раза выше предела. Это вне зависимости от причины манёвра объясняет, почему отламывается именно левая консоль за внешними двигателями. Слабое место: версия отвечает на «как разрушилось», но не на «почему экипаж вошёл в режим, в котором это разрушение неминуемо».
В декабре 2022-го к пятидесятилетию катастрофы Flight Global опубликовал расследование, которое прошло крупнейшие отраслевые источники. Главный вывод — комбинированный сценарий: соревнование с Concorde + отсутствие заявленного манёвра в полётной карточке + присутствие Mirage IIIR как незаявленный фактор отвлечения = экипаж входит в режим, выйти из которого не позволяет ни запас по перегрузке, ни компоновка кабины с незакреплённым съёмщиком на борту.
Что показал 2023 год
В мае 2023-го Flight Global опубликовал расследование к пятидесятилетию катастрофы. Среди впервые открытых деталей — содержание лётной книжки Mirage IIIR за 3 июня 1973-го (метка «фоторазведка, цель техническая», без указания цели), показания одного из бывших участников французской комиссии о том, что вопрос «была ли формально согласована новая программа Ту-144 на воскресенье 3 июня» внутри комиссии в 1974-м обсуждался, но в финальный отчёт не включён.
Запрос в архив Direction Générale de l'Armement (правопреемник DTCE) на полное рассекречивание материалов по борту 77102 направлен Flight Global в марте 2023-го. Ответ к моменту публикации не получен.
В России к пятидесятилетию никаких новых материалов рассекречено не было. Архив ОКБ-156 Туполева по программе Ту-144 1973 года остаётся закрытым.
Через пятьдесят два года
Последнее, что мало кто знает. В Гуссенвилле, на улице Жан-Жорес, в 2003 году к тридцатилетию катастрофы установлена стела с именами всех четырнадцати, чей след оборвался 3 июня 1973-го. Шесть советских — Козлов, Молчанов, Баженов, Дралин, Бендеров, Первухин. Восемь жителей Гуссенвилля — фамилии выбиты ниже.
На обороте стелы — фраза на французском и русском: «Здесь искали ответ, которого не нашла ни одна комиссия».
Полётная карточка борта 77102 за 3 июня 1973 года в архиве Direction Générale de l'Armement помечена грифом «частичное рассекречивание». Полная — ни одной экспертизой не публиковалась за пятьдесят два года.