На экране четыре лица. Артём рассказывал про задержку в деплое, показывал графики, водил курсором по таблице. Лёша кивал, Дима молчал, менеджер Катя смотрела куда-то вбок - видимо, параллельно читала чат.
За спиной Артёма, на верхней полке стеллажа, появился чёрный силуэт. Сначала - только кончики ушей. Потом голова. Потом худое вытянутое тело, которое двигалось медленно, расчётливо, как будто кот точно знал, куда идёт.
Все на экране это видели. Артём - нет.
Лёша первый начал улыбаться. Дима поднял бровь. Катя перестала читать чат и уставилась куда-то мимо Артёма - на что-то за его плечом.
Артём продолжал говорить. Кот спустился с полки на подлокотник кресла. С подлокотника - на стол. Прошёл между двумя мониторами, задев хвостом правый. Сел прямо перед камерой. Уставился в объектив зелёными глазами. И мяукнул.
Артём осёкся. Обернулся. Чёрный, гладкий, худой кот сидел перед веб-камерой и смотрел не на него - в экран.
– Пиксель, – сказал Артём тихо, тем голосом, который звучит спокойно, но внутри всё сжимается.
Он взял кота под живот, поднял со стола, поставил на пол. Кот мяукнул, но ушёл.
– У тебя лучший коллега, – сказал Лёша, и все засмеялись. – Его бы на собеседование. Он бы всех расположил.
Артём не засмеялся. Выдавил улыбку, потому что так положено, когда люди шутят. Потом вернулся к графикам. Но внутри уже крутилось привычное: «Опять. При всех. Когда перестанешь?»
***
Пиксель появился у него два года назад.
Артём тогда только переехал в новую квартиру - однушка в новостройке, десятый этаж, белые стены, минимум мебели. Он жил один и работал из дома. Утром - код, днём - созвоны, вечером - код. Между ними - тишина, которая его устраивала.
Кота он не искал. Кот нашёл его сам.
Знакомая написала: у подруги кошка родила, котят пристраивают, один чёрный, никто не берёт. «Тебе же одному, возьми компанию». Артём хотел написать «нет», но почему-то написал «покажи фото». На фотографии котёнок сидел на ладони - целиком помещался. Чёрный, гладкий, с ушами больше головы.
Через два дня он забрал его. Котёнок помещался в карман куртки. На белом полу новой квартиры он выглядел как одинокая чёрная точка. Пиксель - само собой.
Первый год прошёл нормально. Пиксель рос, носился по квартире, ронял вещи, спал на клавиатуре - обычный кот. На созвонах иногда мелькал в кадре, коллеги умилялись, ничего серьёзного.
Всё изменилось ко второму году. Пиксель повзрослел, набрался сил и, видимо, наблюдательности. Он перестал врываться в кадр случайно. Теперь он это делал точно.
Артём заметил закономерность не сразу. Потом стал отслеживать. И убедился: кот приходил только тогда, когда Артём надевал наушники и начинал говорить в экран. Не когда печатал код. Не когда смотрел видео. Не когда ел. Только когда - наушники и голос. Как будто в этом была какая-то кнопка.
Он погуглил. Форумы писали: «коты реагируют на изменение поведения хозяина», «некоторые кошки воспринимают разговор с экраном как сигнал - хозяин общается, значит, можно подключиться», «ваш кот просто хочет внимания». Ни один форум не написал, как это прекратить.
***
Следующие несколько недель Артём пробовал всё.
Закрывал дверь комнаты. Пиксель скрёбся с той стороны и орал. Не мяукал - орал. Тонким, пронзительным голосом, который пробивал любые наушники. На одном созвоне Лёша спросил: «Это у тебя сигнализация?» Артём открывал дверь, кот влетал, занимал позицию перед камерой. Закрытая дверь только добавляла звуковое сопровождение.
Кормил за пятнадцать минут до созвона. Расчёт был простой: наевшийся кот уснёт. Пиксель ел, облизывался, шёл к лотку, а потом - к столу. Как по расписанию. Еда не меняла ничего.
Купил интерактивную игрушку - мячик на батарейках, который ездил по полу и мигал. Пиксель посмотрел на него, потрогал лапой, отвернулся и пошёл в кабинет. К камере. Мячик мигал в коридоре один.
Артём сидел перед экраном и не мог понять. Он привык решать задачи. В коде есть проблема - находишь причину, пишешь фикс, тестируешь, закрываешь. С Пикселем не работало ничего. Причину он нашёл - наушники и голос. Но фикса не было. Кот не дебажился.
***
Проблема перестала быть забавной в четверг.
Артём вёл презентацию для клиента - нового, незнакомого. Показывал прототип, объяснял архитектуру, отвечал на вопросы. Всё шло ровно. Клиент был немногословный, серьёзный, и Артём старался быть таким же - чётко, по делу, без лишнего.
Дверь комнаты была закрыта. Но за десять минут до конца презентации Пиксель начал скрестись. Потом мяукать. Потом - орать. Артём отключил микрофон, встал, открыл дверь - чтобы хоть звук убрать. Кот влетел в комнату чёрной молнией, запрыгнул на стол и лёг на клавиатуру. Ноутбук отправил в чат звонка случайный набор символов: «fffffffffjjjjjjjjjkkkk».
Клиент посмотрел в камеру. Посмотрел на кота. Посмотрел снова на Артёма.
– Может, перезвоним, когда вы будете готовы, – сказал он.
Артём убрал кота, извинился, закончил созвон. Сел в кресло и минуту смотрел в стену. Экран ноутбука медленно гас - перешёл в спящий режим.
Через полчаса пришло сообщение от тимлида Светы: «Артём, клиент написал что на созвоне было не очень профессионально. Разберись с котом, пожалуйста. Это не первый раз».
Артём прочитал. Ответил: «Разберусь». Закрыл чат. Пиксель сидел на подоконнике. Снег шёл - мелкий, ленивый, декабрьский.
***
В субботу Артём поехал в коворкинг.
Нашёл через интернет - на другом конце города, но с хорошими отзывами. Забронировал место на день. Встал раньше обычного, оделся, вышел. Декабрь. На улице минус двенадцать. Автобус, метро, ещё один автобус. Час сорок в дороге.
Коворкинг оказался просторным и светлым. Длинные столы, мониторы, бесплатный кофе. Артём сел, подключил ноутбук, открыл проект. Начал работать.
Через час понял, что не может сосредоточиться.
Клавиатура была чужая - мягче, чем его. Монитор - один вместо двух, и меньше. За стеной кто-то разговаривал по телефону - негромко, но слышно. Кофемашина гудела каждые пять минут. Стул не тот. Свет не тот. Даже воздух не тот - пах чем-то сладковатым, видимо, освежителем.
Артём пересел к окну. Надел наушники. Включил музыку. Попробовал снова. Код шёл тяжело - как будто переключился на чужой компьютер и забыл пароли. К обеду голова гудела, а написал он меньше, чем за обычное утро дома.
К вечеру он собрал вещи и поехал обратно. Те же полтора часа. В метро было жарко, в автобусе - холодно. Когда открыл дверь квартиры, Пиксель стоял в коридоре. Посмотрел на Артёма, мяукнул и пошёл на кухню - к пустой миске.
Артём покормил его, снял куртку, сел за свой стол. Два монитора. Своя клавиатура. Тишина. Пиксель доел и запрыгнул на подоконник - на своё место.
«Ладно. Коворкинг отменяется», - подумал Артём.
Он признался себе в том, о чём не хотел думать: ему нужен свой стол, своя квартира и своя тишина. И кот. Просто кот мешает.
***
В понедельник вечером пришло письмо. Артём открыл почту, пробежал глазами список - рассылки, уведомления, ничего срочного. И одно письмо, от которого он выпрямился в кресле.
Мартин Вебер. Компания из Мюнхена. Крупный заказчик - не для Артёма лично, для всей команды. Света вела переговоры два месяца, подключала Артёма на технические вопросы. Мартин смотрел предложения дважды. Дважды отказывал. Вежливо, коротко, по-немецки аккуратно: «Спасибо, но пока не видим оснований для сотрудничества».
Света тогда сказала на созвоне: «Ещё одна попытка. Если не сработает - закрываем. Тратить время бессмысленно».
И вот письмо. Мартин писал: согласен на финальный созвон. Хочет услышать техническую часть напрямую. Четверг, десять утра по Москве.
Артём прочитал дважды. Потом ещё раз.
Четверг. Через три дня. С камерой, с презентацией, с вопросами, на которые нельзя ответить плохо. Света будет на звонке - она предупредила заранее: «Если Мартин согласится слушать ещё раз, я подключусь». Это значило - контроль. И поддержка. И лишнее давление.
Артём откинулся в кресле. Пиксель лежал на подоконнике, вытянувшись во всю длину - чёрный на фоне тёмного зимнего окна. За стеклом горели фонари. Снег не шёл.
«Если он влезет в этот созвон, - подумал Артём, - всё. Не просто один клиент. Света, команда, репутация. Всё».
Он посмотрел на кота. Кот дремал.
***
Три дня Артём готовился.
Во вторник перечитал всю переписку с Мартином - каждое письмо, каждый ответ. Выписал вопросы, которые тот задавал. Подготовил слайды, переделал половину, проверил каждую цифру. Проговорил презентацию вслух, засекая время - двадцать две минуты, нормально.
Пиксель слушал. Сидел на столе и смотрел, как Артём говорит в пустой экран. Не мяукал - просто сидел. Артём подумал: «Хоть сейчас не мешает».
В среду он поехал в зоомагазин. Девушка-продавец спросила, чем помочь. Артём объяснил ситуацию - коротко, по-деловому, как баг-репорт: кот систематически срывает рабочие видеозвонки, все стандартные методы изоляции неэффективны, нужно решение на ближайшие сутки.
Девушка выслушала и предложила феромоновый диффузор. Втыкается в розетку, испускает кошачьи феромоны, успокаивает. «Многие берут, помогает от стресса», - сказала она. Артём купил.
Дома воткнул диффузор в розетку рядом с кошачьей лежанкой. Пиксель обнюхал его, фыркнул и ушёл на подоконник. Через час Артём проверил - кот лежал на своём месте, не спал. Диффузор тихо жужжал.
«Может, надо подождать, - подумал Артём. - Производитель пишет - эффект в течение суток».
Диффузор так и жужжал в розетке - без толку. Вечером среды, накануне созвона, Артём принял решение: ванная.
Он перенёс кошачью лежанку в ванную. Поставил миску с водой. Перенёс лоток. Насыпал корма - двойную порцию. Положил на пол старую футболку - чтобы пахло знакомым. Проверил: вода есть, еда есть, лоток чистый, лежанка на месте.
Пиксель зашёл в ванную сам - на запах корма. Артём закрыл дверь. Щёлкнула ручка - рычажная, металлическая, которую он ни разу не менял с переезда.
Он вернулся к столу. Проверил камеру - включена, угол нормальный. Свет - лампа слева, лампа справа, лицо ровное. Микрофон - протестировал, звук чистый. Фон - белая стена, ничего лишнего. Презентация загружена.
Сел. Надел наушники.
Тишина.
За дверью ванной - тихо. Не скребётся. Не мяукает. Не орёт. Тихо.
Артём посмотрел на часы: десять вечера. До созвона - двенадцать часов.
Он встал, подошёл к двери ванной, прислушался. Ничего.
Слишком тихо.
Ваш питомец когда-нибудь срывал вам важный звонок или встречу? Расскажите - чем кончилось?