Санкт‑Петербург — город, где каждый дом хранит свою историю, а фасады старинных зданий словно страницы огромной книги, повествующей о веках минувших. В этих стенах оживают эпохи: здесь звучали шаги аристократов XVIII века, эхом отдавались революционные лозунги, переживали тяготы блокадных дней, а сегодня вновь наполняются голосами новых поколений. Исторические дома Петербурга — не просто архитектурные памятники: они свидетели судеб, хранители традиций и связующее звено между прошлым и настоящим.
Одним из таких удивительных мест стал дом 44 на набережной реки Фонтанки — здание, чья судьба отражает всю многогранность петербургской истории. Там, где сегодня стоит величественное здание Центральной городской публичной библиотеки имени В. В. Маяковского, более трёх столетий назад шумел лес, а берега Фонтанки считались далёкой окраиной молодого Санкт‑Петербурга. История этого места началась в эпоху Петра I — с небольшого деревянного дома, построенного в 1718 году для монахов Троице‑Сергиева монастыря. Руководил строительством архимандрит Варлаам (в миру Василий Антипьевич Высоцкий). Поначалу это было скромное общежитие, но уже в 1730‑х годах подворье разрослось: появились конюшни, сараи, огород и даже оранжерея. Монахи возделывали землю, ухаживали за растениями — и постепенно обживали новый район города.
К середине XVIII века деревянное здание обветшало, и на его месте возвели каменное строение с двумя флигелями и домовой церковью. Точный автор проекта неизвестен, но здание получилось основательным — оно должно было служить долгие годы. Время шло, и к середине XIX века здание снова нуждалось в обновлении. В 1857 году архитектор А. М. Горностаев преобразил фасад в «русском стиле»: появились фигурные наличники и шатровое завершение паперти. В 1870‑х годах здание расширили, во дворе появился храм во имя Святой Троицы, освящённый в 1873 году. После революции 1917 года судьба дома изменилась: в 1923‑м подворье закрыли, а помещение отдали под пролетарский клуб «Старая и Молодая Гвардия». Бывшую церковь переоборудовали под зрительный зал, в 1930‑х годах с фасада исчезли декоративные элементы, разобрали купол — здание потеряло исторический облик.
В 1939–1940 годах сюда переехала Ленинградская центральная библиотека ГОРОНО — будущая библиотека имени Маяковского. Она не прекращала работу даже в блокадные годы: сотрудники дежурили на крыше, спасая здание от зажигательных бомб, а читателей поили кипятком из подвала. Масштабная реконструкция прошла в 1968–1977 годах: церковные залы разделили перекрытиями, увеличив площадь книгохранилища на 850 кв. м. В конце 1980‑х задумались о восстановлении исторического облика. Осенью 1995 года зданию вернули нарядный фасад с золочёными наличниками Горностаева — чертежи утраченной лепнины помогли разыскать сотрудники Публичной библиотеки и монахи Свято‑Троицкой Сергиевой пустыни.
Сегодня дом 44 на набережной Фонтанки — флагманская площадка Центральной городской публичной библиотеки имени В. В. Маяковского. После последней крупной реставрации (2018–2021) здание предстало в обновлённом виде: интерьеры приведены в порядок, конструкции укреплены, бережно восстановлены исторические детали. Здесь по‑прежнему много посетителей: в залах отдела литературы на иностранных языках и Центра деловой и социально‑правовой информации работают читатели, проходят лекции и культурные мероприятия. Здание, пережившее разные эпохи, теперь служит настоящим храмом знаний — сохраняя связь времён и открывая свои двери для новых поколений петербуржцев.
Если дом № 44 на набережной Фонтанки связан с важными страницами истории петербургского образования и искусства, то не менее примечательна и судьба здания в Соляном переулке, 15 — места, ставшего оплотом отечественного прикладного искусства. Его история началась в 1876 году с создания на средства мецената барона Александра Людвиговича Штиглица Центрального училища технического рисования. Вскоре при нём открылся музей: коллекция быстро росла — в ней появлялись памятники античности, Средневековья, эпохи Возрождения, произведения западноевропейского, восточного и русского прикладного искусства — и стало ясно, что музею нужно отдельное здание. В январе 1885 года совет училища поручил профессору архитектуры Максимилиану Егоровичу Месмахеру разработать проект.
Архитектор изучил европейские музеи прикладного искусства, а затем приступил к работе. Строительство шло с лета 1885‑го по 1896 год и финансировалось за счёт процентов от завещанного Штиглицем капитала (из 9 миллионов рублей серебром на здание выделили 300 тысяч). Месмахер задумал музей как учебник по истории художественных стилей: в нём оборудовали 32 зала, оформленных в духе разных эпох — от античности до барокко. Архитектурный облик отсылал к творениям итальянских мастеров XVI века, но не копировал их, а творчески переосмысливал. В отделке участвовали студенты училища: они выполняли живопись, изготавливали майолику, вышивали портьеры, занимались резьбой. Детали — бронзовые ручки, ажурные решётки, витражи в полах, двухъярусный зал под двойным стеклянным куполом, фигуры Афины Паллады и Гефеста в нишах — превращали здание в произведение искусства.
Торжественное открытие состоялось 30 апреля 1896 года в присутствии императорской семьи; коллекция насчитывала свыше 15 000 произведений. Музей быстро стал культурным центром — здесь проходили выставки объединения «Мир искусства» Дягилева и другие значимые события. Судьба здания была непростой: его закрывали из‑за революционных событий 1905 года, во время Первой мировой войны в залах разместили мастерские Красного Креста, а экспонаты упаковали на случай эвакуации. После революции музей перешёл к Эрмитажу, в 1930‑х в здании размещались разные организации. Во время Великой Отечественной войны оно пострадало от снарядов и бомбы, но уже в 1945‑м училище и музей возобновили работу — сотрудники и студенты взялись за восстановление.
С 1980‑х началась научная реставрация, а в 2008 году музею вернули имя барона Штиглица. Сегодня это Музей прикладного искусства Санкт‑Петербургской государственной художественно‑промышленной академии имени А. Л. Штиглица — место, где история, искусство и педагогика по‑прежнему связаны неразрывно.
Продолжая путешествие по архитектурным памятникам Санкт‑Петербурга, связанным с искусством и духовной жизнью города, обратим внимание на комплекс на Малой Конюшенной улице, 1–3Б. Его история тесно переплетена с судьбой шведской общины и лютеранским храмом, который на протяжении веков служил не только местом молитвы, но и культурным центром.
Всё началось в 1730‑х годах, когда императрица Анна Иоанновна выделила участок для шведско‑финской общины. Вскоре здесь появился небольшой деревянный храм во имя святой Екатерины. Со временем общины разделились, территорию поделили стеной, и за шведами закрепилась часть вдоль Малой Конюшенной (тогда её называли Большой Рождественской). В 1760‑х годах по проекту архитектора Юрия Фельтена возвели каменную церковь, которую освятили в 1767 году. Небольшое здание вмещало около 300 человек, но со временем приход рос: среди прихожан были работники шведского посольства, служащие Финляндской железной дороги, сотрудники завода Нобеля. К середине XIX века стало ясно, что нужна более просторная церковь.
За дело взялся архитектор Карл Карлович Андерсон — русский зодчий шведского происхождения и член общины. Новое здание в псевдороманском стиле заложили 28 июля 1863 года, а 28 ноября 1865‑го освятили. Церковь передвинули вглубь улицы, так что главный фасад теперь выходил прямо на Малую Конюшенную. Строгость облика подчёркивало традиционное окно‑роза над входом, а вместимость увеличилась до 800–900 прихожан. При церкви действовали приходская школа, приюты для мальчиков и девочек, богадельня и благотворительное общество. Среди прихожан встречались известные люди: ювелиры Эстедт и Болин, художники Б. Патерсен и К. П. Мазер, семья Нобель. К началу XX века приход насчитывал около 2 000–2 500 человек, а здания начали ветшать — возникла необходимость реконструкции.
Инициатором выступил пастор Герман Каянус, а за проект взялся архитектор Фёдор Иванович Лидваль, мастер «северного модерна». В 1904–1905 годах он возвёл рядом шестиэтажный доходный дом с четырьмя магазинами на первом этаже и просторными квартирами. Фасад отличался симметрией, выделенным центром, эркерами, балконами и отделкой из гранита, кирпича и глазурованной плитки. Через двор к флигелю шёл крытый проход — там разместился Екатерининский концертный зал на 460 мест с пятью высокими арочными окнами. Зал быстро стал культурным центром: здесь выставлялся Михаил Нестеров (в том числе картина «Святая Русь»), выступали Фёдор Шаляпин и Анастасия Вяльцева, читали лекции и стихи — в том числе Владимир Маяковский.
После революции 1917 года улицу переименовали в честь Софьи Перовской. Церковь действовала ещё почти два десятилетия, но в 1936‑м её закрыли и передали под культурные нужды. Сначала здесь разместили клуб «Спартак» для работников торговли, а позже — детско‑юношескую спортивную школу олимпийского резерва по художественной гимнастике. Во флигеле с концертным залом в 1944 году открылся Дом культуры трудовых резервов. Позже он сменил несколько названий: в 1959‑м стал Домом культуры учащихся профтехобразования, в 1993‑м — Дворцом культуры молодёжи, а с 2004‑го — Дворцом учащейся молодёжи Санкт‑Петербурга.
Возрождение церковной жизни началось в 1991 году, а окончательно здание вернули шведской общине в 2002‑м. После этого началась комплексная реставрация. Сегодня комплекс — церковь, доходный дом и флигель с концертным залом — имеет статус объекта культурного наследия федерального значения. В храме проходят богослужения на русском и шведском языках, работают библиотека, курсы шведского и воскресная школа, а также регулярно устраивают концерты духовной и классической музыки.
Заканчиваем сегодняшнюю прогулку по Петербургу там же, где когда‑то начинались самые яркие цирковые впечатления многих поколений горожан — на набережной Фонтанки. Здесь, под номером 3, возвышается здание, которое давно стало неотъемлемой частью архитектурного облика города и его культурной истории: Большой Санкт‑Петербургский государственный цирк, известный многим как Цирк Чинизелли. История этого места началась задолго до появления каменного здания. Ещё в 1827 году на этом месте стоял временный «Олимпический цирк‑театр» француза Жака Турниера — деревянное сооружение, которое просуществовало около 15 лет, а потом было разобрано из‑за ветхости. После этого площадка долго пустовала и даже успела послужить стоянкой для извозчиков.
В 1870‑х годах итальянский артист, наездник и дрессировщик Гаэтано Чинизелли загорелся идеей построить в Петербурге первый в России стационарный каменный цирк. Получить разрешение на строительство в центре города, рядом с императорской резиденцией, оказалось непросто: новое здание могло закрыть фасад Инженерного замка. Но Чинизелли нашёл способ убедить власти — он пообещал за свой счёт обустроить сквер на Михайловской (ныне Манежной) площади и сдержал слово. Сквер сохранился до наших дней. Проект здания разработал академик архитектуры Василий Александрович Кенель, а инженерную часть, в том числе купол, взял на себя специалист по механике сводов Рудольф Бернгард. Результат получился поистине впечатляющим: купол диаметром почти 50 метров (49,7 метра) был возведён без единой внутренней опоры. Сетчато‑ребристая конструкция накрывала зал, словно перевёрнутая чаша, — это решение позже переняли цирковые здания по всей Европе.
Цирк открылся 26 декабря 1877 года и сразу стал одной из главных достопримечательностей Петербурга. Интерьеры поражали роскошью: малиновый бархат, золото, зеркала, роскошные газовые люстры. Холст, которым был обтянут купол, украшали росписи на цирковые темы — среди них можно было увидеть и самого Чинизелли верхом на лошади, и его дочь‑наездницу. Даже конюшни оформили парадно: с мрамором, фонтанами и аквариумами. Вместимость зала была внушительной: ложи и партер вмещали около 1500 человек, а с учётом галерки — до 5000. При этом для разных сословий были отдельные сектора с отдельными входами. На арене цирка разворачивались настоящие зрелища. Например, в 1892 году зрители увидели водяную пантомиму «Четыре стихии»: вода каскадом падала в манеж, била фонтанами, а по манежному озеру плавали олени, слоны и лошади со всадниками.
Здесь начинали карьеру братья Дуровы, выступал Иван Поддубный, а позже — М. Н. Румянцев (Карандаш), семья Запашных, Э. Т. Кио, Юрий Никулин, Олег Попов, Юрий Куклачёв и многие другие звёзды циркового искусства.После смерти Гаэтано Чинизелли в 1881 году цирк возглавила его жена Вильгельмина Гинне, а после её кончины в 1886 году — сын Сципионе. В 1919 году последний представитель династии покинул Россию, и здание перешло в ведение государства. С этого момента началась новая эпоха: цирк переименовали в Госцирк, убрали классовое деление мест, царскую ложу переоборудовали в оркестровую, а на фасаде появилась соответствующая надпись. В 1920–1930‑х годах здание лишилось части декора: исчезли скульптурные изображения муз из проёмов окон и венчавшая аттик скульптурная группа.
Масштабная реконструкция прошла в конце 1950‑х — начале 1960‑х годов. Одноэтажную внешнюю галерею надстроили на всю высоту здания, чтобы разместить дополнительные фойе и гардеробы. Деревянное покрытие купола заменили железобетонным, а внутреннее пространство зала сделали более просторным. Эти изменения повлияли на внешний облик здания и нарушили первоначальную композицию с соседними павильонами Михайловского замка.
К сезону 2003–2004 годов часть утраченного декора фасадов восстановили. А в 2014–2015 годах провели ещё одну крупную реконструкцию: укрепили фундамент и стены, обновили купол (при этом старались вернуть ему историческую высоту, которая просела со временем), изменили рассадку в зрительном зале для большего комфорта и вернули оркестр на первоначальное место — над форгангом (занавесом). В 2015 году, к двухсотлетию Гаэтано Чинизелли, зданию вернули историческое название — Цирк Чинизелли. Так, пройдя через десятилетия, смены эпох и масштабные перестройки, здание на Фонтанке, 3 осталось не просто цирком, а настоящим памятником истории и архитектуры, хранящим память о великих артистах и ярких представлениях. И сегодня оно продолжает радовать зрителей, оставаясь живым свидетелем петербургской истории и хранителем традиций русского циркового искусства.
Спасибо, что уделили время и, надеюсь, вам было интересно и познавательно. Продолжение следует! С вами был Михаил. Смотрите Петербург со мной, не пропустите следующие публикации. Подписывайтесь на канал! Всего наилучшего! Если понравилось, ставьте лайки и не судите строго.