Недавние военные учения немцев поразили. На первые роли вышли инженеры с 3D-принтерами. Казалось бы, мелочь. Но есть нюансы.
Враги России старательно учатся воевать по-новому. На опасную тенденцию, продемонстрированную на недавних учениях NATO Flytrap Exercises в Европе, обратило внимание отечественное сообщество "Умельцы-Фронту". Оно объединяет тех, кто создает изделия 3D-печати для СВО.
Авторы "Умельцы фронту" проанализировали фотографии с учений второго кавалерийского полка НАТО, дислоцированного в Германии. Противник создал экспериментальный "мобильный инженерно-аддитивный взвод" (Mobile Additive Manufacturing Platoon, MAMP), занимающийся оперативным ремонтом и доработкой дронов и другого снаряжения. По сути, немецкие солдаты отрабатывали методы боевого применения 3D-принтеров. Они моделировали и изготавливали детали для беспилотников практически на линии боевого соприкосновения.
3D-печать на передовой
Авторы канала "Умельцы-фронту" обращают внимание: ключевая задумка учений – формирование мобильных лабораторий прямо в зоне боевых действий. В этих лабораториях оперативно моделируют и изготавливают детали для беспилотников и противодроновых систем, моментально отправляют их в работу, тут же вносят корректировки, исходя из реально выявленных проблем, а затем запускают результат в массовое производство в ближайшем тылу.
Эксперты пишут:
В каждом эпизоде учений обычно принимают участие смешанные группы из военных, инженеров и представителей оборонки. Отдельно взятый эпизод представляет собой конкретную задачу: разведка, оборона, передвижение колонн, занятие позиций и так далее. После каждого эпизода проходит разбор проблем и составляется план их устранения.
Наши инженеры привели конкретный пример с учений альянса: в процессе натовцы выяснили, что рамы для дронов первой и второй групп "целесообразнее печатать на месте, нежели закупать комплектующие и везти на передовую". Еще одна ситуация поражает оперативностью реакции:
Во время учений обнаружили, что один из комплектов противодействия БПЛА нельзя напрямую установить на бронемашину. Инженеры быстро смоделировали и напечатали адаптер, который позволил интегрировать оборудование.
Еще одна характерная деталь: германский полк тренировался в условиях, близких к климатическим и природным особенностям России.
Это система
Эксперты отмечают: самое неприятное и опасное в том, что альянс поставил такую работу на системные рельсы. Каждая полевая 3D-лаборатория имеет штатную структуру и соответствующее обеспечение. "Умельцы-фронту" указывают, что в составе взвода есть необходимые разноплановые эксперты:
– CAD-инженеры (специалисты, которые создают точные 2D-чертежи и 3D-модели для печати).
– специалисты по 3D-печати;
– специалисты по ремонту и обслуживанию военной техники.
Поэтому спектр того, что такая полевая лаборатория способна поставлять на близкую линию боевого соприкосновения, без преувеличения, огромен: от уже упомянутых переходных адаптеров под любые нужды до запасных деталей для дронов, креплений. Держателей и сервисных приспособлений. Модификаций – сотни.
Наши парни с досадой пишут: "Враг ощущает в этой технологии экономическую выгоду от сокращения цепочек поставок: все, что можно произвести на фронте, надо производить на фронте". Русские инженеры констатируют:
3D-печать переносится максимально близко к полю боя и становится его неотъемлемой частью. Да, у нас тоже ребята на фронте умеют печатать, собирать и модифицировать дроны, но эта работа не стала частью системы – она до сих пор является вынужденной необходимостью, на которую "сверху" смотрят, как на временное явление. Про ситуацию у нас промолчим, потому что много нехорошего можно наговорить.
В сухом остатке
Одним из возможных аргументов против создания аналогичных полевых 3D-лабораторий в армии России может стать тот факт, что печатали бундесы на учениях "всякую мелочь". Но именно из этих мелочей складывается боеспособность. Когда для установки антидроновой системы на броню не нужно "колхозить" крепления из подручных материалов, а можно использовать оперативно напечатанный, с учетом всех особенностей бронетехники, адаптер – это совсем другой уровень логистики. И теперь война выглядит именно так.
В нашей армии, безусловно, есть чудотворцы с золотыми руками. Наши парни разворачивают свои 3D-лаборатории прямо в блиндажах и собирают дроны, а волонтеры отправляют на передовую для них тонны пластика. Но пока в России эта работа не станет частью большой системы, как у противника, мы будем догонять. Нам нужна не надежда на "авось", а приказ: создать инженерно-аддитивные взводы в каждом крупном подразделении на ЛБС. Потому что враг уже готовится к этому – без выходных.
Автор: Александр Тагиров