Увидел способ создавать бренды, опираясь на визуальный код, образ и настроение
Когда-то Ибрагим Гатциев из Владикавказа мечтал попасть на работу в глянцевый журнал, а в итоге в 28 лет стал номинантом в категории «Мода и дизайн» рейтинга Forbes «30 до 30» (2023 года). Все благодаря бренду Planta Rosa, худи и лонги которого стали униформой «Патриков», а его рекламные кампании в ретро-стилистике — источником визуального удовольствия. В августе 2025 года Гатциев наделал много шума, объявив о выходе из проекта (его не остановила даже годовая выручка в размере 250 млн руб.), а сегодня он развивает новый проект State Venice — и снова не без ретро-стилистики. Название отсылает к знаменитому калифорнийскому пляжу Венис-Бич в Лос-Анджелесе, а дебютная коллекция вдохновлена эстетикой Америки 1950–1960-х годов.
- Ибрагим Гатциев начал карьеру со стажировки в отделе моды российского Vogue в начале 2010-х, когда еще учился в школе.
- В 2017 году запустил собственное fashion-медиа в Instagram (принадлежит Meta, компания признана экстремистской и запрещена в России). Тогда же он получил первый большой заказ от бренда — стилизовал съемку 12 Storeez.
- Работал с Sergio Rossi и Rasario, ЦУМом, Vogue и InStyle. В числе его клиентов были основательница IRNBY Анастасия Миронова (герой проекта «РБК Визионеры»), владелица салонов Keep Looking Ксения Шипилова и инфлюенсер Вика Одинцова.
- В 2021 году вместе с подругой Женей Павлин запустил бренд Planta Rosa. Спустя четыре года вышел из бизнеса, в котором был ответственен за креативную составляющую.
- Под конец 2025-го показал первую кампанию своего нового бренда State Venice, представленного сейчас в универмаге «Цветной».
Из блогера в стилисты
Нравится РБК? Главные новости дня, эксклюзивы и аналитика ждут вас:
на радио
в подписке
в Max
в Telegram
в приложениях для Android или iOS
Интерес к моде у Ибрагима появился благодаря глянцу. У его бабушки был мебельный магазин в центре Владикавказа, возле которого стояла палатка с журналами. Там продавали не только новые, но и архивные номера — Vogue начала 2000-х, Harper’s Bazaar. С того момента он не просто полюбил журналы, он следил за кадровыми перестановками, знал наизусть, кто какую позицию занимает, а еще четко понял, что хочет стать стилистом.
В 2012-м его, десятиклассника владикавказского лицея с музыкальным уклоном, который солировал в духовном оркестре и играл на осетинской гармошке, взяла на стажировку fashion-директор Vogue Екатерина Мухина. С ней он познакомился на пресс-завтраке в честь Vogue Fashion’s Night Out (его пригласили освещать мероприятие как одного из десяти лучших авторов, писавших о моде на просторах LiveJournal). После окончания школы Ибрагим Гатциев переехал в Москву и стал обивать пороги редакций, пытаясь обратить на себя внимание всеми правдами и неправдами. Но безрезультатно.
После года в столице Гатциев вернулся на малую родину и запустил глянцевый журнал POP, причем название выбрал не случайно: на тот момент уже существовал британский альманах POP, который делала Кэти Гранд. Некоторые зарубежные офисы думали, что Гатциев издает российскую версию — и аккредитовывали его на показы. В итоге владикавказский POP помог Гатциеву попасть на кутюрный показ Valentino, а еще сделать заветное фото с тогда еще главным редактором американского Vogue Анной Винтур — правда, от этой встречи он так разволновался, что сел на очки Винтур и был выгнан с площадки охранником.
Вопреки неудачным попыткам построить большую карьеру в глянце Ибрагим Гатциев решил действовать по принципу «не можешь победить — возглавь»: в 2017 году он запустил медиа The Style Director в Instagram (принадлежит корпорации Meta, признанной экстремистской и запрещенной в России). В статьи и обложки с собственноручно нарисованным логотипом он вкладывал деньги, которые зарабатывал на стайлинге и коммерческих проектах (первым крупным клиентом стал 12 Storeez: в том же 2017-м Гатциев получил заказ на стилизацию съемки). Проект выстрелил — на тот момент он был одним из немногих, кому предоставляли вещи для съемок российские пресс-офисы больших брендов вроде Chanel наравне с традиционными медиа.
Впоследствии Ибрагим Гатциев успел поработать с Instyle и украинским Vogue, Sergio Rossi и Rasario, ЦУМом и «Временами года». За персональным стайлингом к нему обращались основательница бренда IRNBY Анастасия Миронова, дочь миллиардера Самвела Карапетяна Татевик, основательница Keep Looking Ксения Шипилова. В 2022 году Гатциев назвал себя одним из самых дорогих российских стилистов: стоимость его рабочего дня составляла €3 тыс. (порядка 300 тыс. руб. по курсу 2022 года). Сегодня он помогает с образами инфлюенсеру Вике Одинцовой, но большинство его клиентов немедийные (например, сейчас он готовит заказчицу к большой свадьбе во Флоренции в сентябре).
Искусство создавать спрос
Настоящая известность за пределами профессионального сообщества пришла к Гатциеву после запуска Planta Rosa. Бренд появился практически случайно: Гатциев взял обычные маркеры и расписал для своей подруги Евгении Павлин свитшот, выложил фото в соцсети — и получил огромное количество комментариев, среди которых было предложение петербургского бренда сделать коллаборацию. «Когда я рассказал Жене, она ответила, что нам надо делать бренд, — рассказал Ибрагим в интервью журналу «Москвичка» (нулевой номер за 2023 год). — Мы давно хотели создать что-то вместе и в итоге остановились на спортивной одежде, которую сами часто носили». Так спрос породил предложение — и в декабре 2021-го вышел первый дроп Planta Rosa. Худи, свитшоты, футболки, лонгсливы и джоггеры с лого быстро завирусились. Постепенно ассортимент расширился: появились платья и костюмы. Через год открылся бутик в Москве, а выручка достигла 250 млн руб., как рассказал основатель бренда Forbes.
В Planta Rosa Ибрагим отвечал за креативную составляющую. Он был уверен, что те, кто гонится за изобретением новых силуэтов, часто оказываются вне модного контекста, — гораздо важнее уметь делать шоу и красивую картинку, а еще все это продавать. Уже на этапе придумывания одежды он представлял, на каких моделях он будет ее снимать, в какой локации, а уже на самой площадке, как режиссер, рассказывал моделям об их ролях и ловил эмоции на камеру. К слову, для Planta Rosa он часто не только стилизовал, но и снимал, хотя сильным фотографом себя никогда не считал. Узнаваемый визуальный почерк Ибрагима плотно ассоциировался с ретро в целом и эпохой 1980-х в частности — он снимал моделей с тяжелым мейком, копной волос и множеством аксессуаров. Стилист Ксюша Смо даже как-то пошутила: если на площадке был вентилятор, значит, снимал Ибрагим.
В августе 2025-го Гатциев объявил в соцсетях о том, что выходит из Planta Rosa и больше не будет участвовать в разработке коллекций, принтов и имиджа бренда, поскольку у него и соосновательницы бренда Жени Павлин разошлись взгляды на дальнейшее развитие бизнеса. При этом Гатциев остается совладельцем компании и сохраняет права на созданную им интеллектуальную собственность, включая товарный знак Planta Rosa.
Управлять вниманием
«Мы живем во время инфоповодов. Я понимал, что нужно действовать быстро, пока ко мне еще приковано внимание [после ухода из Planta Rosa]. Так появился State Venice», — рассказал Гатциев платформе «Фокус Мода». Отчасти поэтому первая кампания нового бренда вышла еще до того, как была готова дебютная коллекция. В декабре 2025 Гатциев сфотографировал в дайнере «Старлайт» анестезиолога-реаниматолога и с недавних пор модель Валентину Камаеву, стилистку Виту Клац, модель Гошу Шевчика и других в винтажных вещах в духе 1950-х. Атласные бра, халаты, приталенные юбки в клетку, пышные платья, яркие рубашки и свитеры — вещи из личной коллекции Ибрагима, которую он регулярно пополняет на парижских барахолках. Для продажи они были не предназначены, а лишь задавали общее настроение нового бренда.
Первую самостоятельную коллекцию — весна-лето 2026 — Гатциев представил спустя три месяца в прямом эфире в социальной сети. Героиней кампании стала Наташа Гольденберг. Позднее вышли съемки с участием Крис Грикайте и давней любимицы Ибрагима Адицы Берзении, которая на постоянной основе работает с Chanel.
Все истории объединяет одно желание — вернуть женственные силуэты и напомнить о временах, когда одевались ярко и пестро и даже немного странно. Отсюда — юбки с заниженной талией, вручную расшитые кристаллами, ободки с перьями и ботинки на 18-сантиметровой платформе (последние Ибрагим называет вариацией обуви Элтона Джона, которую он носил в середине 1970-х, и добавляет, что «ее сложно носить, но зато она виральная и классно выглядит в кадре»). В мужской коллекции есть, к примеру, вельветовые брюки карго и куртки с объемными плечами. Но база тоже имеется: например, рубашки, которые создатель State Venice в целом любит использовать в стайлинге. Футболки, худи и лонгсливы, как и спортивные вещи, тоже есть, потому что они приносят хорошие деньги, уточнял Гатциев.
Сейчас в команде State Venice восемь человек, в том числе бизнес-партнер Гатциева и глава дизайн-ателье Елизавета Андрицова, которая до этого работала в Planta Rosa. «Надеюсь, бренд останется камерным и разрастется максимум до 15 сотрудников. Мне нравится, когда с каждым можно поддерживать тесный контакт. Масштабирование бизнеса — не моя история», — рассказал Гатциев в том же разговоре с «Фокус Мода».
Много магазинов Ибрагим Гатциев тоже открывать не планирует. Пока что State Venice можно примерить только на втором этаже универмага «Цветной», но к осени у бренда появится флагман: «Там мы уже разгуляемся и сделаем красивый ремонт. Где будет магазин, пока не знаю. Я посматриваю на центральные, но не сильно популярные [среди основателей модных бизнесов] и доступные районы. Хамовники, например. Чтобы что-то получить, нужно приложить усилия».
Читайте также:
В Чехии задержали митрополита Илариона
Генерала Макарова назначили замминистра внутренних дел
Генерал-полковник МВД занял пост замглавы Минобороны