«Околосмертные переживания - это вполне реальный сознательный опыт, который случается с людьми на грани жизни и смерти. И, в общем-то, во всем мире этот опыт состоит из одних и тех же элементов». - Раймонд Моуди
Доктор Раймонд Моуди посвятил десятилетия тому, что просто слушал рассказы людей о загробной жизни. Будучи одновременно практикующим врачом и профессором философии, он собрал тысячи историй от тех, кто умудрился «умереть» и вернуться обратно. И то, что они ему поведали, переворачивает все наши представления о смерти с ног на голову.
У всех околосмертных переживаний есть четкий сценарий. Конечно, не каждый собирает комбо из всех возможных элементов, но в целом эти истории по всему миру складываются в единый пазл, независимо от культуры и континента.
Люди слышат, как врач констатирует их смерть. Затем они наблюдают за собственным телом сверху. Летят сквозь темноту к ослепительному свету. Встречают близких, которые уже покинули этот мир. А возвращаются они совершенно другими людьми, твердо зная: смерть - это всего лишь дверь в другую комнату.
И вот что самое забавное: многие признаются, что никогда не чувствовали себя такими живыми, как в тот момент, когда врач официально объявлял их мертвыми.
По данным разных медицинских исследований, от 20 до 60 процентов людей, побывавших на краю бездны, рассказывают о подобном опыте. Точную цифру назвать сложно - попробуй собери статистику по разным странам и эпохам.
Доктор Моуди честно признает: мы понятия не имеем, почему одни видят «тот свет», а другие - нет.
Религия тут вообще ни при чем. Это случается и с глубоко верующими людьми, и с закоренелыми атеистами, которые о Боге вспомнили только тогда, когда их сердце уже перестало биться. Возраст тоже не играет роли, как и причина, по которой человек оказался на грани, будь то авария или тяжелая болезнь. До сих пор загадка, почему один переживает нечто космическое и глубокое, а другой просто отключается и потом просыпается в больничной палате.
Один из самых взрывающих мозг аспектов таких переживаний - это когда люди в деталях видят то, чего видеть физически никак не могли.
Например, у подруги доктора Моуди, Вай Хортон, во время операции на желчном пузыре на целых двадцать минут остановилось сердце. Пока медицинская бригада отчаянно за нее боролась, Вай, по ее словам, преспокойно вылетела в коридор больницы. Там она увидела своего зятя, который стоял в одиночестве. К нему подошел знакомый и спросил, что он тут делает. Зять ответил, что вообще-то собирался навестить дядю Генри в Афинах, но раз уж Вай тут помирает, он решил остаться - ну, чтобы подсобить с похоронами. Вот это забота!
Спустя несколько дней, когда Вай пришла в себя и смогла принимать гостей, она огорошила зятя, заявив: «Слушай, поезжай-ка ты к своему дяде Генри. Я как-нибудь справлюсь и без твоей помощи на похоронах». Доктор Моуди потом долго допрашивал этого родственника. Тот подтвердил каждую деталь разговора в коридоре и признался, что эта история полностью перевернула его жизнь.
И тут мы сталкиваемся с проблемой доказательств. Подобные случаи происходят регулярно: пациенты в отключке видят и слышат то, что никак не могли бы узнать обычным путем.
Кое-кто из врачей даже предлагал ради эксперимента раскладывать разные предметы или надписи на самых верхних полках в реанимации. Мол, если пациент действительно взлетит над телом, он прочитает, что там написано, и вуаля - доказательство готово! Но Моуди видит в этой логике слабое место. Даже если человек угадает, что лежит на шкафу, это докажет лишь то, что сознание может временно тусоваться вне тела, пока оно еще живо. Но это ничего не говорит о том, что происходит, когда тело умирает окончательно и бесповоротно.
Сам этот опыт происходит в измерении, которое полностью оторвано от нашего физического мира. Нельзя доказать существование высшей реальности, просто подтвердив, что кто-то подглядел за вещами в нашей комнате. И все же Моуди считает такие наблюдения впечатляющими. Главная сложность - как их правильно проверить.
Что же на самом деле покидает тело в момент смерти? Доктор Моуди считает, что это наше «Я» - главный герой нашей личной истории. Как только вы выходите из тела, вы выходите из этого конкретного сюжета.
Одна бродвейская актриса подобрала для этого идеальное сравнение. Она годами играла одну и ту же роль и буквально срослась со своим персонажем. Но когда в свой последний вечер она ушла со сцены, то оставила эту роль навсегда. Годы спустя, пережив клиническую смерть, она вспомнила то чувство. Выход из тела - это как снятие костюма персонажа, которого вы долго играли. Вы уже собираетесь примерить другую роль, но иногда вас бесцеремонно затаскивают обратно в старую.
Людям безумно трудно описать то, что они видят на «той стороне». Они попадают в такие состояния, для которых в человеческих языках просто нет слов. Они проходят сквозь тоннель к невероятному свету, ощущая такой уют, покой и радость, какие на Земле и не снились.
Моуди отмечает, что нам и в обычной-то жизни трудно дать четкое определение сознанию. А уж описать бытие вне времени и пространства - задача вообще нереальная. В нашем мире сознание привязано к сюжету. Случилось что-то новенькое - мы вплетаем это в историю своей жизни. Но как строить сюжет там, где нет ни времени, ни пространства? И тем не менее, люди утверждают: даже без привычного сюжета они продолжают существовать. Они остаются собой, умудряясь обходиться без часов и географических координат.
Тот мир, по рассказам, буквально соткан из информации и любви. Все вокруг состоит либо из одного, либо из другого. В нашей реальности, чтобы получить знания, нужно попотеть: открыть книгу, погуглить. Там же достаточно просто захотеть что-то узнать, как ответ мгновенно материализуется в голове. Такую трансформацию сознания сложно осознать. Вы переноситесь из привычного мира в нечто кардинально иное, но при этом не теряете свое «Я».
Но, пожалуй, самое поразительное - это «просмотр фильма» о собственной жизни. Перед вами разворачивается трехмерная голограмма, где собрано абсолютно все, что вы когда-либо делали. Но самое интересное (и пугающее): вы смотрите на свои поступки не своими глазами. Вы проживаете их с точки зрения тех людей, с которыми взаимодействовали. Обидели кого-то? Поздравляю, теперь вы на его месте и во всех красках чувствуете ту боль и обиду, которую причинили. Проявили доброту? Вы ощутите ту самую радость, которую подарили человеку.
Доктор Моуди считает, что это открывает потрясающую истину. Жизнь - это двухсерийный процесс. Сначала мы идем напролом, как актеры на сцене. Затем время останавливается, мы разворачиваемся на 180 градусов и смотрим на тот же спектакль, но уже глазами зрителей и партнеров по сцене.
После такого опыта все былые ценности летят в корзину. Власть, деньги, слава, карьера - все это становится неважным. Люди возвращаются с четким пониманием: главное - это научиться любить. Именно этот вывод напрашивается после «просмотра фильма». Все остальное - просто белый шум.
Друг Моуди, Джордж Ритчи, поделился важным наблюдением об этой трансформации. Такой опыт делает твою человеческую природу еще более тяжким бременем. Осознание того, что любовь - это всё, вовсе не облегчает задачу любить реальных людей. Прожить обычный день и ни на кого не прикрикнуть - это по-прежнему задачка со звездочкой. Земная реальность никуда не делась. Вот и получается, что люди возвращаются со знанием о великой силе любви, но снова оказываются в наших непростых человеческих буднях.
Еще одно важное изменение - люди напрочь перестают бояться смерти. Нет, они, конечно, не горят желанием умирать как-то больно или мучительно. Но саму смерть они теперь видят как простой переход в гораздо более приятное место.
Некоторые к тому же возвращаются с неожиданными талантами. Например, в 1996 году доктора Энтони Чикорию ударила молния прямо в телефонной будке. Сердце остановилось, душа вылетела из тела. Вернувшись с «того света», он внезапно воспылал страстью к игре на пианино, хотя до этого музыка его вообще не волновала. Ему постоянно снился один и тот же сон, где он играет на концертной сцене. Когда друг попросил его приютить у себя пианино на год, Энтони воспринял это как знак и пошел учиться. Сегодня он не только уважаемый профессор ортопедической хирургии, но и успешный пианист, дающий концерты. Неплохой побочный эффект от удара молнии!
Многие также замечают, что стали лучше чувствовать других людей - их эмоции, боль, переживания. И это не какая-то там магия или экстрасенсорика, а просто обострившаяся эмпатия и внимание к ближнему.
Как люди возвращаются обратно? Одни вообще не понимают, как это произошло: только что ты был в прекрасном свете, а в следующий миг уже лежишь на больничной койке - никакого плавного перехода.
Другим прямым текстом говорят, что пора возвращаться. Какой-нибудь умерший родственник или высшее существо, полное сострадания, сообщает, что их земные дела еще не закончены. Люди умоляют оставить их там, но их все равно отправляют назад. Обиднее всего, что им никогда не объясняют, что именно они должны доделать. Ответ приходит сам, порой спустя годы.
Третьей группе дают выбор: можно остаться, а можно вернуться к телу. И почти все, кто выбрал вернуться, сделали это ради кого-то другого. Им безумно хотелось остаться в этом раю, но они возвращались ради детей или тех, о ком нужно заботиться. Они выбирали любовь вместо персонального рая.
На той стороне люди встречают своих умерших близких. Причем у тех нет какого-то определенного возраста. Порой там вообще нет физических тел - скорее некая форма или геометрия. Но вы безошибочно узнаете человека по ощущениям и воспоминаниям.
Из-за этого возникают забавные парадоксы. Если тетя Матильда уже реинкарнировала где-нибудь в Небраске, как она может одновременно явиться вам в околосмертном опыте в образе все той же тети Матильды? Доктор Моуди говорит, что все эти противоречия испаряются, как только понимаешь: там нет времени. Логика ломается только тогда, когда мы пытаемся измерить вечность часами. Моуди шутит, что к своим годам он окончательно понял: времени не существует. Это просто фишка нашего физического мира. А люди, пережившие клиническую смерть, в один голос твердят, что там времени просто нет в меню.
Правда, не все подобные путешествия выходят позитивными. Согласно опросу Гэллапа еще далекого 1979 года, около трех процентов опыта окрашены в негативные тона. Моуди подозревает, что статистика занижена - мало кому хочется признаваться, что после смерти он заглянул прямиком в ад.
Такие пугающие опыты делятся на два типа. Первые начинаются как обычные, но вместо покоя вызывают ужас (правда, по мере развития они все равно превращаются в позитивные). Вторые - это те самые классические адские видения с пламенем. Они встречаются реже всего, а рассказы о них обычно путаные и больше похожи на бред при высокой температуре, чем на связный опыт.
Доктор Моуди общался со многими людьми, пережившими этот опыт после попытки самоубийства. И все они в один голос заявляли, что больше никогда этого не сделают. И дело вовсе не в страхе попасть в ад. Просто на «просмотре фильма» им пришлось бы во всех деталях прочувствовать, какую невыносимую боль их уход причинил близким. Некоторые сравнивают это с уходом из кинотеатра посреди сеанса. И грусть тут не от наказания, а от понимания, что ты так и не узнаешь, чем должна была закончиться твоя собственная история.
Интересно, что люди не возвращаются оттуда с верой в грозного и карающего Бога из Ветхого Завета. Они описывают высшее существо как чистую любовь и сострадание. Моуди специально ездил в Китай и Индию, ожидая услышать совсем другие рассказы. Каково же было его удивление, когда индуисты описывали все точно так же, как христиане, иудеи или американские атеисты.
Религия никак не влияет на сам этот опыт. Люди просто используют привычные религиозные термины, потому что обычных слов не хватает. Но эти слова уже не имеют прежнего догматического смысла. После такого путешествия люди теряют интерес к конфессиям и спорам о вере. Их отношения с высшим началом становятся глубоко личными, а не церковными. Культура может влиять на то, как человек оформляет свой рассказ, но сама суть опыта легко стирает любые границы.
Большинство таких историй построены по классическому сценарию путевых заметок: вышел из тела, пролетел по тоннелю к свету, вернулся и доложил. Мы все любим истории о путешествиях, нам они понятны. Но ведь любое путешествие по определению требует времени и пространства! И в этом кроется главный парадокс: весь этот опыт происходит вне времени и пространства, но описать мы его можем только как дорожное приключение.
Вывод
Выслушав тысячи людей, доктор Моуди пришел к выводу, который звучит безумно: наш физический мир - это иллюзия. Он прекрасно понимает, что за такие слова его могут посчитать сумасшедшим. Но, как шутит сам доктор, если его заберут в психушку, она тоже окажется иллюзией - причем весьма занятной.
Называя мир иллюзорным, он вовсе не пытается его обесценить. Долгое время он вообще не знал, как ко всему этому относиться. Он просто верил в искренность людей. И он точно знал, что дело не в нехватке кислорода в мозге: однажды его университетский профессор пережила околосмертный опыт, находясь в полном сознании, когда откачивала собственную мать.
Мы все сейчас находимся внутри какой-то иллюзорной сюжетной игры. Заканчиваем одну историю, проходим через непонятный процесс перезагрузки и, судя по всему, начинаем новый сюжет. Моуди никогда и никого не пытался убедить в существовании загробной жизни. Но для себя он все решил. К его собственному удивлению, жизнь после смерти есть.
И его совет, основанный на этом выводе, предельно прост: притормозите и получайте удовольствие от жизни. Наше земное существование - это уникальный и жутко интересный аттракцион. Из него вы в любом случае выберетесь живыми, и у вас точно будет что посмотреть на «вечернем киносеансе». Так что не бойтесь смерти, в ней нет ничего страшного. Но оставайтесь здесь столько, сколько вам положено. А когда придет время уходить, все пазлы наконец-то сойдутся.