Аркадий Кузнецов – тюменец (даже, я бы сказал, тюменщик), бас-гитарист, успевший поиграть в массе сибирских рок-групп (Инструкция По Выживанию, Гражданская Оборона, Культурная Революция, Янка, Родина (Манагер), Чёрный Лукич, Чернозём и др.). В своё время, с восторгом просматривая видео ГО «Русский Прорыв в Ленинграде», я, тогда почти ничего не знавший о музыкантах Обороны, особо отметил басиста с характерным отвязным поведением. Аркаша (так его порой называют на обложках и в личном общении) плясал, ложился на пол, подпевал, угорал, а в конце разломал бас-гитару об пол. Забыть это всё было невозможно. Он появлялся и в других видеозаписях (тот же Русский Прорыв в Москве, снятый Программой А в 1994 году) – и везде был колоритен. Играл не всегда ровно, но со временем выработал свою манеру – основательную, добротную, составив весьма неплохие ритм-секции с Александром Андрюшкиным и Евгением «Джеком» Кузнецовым.
Потом я узнал, что Аркадий имеет больше отношения к ИПВ и Чернозёму, чем к ГО (там он поиграл только в 1994 году). Не раз увидел его и живьём на сцене (например, на том же Сибирском Вторжении 2004 года в составе ИПВ), и в голове этот человек отложился как один из самых постоянных, неистребимых музыкантов сибирского панка. Позже стало известно, что Кузнецов не только способен рубиться с басухой, но и является отличным писателем-рассказчиком со своими стилем, чувством юмора и аналитикой. Слово «аналитика» тут не для красного словца. В новом тысячелетии Аркадий Кузнецов – старший преподаватель кафедры "Связи с общественностью" ДГТУ, автор монографии (да, именно так, а не просто, там, какой-то книжки) "Западносибирская контркультура 1989-1990-х годов как социокультурный феномен", журналист и ещё много кто – в общем, не только и не столько отвязный басист, сколько (теперь уже) серьёзный человек, способный на основательные научные, публицистические и литературные труды.
Так вот – этот самый человек разразился книгой воспоминаний «История одного увлечения». Увлечение – это рок-музыка, которой Кузнецов посвятил не один десяток лет. Книга писалась долго (с 2001 по 2024 годы) и включила в себя в той или иной мере всё, в чём поучаствовал Аркадий – с 1985 по 2002 годы. Не сказать, что после 2002 года он окончательно поставил бас-гитару в угол, но, по оценке самого автора, это было уже совсем не то и не так.
И написанное реально интересно. Мы привыкли читать жизнеописания лидеров, «звёзд», героев рока (в т.ч. сибирского). Им внимали, их слушали, у них брали интервью и автографы. После их смерти их жизнью и творчеством занимаются, исследуют, пишут статьи и книги. Но это лидеры – а каково быть, так сказать, пехотинцем и рабочей лошадкой сибирского панка? Человеком, чьё лицо не появлялось на плакатах, обложках и майках, но – человеком, усилиями которого в том числе эта музыка, этот феномен и состоялись? И это не музыкант какой-то культовой группы из Москвы или Питера, которому его игра обеспечивает кусок хлеба и какую-никакую стабильную жизнь. Это человек, игравший почти все эти годы за идею, за так – потому что душа требовала и нельзя было не играть. Человек, совмещавший это с обычной работой, претерпевавший… ну не то что прям тяготы и лишения, но, как минимум, сложности и нестроения сибирского андеграунда 80х – 90х. Человек, не опустивший руки, не спившийся, не стopчавшийся и не ушедший из жизни добровольно (а таких на этой сцене и вокруг неё с избытком), и в итоге ставший частью истории, плотью и кровью сибирского панка как такового.
Надо сказать, при всём масштабе этой музыки и этих событий – описано всё спокойно, уверенно, весомо и как-то очень… по-мужски, что ли. Без пафоса, жалоб, истерик и лишних эмоций. Человек увидел, почувствовал, поверил, пришёл и сделал своё дело – так, как смог на конкретных этапах.
Не сказать, что эту книгу можно считать историей сибирского панка (такой цели и не ставилось) – однако повествование отвечает на многие вопросы, освещает разные тёмные пятна, до того не понятные никому или понятные узкому кругу тех, кто был рядом. Например, становится понятнее, почему группа Инструкция По Выживанию постепенно стала неумоевской, хотя изначально была плодом коллективного творчества, вдохновлённого Мирославом Немировым. Или – как развивались события с альбомом ИПВ «Религия Сердца» (1994). Чувствуется атмосфера времени, атмосфера событий – например, первого выступления ИПВ (12.04.1986) или Первого всесоюзного фестиваля альтернативной и леворадикальной музыки (24-26.06.1988). Атмосферу вообще сложно бывает передать текстом, но – здесь очень даже получилось, и читатель невольно жалеет, что не стал участником и не увидел всё это воочию.
Повествование, конечно, не лишено отпечатка авторского восприятия событий, и это не всегда помогает восстановить точную картину. Например, рассказывая о параллельном пути и некотором соперничестве ИПВ и ГО в конце 80х – начале 90х, автор как будто бы не учитывает, какой путь прошла Гражданская Оборона и какого уровня популярности и влияния достигла к 1993 году. Отсюда некая убеждённость в том, что в 1994 году обе группы могли поехать в тур Русского Прорыва как равноценные и равноправные. Или, рассказывая о гитаристе ИПВ Игоре Гуляеве и о его смерти в 2000 году, автор не говорит о том, что именно свело Игоря в могилу.
Впрочем, то, что, казалось бы, является упущениями с исторической точки зрения, выглядит достоинствами в морально-этическом смысле – подозреваю, что именно этими соображениями автор руководствовался в первую очередь. В книге нет никакого грязного белья, никакого выяснения отношений, никаких «скандалов-интриг-расследований». Например, вопрос об уходе Романа Неумоева из ИПВ и Русского Прорыва летом 1994 года (и последующем уходе оттуда самого Кузнецова) – тема неприятная, но автор проходит её легко, спокойно и без всяких обвинений и разоблачений. Автор, похоже, вообще не держит ни на кого зла, никогда не злословит. Достаётся (и то не сильно) группам ПиФайФ и Кооператив Ништяк, да и то сугубо за музыку (последней – на мой взгляд, вполне по заслугам). В целом же повествование идёт светло, беззлобно, и автор чаще говорит о своём непонимании каких-то событий (например, уничтожения Неумоевым записей группы), но не осуждает.
И эта книга, и другие воспоминания участников и свидетелей, безусловно, нужны, и отлично, что они появляются. История сибирского панка однажды должна быть написана – и не только история ГО или Янки, но и история ИПВ, Чернозёма и других значимых участников сцены. Такие книги являются шагами к её написанию. Время идёт, иных участников уж нет, а те далече, и пока есть те, кто что-то помнит, нужно записывать и сохранять. Большинство музыкантов не склонно к написанию записок, опрашивать их не спешат – тем ценнее каждый такой труд. Тем более, эпоха интернета показала, что информация в нём склонна исчезать и забываться куда быстрее, чем бумажные источники. Вроде живёшь себе, ходишь по страницам, думаешь, что «да вот оно, никуда не денется», а спустя какое-то время раз – и делось, и концов не найдёшь, и ни текстов тебе, ни фотографий. Бумажные книги, подобные кузнецовской, успешно противостоят неумолимому времени и хаосу цифрового пространства – это кирпичи, и стена, сложенная из них, так просто не рухнет и не исчезнет.
Словом, если кто интересуется сибирским панком и его историей – это для вас, не пожалеете. Понятно, что книгу лучше воспринимать в совокупности с другими источниками – но тем не менее. А Аркадию Кузнецову хочется сказать только одно, в подзабытой нынче стилистике: «аффтар, пеши исчо» – автору с таким прошлым наверняка есть что сказать в дополнение к уже попавшему на страницы.