Сегодня Эдуард Мане (1832–1883) настолько прославленный художник, что всем нам хорошо знакомы его знаменитые полотна «Олимпия» и «Завтрак на траве»; оба произведения хранятся в коллекции Музея Орсе.
Мы часто можем описать их — а порой даже пересказать историю их создания, — однако мы больше не смотрим на них так, как следовало бы. Они превратились в образы, ставшие для нас чересчур привычными.
Поэтому, чтобы полнее оценить гений этого живописца, стоит выбрать картину из собрания Национальной галереи в Вашингтоне: «Железная дорога» (1872–1873).
На этом холсте изображены две фигуры.
Девочка, стоящая к нам спиной, — это, несомненно, дочь соседа Мане, Альфонса Гирша.
И молодая женщина, сидящая рядом с ней, — Викторина Мёран, та самая натурщица, которая позировала обнаженной для картины «Завтрак на траве».
Действие разворачивается в глубине сада, принадлежащего доходному дому Альфонса Гирша, расположенному на площади Европы в Париже.
Высокая чугунная ограда отделяет край сада от железнодорожных путей, ведущих к расположенному неподалеку вокзалу Сен-Лазар. Сами же пути лишь угадываются сквозь плотное облако пара.
На этой картине Мане противопоставляет светлые и темные тона, создавая тем самым резкие контрасты — приём, идущий вразрез с классическими правилами живописи, которые традиционно предписывают плавный и тонкий переход от одного оттенка к другому.
Так, белое платье девочки составляет разительный контраст с тёмным жакетом молодой женщины. То же самое относится к контрасту между светлой кожей молодой женщины и её одеждой; между чёрной лентой в волосах девочки и её светлым пучком; наконец, между прутьями ограды и облаком пара.
Результатом применения этого подхода становится "сглаживание" композиции — фактическое устранение какого-либо ощущения глубины пространства.
Отказ от перспективы — это стилистический приём, который Мане особенно любил и который можно встретить на многих его полотнах, таких как «Флейтист» или «Завтрак на траве».
