Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
18/37

Он каждый отпуск, как в чужую жизнь

Входит несмело, будто не имеет права На кухне свет, и чай дрожит в тиши И смех родных ему звучит как рана Его обнимут, он не отступает Он держит взгляд, как держат оборону Но сердце, клятое, внезапно тает И боль течет по самому живому Ему бы камнем...и не ощущать Ему бы ровно, сухо, по уставу А дома все устроено...ну как бы вам сказать Любовь без каски, нежность без окопа И он ночами режет тишину Своим молчаньем будто тонкой сталью Затем, ему опять учиться возвращаться на войну Как возвращают себе жесткость пальцев Он знает... там не место для тепла Там лишний вздох становится ошибкой Там жизнь не говорит " я тебя берегла " Там выживают, но, увы, под пыткой А здесь ему кладут ладонь на грудь И сердце как ребенок, рвется к свету И он боится... если развернуть Душу лицом..." её прострелят ветром " Он гладит волосы, целует лоб И улыбается, как будто все нормально Но, у него внутри два разных словаря живет И каждый требует всегда быть главным Один прошепчет - оставайся- будь живым С

Он каждый отпуск, как в чужую жизнь

Входит несмело, будто не имеет права

На кухне свет, и чай дрожит в тиши

И смех родных ему звучит как рана

Его обнимут, он не отступает

Он держит взгляд, как держат оборону

Но сердце, клятое, внезапно тает

И боль течет по самому живому

Ему бы камнем...и не ощущать

Ему бы ровно, сухо, по уставу

А дома все устроено...ну как бы вам сказать

Любовь без каски, нежность без окопа

И он ночами режет тишину

Своим молчаньем будто тонкой сталью

Затем, ему опять учиться возвращаться на войну

Как возвращают себе жесткость пальцев

Он знает... там не место для тепла

Там лишний вздох становится ошибкой

Там жизнь не говорит " я тебя берегла "

Там выживают, но, увы, под пыткой

А здесь ему кладут ладонь на грудь

И сердце как ребенок, рвется к свету

И он боится... если развернуть

Душу лицом..." её прострелят ветром "

Он гладит волосы, целует лоб

И улыбается, как будто все нормально

Но, у него внутри два разных словаря живет

И каждый требует всегда быть главным

Один прошепчет - оставайся- будь живым

Сними броню, позволь себе дрожать

Другой рычит - ты нужен тем, другим, кто там

Где страх совсем не в праве показать

И он ломает нежность пополам

Как хлеб, но хлеб не делится без крошек

И крошки эти режут по ночам

И он не спит, и сам себе помочь не может

Потом приходит утро, он встает

И собирает в зеркале солдата...

Скулы, спокойствие, железный рот

Чтоб ни одной эмоции наружу...ни одной утраты...

Он обнимает близких так, как в долг

Как в клятву, как в прощание без звука

И каждый раз уходит, будто волк

Который, как вошел, так и ушел без стука

В вагоне, в самолете, в темноте

Он снова рвет себя на две болючих части

Одна останется у мамы дома на плите

Другая едет, не бояться волчьей пасти

И там, где нужно бы собраться и быть злым

Он держится, он точен, он холоден

Но где-то в нем, под слоем тишины

Живет тот теплый свет, в котором он свободен

Он выживает не броней одной

А вечной внутренней войной без края

Между любовью, что... так делает живой

И той любовью - что его ломает...

И если спросишь "что страшней всего?"

То, он ответит, только стиснув зубы

"Для каждого страшно всегда свое...

А для меня- любимым быть...и мигом стать ненужным"

18/37

#Курск

#Белгород

#ТактикульщикиЕбучие

#Вагнер

Решала Вопросов - Бот обратной связи