Продолжаем наш путь Искателей. В первой статье мы выяснили, что слово "тривиальный" скрывает в себе античный Тривиум – три пути. Во второй разобрались, что в русском языке слово росстани лучше других вмещает в себя и путь, и время, и судьбу. В третьей поставили витязя на распутье и спросили: кто он?
Но есть ещё один герой рассказа, на которого мы почти не обращали внимания. Камень.
Этот камень – не только русское изобретение. Он стоял на каждом значимом перекрёстке человеческой истории. Просто звали его по-разному. Давайте с ними познакомимся. Будем двигаться по официальной хронологии, дабы сила ее видна была.
Неолит: первые камни
В начале было слово, в начале были менгиры. Карнак в Бретани – три тысячи менгиров рядами, 4500 лет до нашей эры. Стоунхендж – примерно тогда же. Многотонные необработанные камни, вкопанные вертикально в землю, часто у развилок троп.
Кто поставил – неизвестно. Письменности нет, мифологии нет. По той же официальной хронологии, эти люди только-только перешли от охоты к земледелию. Как двигали блоки и зачем – ученые до сих пор точно не знают. Само слово "менгир", кстати, придумали французские учёные в XIX веке – взяли бретонское "men" (камень) и "hir" (длинный). Шесть тысяч лет, получается, они стояли без названия.
Древний Египет: Открыватель путей
Нил – это не просто река, это главная дорога страны. Там, где его рукава расходились в дельте или где пустынный торговый путь выходил к воде, возникал настоящий перекрёсток. И именно здесь незримо стоял зверь Упуаут.
Упуаут – не Анубис, хотя оба пёсьи божества. В отличие от лежащего как страж-сфинкс черного Анубиса Упуаут – светлый, и он всегда стоит или идёт. Он "идёт" на штандартах впереди войска и каравана, он открывает дорогу. С одной стороны его считают богом войны, но его имя буквально переводится: "Открыватель путей". И у него есть атрибут, с забавным названием "Шедшед". Видимо, чтобы нам было легче запомнить. Он все время был куда-то "шед-шед".
К своему удивлению я не смог найти в истории Египта отдельно стоящих камней-стражей в отличие от всех остальных культур. Считается, что Египтяне мыслили иначе. Сакральную границу высекали прямо в скале. Пограничные стелы Эхнатона – четырнадцать огромных плит, выдолбленных в отвесных стенах каньонов на обоих берегах Нила – очерчивали территорию столицы.
Еще считается, что великим "перекрестком" в Египте были границы чернозёмов Кемет среди пустынных земель Дешрет, но это тоже не камень на развилке. Карту нынешних чёрных земель в Египте найти не удалось, поэтому присоединяю мировую карту чернозёмов. Не завидую Упуауту, если бы ему пришлось обходить дозором наши "черные земли". Насколько я помню, земля в дельте Нила или в Эль-Файуме даже в увлажненном состоянии бурая или каштановая.
Вавилон: Кудурру и царь на распутье
В Месопотамии перекрёсток был местом откровенно демоническим. Вавилоняне верили, что именно там собираются злые духи: Ламашту, крадущая младенцев, и демоны-разбойники Рабису. Поэтому камень на развилке должен был обладать колоссальной защитной силой.
Пограничные камни кудурру изготавливали из тёмного базальта. На них высекали царские указы, рельефы богов и страшные проклятия: "Кто сдвинет этот камень, пусть боги нашлют на него неизлечимую болезнь". Камень был немым свидетелем и молчаливым судьёй.
В Библии есть удивительные строки. Книга пророка Иезекииля, глава 21: "Царь Вавилонский остановился на распутье, при начале двух дорог, для гаданья: трясёт стрелы, вопрошает терафимов, всматривается в печень". Навуходоносор, величайший монарх своего времени, стоит на буквальной развилке, где одна дорога ведёт на Иерусалим, другая – на сирийскую Раббу. Сама развилка воспринимается как гигантский алтарь, где боги открывают царю свою волю.
Это та самая первая версия смысла в картине Васнецова – Удел Монарха. Только официально на три тысячи лет старше.
Этруски: Tular и двуликий страж развилок
Этруски, возможно, были самой "одержимой" границами цивилизацией древности. Их жреческое учение делило весь мир невидимыми космическими линиями. Строя город, они прокладывали две главные улицы строго под прямым углом. Точка их пересечения была священным центром мира.
Здесь ставился камень циппус с надписью "tular", что означало "граница". Сдвинуть его считалось страшнейшим святотатством. Именно от этрусков римляне позаимствовали культ бога пограничных камней Термина с его Терминалиями и разными излишествами.
На развилках дорог и у ворот городов этруски почитали Кульсанса – двуликого юношу, прямого предшественника римского Януса. Его два лица смотрели в разные стороны развилки, контролируя путника и отгоняя злых духов, которые любили селиться именно на росстанях. Мне трудно представить смысл двуликого Кульсанса или Януса даже на Т-образном перекрестке, разве что примыкающая дорога была менее значимой.
Греция: три бога, которых не видно при свете дня
С греками получилось интереснее всего. Их богов перекрёстка оказалось не один и не два, а сразу три. И каждый отвечал за свой момент пути.
Первый – Аполлон в ипостаси Аполлон Агией, "Уличный". Покровитель порогов и начал пути. Аполлон – бог пророчества и скрытого смысла: его оракул не давал ответов, он давал загадки. Помогала разгадывать загадки Пифия. В роли Агиея он выглядел не как наездник квадриги над входом Большого Театра, а как каменный обелиск. Кто бы мог подумать.
Второй – Гермес. На каждом перекрёстке стояла герма – четырёхгранный каменный столб с его головой. Гермес – бог дорог, торговли и красноречия. Той самой риторики, третьей дисциплины Тривиума. Но главное: он покровитель герменевтики – искусства толковать скрытое. Прикоснуться к герме значило попросить не о погоде в пути, а о том, чтобы увидеть то, чего не видят другие.
Третья – Геката, Триодит: "Та, что стоит на трёх дорогах". Y-образные развилки, где три пути сходились в один, были её владением. Её изображали трёхликой – каждый лик смотрел на свою дорогу – и с факелом в каждой руке. Не один факел, а два: потому что в темноте перекрёстка нужно видеть сразу все стороны. За это её звали Фосфорос – "Несущая свет". Гесиод в "Теогонии" пишет: она даёт удачу в торговле, победу в состязаниях, хороший улов – и она же насылает ночные ужасы на тех, кто пренебрёг подношением. Та же сила, которая ведёт, может уничтожить. У подножия её статуй в полнолуние оставляли "ужины Гекаты". Платили за проход.
Рим: перевод, который изменил язык
Рим не уничтожал греческих богов перекрёстков – он их переосваивал. Медленно, столетиями. Гермес стал Меркурием – функция та же, имя латинское. Аполлон остался Аполлоном: одно из немногих греческих имён, которые Рим не тронул. А Геката получила новое имя – Тривия.
Буквально: "богиня трёх дорог". По-латыни три дороги – tri-via. Её трёхликие статуи по-прежнему стояли на Y-образных перекрёстках. Ужины у подножия по-прежнему выкладывали в полнолуние. Просто табличка сменилась.
Авраамические религии: крест вместо гермы
По Библии раньше всех к камню на перекрёстке пришёл Иаков. Бытие, 28-я глава: он бежит от брата Исава, ночует у дороги, кладёт камень под голову и видит во сне лестницу в небо. Просыпается – берёт этот же камень, ставит его вертикально, поливает маслом и называет место Вефиль: "Дом Бога". Человек на перекрёстке судьбы поставил камень и сказал: здесь земля и небо соприкасаются. Такой камень назывался мацева – памятник. Древнейшая еврейская форма алтаря. Позже словом мацева стали называть надгробные памятники.
С приходом христианства в Европе началась планомерная "санация" перекрёстков. Языческие менгиры и гермы у дорог либо уничтожались, либо перетёсывались в кресты. В народном сознании перекрёсток оставался местом дьявола, ведьм и неупокоенных – именно там хоронили самоубийц, вне церковных кладбищ.
Чтобы очистить это пространство, на росстанях массово ставили каменные поклонные кресты. В средневековой Европе существовал особый обычай: убийца обязан был за свой счёт высечь каменный крест на месте гибели жертвы. Прохожие, видя его, творили молитву. Камень становился публичным актом покаяния.
В исламе доисламские культы дорожных камней переплелись с суфизмом. На развилках торговых путей и горных перевалах путник должен был бросить камень в священную насыпь и прочитать молитву за безопасный путь.
Скандинавия: Руны на развилке
Рунические камни викингов часто устанавливали именно у перекрёстков, мостов и мест народных собраний. Они не просто увековечивали память об умерших. Прохожий должен был остановиться, прочитать надпись – то есть разгадать "загадку" рун – и только потом принять решение, куда двигаться дальше. Знакомая логика, не правда ли?
Африка: Камень Эшу
В традициях йоруба и в культах вуду хозяином перекрёстков является ориша Эшу – или лоа Папа Легба. На развилках его присутствие обозначается простым священным камнем или глиняным холмиком. Без подношения этому камню невозможно начать ни одно дело: он открывает или закрывает дороги судьбы.
Папа Легба в вуду – первый, к кому обращаются перед любым ритуалом. Не потому что он самый могущественный, а потому что без него остальные боги не услышат ни слова. Он – ключ к перекресткам.
Буддизм: Дзидзо и Мани-камни
Буддизм, особенно в Японии и Тибете, создал, пожалуй, самую поэтичную культуру придорожных камней.
В Тибете и Монголии на каждой развилке горных троп стоит обоо – каменная насыпь-пирамида, которую путники складывали веками, добавляя свой камень. Рядом – стены из мани-камней, на которых монахи высекали мантру "Ом Мани Падме Хум". Проходящий должен был обойти обоо по часовой стрелке и положить свой камень сверху. Буквально: принять сторону Дхармы.
В Японии каменные статуи Дзидзо стоят на каждом перекрёстке. Это добродушный монах с посохом – покровитель путешественников и душ умерших детей. Местные жители надевают на него красную вязаную шапочку. Путники складывают у его ног маленькие пирамидки из гальки. Считается, что это помогает детским душам в загробном мире строить башни и спасаться от демонов.
Алатырь: русский синтез
И вот теперь мы готовы поговорить о нашем камне.
В былине "Три поездки Илья Муромца" богатырь стоит перед камнем на распутье – высоким, вертикальным, вросшим в землю. Исследователи давно обратили внимание: описание совпадает с обликом менгира. Не символически – физически.
"И увидел добрый молодец да Латырь-камешок,
И от камешка лежит три росстани".
О значении Алатыря как камня на росстанях многие забывают. Чаще говорится, что Алатырь "всем камням камень", "пуп земли", "начало всех начал". Бел-горюч: белый и горючий, холодный и огненный. Он лежит на острове Буяне, на росстани трёх морей, и из-под него вытекают все реки мира. На нём стоит мировое древо, на нём сидит Заря-Заряница. Источник всех дорог – буквально.
Есть и ещё один след. Слово "алатырь" лингвисты связывают с "алтарём" – тем самым, что стоит в центре православной церкви. Камень у развилки и камень в храме – одно слово, одна функция: место, где земное соприкасается с тем, что больше земного.
И где теперь их искать?
К менгирам можно прикоснуться и в Бретани, и в Британии. Гермы сохранились в музеях и на площадях Греции. Рунические камни – в Скандинавии, Обоо – в Монголии, Дзидзо – на каждом перекрёстке в Японии. А где же наши Алатыри? Почему мы их не наблюдаем?
Кто-то скажет: христианизация. Кто-то – монголы. Кто-то – что Алатырь и не был физическим камнем, он всегда был архетипом, идеей, метафорой. Есть и другие версии. Они представлены на Vota.plus на странице вопроса: Где искать камни Алатыри с росстаней?. Пока речь идет не о главном Алтаре как центре Земли, а о рядовых камнях на развилках и перекрестках.
Выбирайте мнения и аргументы, которые ближе вам по душе. Это не тут случай, где правильный ответ лежит на блюдце. Он среди мнений друзей, Героев и всего сообщества Искателей. Присоединяйтесь не по принципу "или Дзен, или Vota", а по принципу "и Дзен, и Vota".