в домогательствах, в том числе к подросткам. Вот новые подробности этой истории
«Помощницы делали ему массажи, по очереди и вместе, ходили по дому в майке и трусах по его указанию»
Когда Сита поехал на «ритрит» на другую часть острова и впервые за два года оставил Анастасию одну, у нее случилась истерика. Она вспоминает, что к тому моменту чувствовала себя настолько зависимой от «гуру», что, оставшись одна, «плакала на весь дом, лежа на полу, и задыхалась».
Сита уверял, что такая зависимость — признак настоящей любви. Анастасия ему верила: «Я думала, любовь божественная, настоящая — именно такая. С другими такой любви никогда не будет. Но это была просто зависимость, в которую он меня профессионально ввел».
Окружающие узнали об отношениях Шевченко и Ситы, когда она забеременела. Анастасии казалось, что ее родители даже обрадовались новостям о скором появлении внука или внучки. «Но уже потом я узнала, что папа очень огорчился, потому что его опасения подтвердились… Он до последнего надеялся, что я там [в доме Ситы] все-таки в качестве помощницы, — рассказывает она. — Для папы это был первый звоночек, что тут что-то не так и меня нужно спасать».
После этого «гуру» стал еще более жестоким и агрессивным. Он мог выставить беременную Анастасию из дома и долго не пускать обратно. А через две недели после того, как Шевченко родила дочь — дома, без помощи акушера, — Сита заявил, что ему срочно надо уехать на три месяца в Дубай — лечить первого сына.
Анастасия просила хотя бы немного подождать: «Я умоляла его не уезжать, а он наслаждался тем, что причинял мне боль». Уехав, как и обещал, на три месяца, Сита прекратил общаться с Шевченко.
«Я умирала каждый день. Думала, сойду с ума. Такая зависимость, такая ломка — как от наркотиков», — вспоминает она.
Через три месяца он без предупреждения вернулся — с вновь забеременевшей от него первой женой и пятью молодыми помощницами. Анастасия вспоминает, что у нее был «шок»: «Какая-то доля надежды была, что он осозна́ет, какую боль мне причинил, попросит прощения. Но нет. И эти девочки бегали к нему в комнату, массировали ему ноги. Это было просто невыносимо».
С тех пор в доме постоянно жили другие женщины, которых Сита называл помощницами и нянями. «Они делали ему массажи — по очереди и вместе, — ходили по дому в майке и трусах по его указанию. Я видела, как он все время флиртует с ними», — рассказывает Анастасия.
Она рассталась с Ситой, но по-прежнему жила в его доме. И решила не отказываться от услуг помощниц, которые ухаживали за ребенком, потому что боялась, что не справится одна: Сита угрожал, что, если Шевченко уйдет от него, он будет выплачивать ей минимальные алименты, которых «хватит только на подгузники».
Постепенно Шевченко приходила в себя после расставания — и Сита снова ею заинтересовался. «Когда нарцисс понимает, что теряет жертву, начинается лавбомбинг. Я снова поддалась, — рассказывает Анастасия. — Я все равно продолжала верить, что он просветленный, просто чуть-чуть забылся».
Анастасия и Сита снова сошлись, она забеременела второй раз. Сразу после того, как «гуру» узнал, что они снова ждут ребенка, на Анастасию опять посыпались упреки и обвинения.
Второго ребенка, тоже девочку, Шевченко родила уже не в доме Ситы, а в клинике на острове Самуй. Спустя три месяца после рождения внучки отец Анастасии решил улететь с острова, и она хотела проводить его в аэропорт. Однако Сита был против их общения и велел Шевченко не выходить из дома.
Она его не послушала. Тогда «гуру» потребовал, чтобы Анастасия вернулась в течение получаса. Анастасия вспоминает, что после этих слов ее «переключило в один момент».
Я поняла, что это тот самый момент, когда пора все завершать. В одну секунду. Я ему написала: «Я свободный человек и больше не хочу быть тряпкой, об которую ты вытираешь ноги. Давай на этом и закончим. Я приеду, когда посчитаю нужным».
Шевченко продолжает жить на острове за пределами «ритритного центра». Куда ей ехать, она не знает. Возвращаться с детьми в воюющую страну Анастасия боится. Ни она, ни ее дочери не общаются с Ситой, но он каждый месяц переводит для детей небольшие суммы. Со всем остальным Шевченко помогают родители, которые тоже покинули сообщество «гуру».
Все бывшие последователи Артура Ситы, с которыми «Медуза» общалась во время работы над текстами про «гуру», подтверждают, что он жил с Анастасией Шевченко и своей женой в одном доме.
«Человека засасывает в состояние, когда уже тяжело бороться за жизнь»
Одной из нянь, которые заселились в дом Ситы после его возвращения из Дубая, была оператор из Казахстана Мария Панкратова. Она попала на Самуй, когда ей было 14 лет: в сообщество «гуру» вступила ее мать Екатерина. «Артур вел ее [Марию] с детства. Он был главной фигурой в ее жизни. Она считала его абсолютным богом», — рассказывает Лола Груздева.
Мария переехала из «ритритного центра» в дом Ситы после совершеннолетия. К тому моменту она, как и другие женщины, которыми интересовался Сита, уже прекратила общение с матерью — под его давлением.
Анастасия вспоминает, что Сита часто унижал Панкратову прилюдно, та не выдерживала и убегала из дома. Однажды Шевченко и другим женщинам даже пришлось искать Марию на острове ночью.
«Со своими подружками она делилась, что не хочет жить, что устала слушать, какая она никчемная и бездарная, „зачем такому человеку вообще жить в этом мире“», — вспоминает Анастасия свои разговоры с подругами Панкратовой. Это подтверждает другой бывший последователь Ситы, который близко общался с Марией.
Постепенно Мария Панкратова стала «фавориткой Ситы». «Я слышала, что он катал ее на байке, уделял ей много внимания, а она бегала к нему днями и ночами, — рассказывает Анастасия. — Что у них происходило, неизвестно, но всем было понятно, что ночь она проводит у него».
В конце августа 2025 года Мария пошла купаться в Сиамском заливе с двумя детьми Ситы и еще одной последовательницей, которая выполняла работу няни. В заливе, по версии, опубликованной в канале Ситы, ее накрыла волна от катера. Панкратову доставили в больницу без сознания, полгода она провела в коме.
После несчастного случая на сайте Ситы появился сбор на лечение (в свидетельстве о смерти, которое выложила в своем инстаграме мать Марии Екатерина Панкратова, ее дочери диагностировали тяжелый ацидоз и органную недостаточность). Всего последователям Ситы удалось собрать более 31 миллиона рублей, из них 22 миллиона, как утверждается на сайте, передал сам Сита. То, что деньги пошли на лечение Марии, подтверждают медицинские документы.
В феврале 2026-го Панкратову отключили от аппарата жизнеобеспечения. Ей было 23 года.
Группа бывших последователей Ситы — многие из них общаются друг с другом — обратилась к консулу Казахстана в Таиланде с просьбой добиться заведения уголовного дела о доведении до самоубийства. Было ли это сделано, неизвестно. («Медуза» обратилась к консулу Казахстана в Таиланде, но он отказался от комментариев. Бюро расследований Таиланда и туристическая полиция не ответили на запросы.)
Мария Панкратова не первая последовательница Ситы, умершая на острове Самуй. В 2021 году на острове в автомобильной аварии погибла россиянка Алина Багирова. Ее подруга Елена (имя изменено), героиня первого текста «Медузы» об Артуре Сите и бывшая участница движения «гуру», рассказывает, что та была «очень глубоко в системе».
Алина работала на кухне, график ее изматывал. Кроме того, в то время у Багировой умерла мать, а затем ее бросил партнер. По словам Елены, Алина «осталась совсем одна, у нее в жизни был только Артур»:
Она была очень подавлена, а люди, которые работали с ней на кухне, говорили: «Не фони нам тут своим состоянием, мы все работаем». Артур тоже говорил ей: «Ты слишком много думаешь о себе, думай о работе». Она постоянно жила в этом насилии. Получался мощный контраст между ее красивыми фотками в инстаграме и реальным состоянием в тот момент. Она была в аду.
По словам Елены, Багирова хотела уехать с острова и за два дня до гибели написала их общей подруге, тоже последовательнице Ситы, что ищет билеты. «А потом она разбилась на байке, притом что ехала на скорости 20 километров в час… Там [в сообществе Ситы] человека засасывает в состояние, когда уже тяжело бороться за жизнь», — рассказывает Елена «Медузе». Она считает, что Алина попала в аварию именно из-за своего тяжелого психологического и физического состояния.
Отец Алины, по словам Елены, около месяца просил администраторов «ритритного центра» помочь с транспортировкой тела дочери в Россию, но ему не отвечали. То, что тело Алины не выдавали семье, подтверждают и другие бывшие участницы «ритритов». Они добавляют, что гаджеты Багировой ее родственникам так и не передали. Объяснений от Ситы и его администраторов семья не получила.
В комментариях к последнему посту Багировой в инстаграме один из ее друзей написал: «Отец Алины сделал невероятное, путем продолжительных переговоров МИДов двух государств удалось привезти Алину в Россию, домой».
«Медузе» не удалось связаться с отцом Алины Багировой.
«Тот, кого я считала папой, хочет совсем не того, что обычно делают отцы»
О том, что Артур Сита домогался несовершеннолетних девочек, приехавших в «ритритный центр» вместе с родителями, помимо Лолы Груздевой «Медузе» рассказали еще четверо бывших участников движения. Открыто об этом заявила пока только одна пострадавшая — 19-летняя Елизавета Зотова. В апреле 2026 года она подробно описала, как «гуру» приставал к ней, когда она была еще подростком.
Елизавета опубликовала в своем инстаграме скриншоты сообщений от «мастера»: он делал ей комплименты, просил «поцеловать камеру на видео», признавался в любви, говорил, что постоянно думает о ней, и просил никому не рассказывать об их общении. В момент переписки ей было меньше 18 лет.
Зотова выложила несколько фотографий с Ситой. На одной они обнимаются и практически прижимаются друг к другу губами, на другой Елизавета лежит на кушетке в коротком платье, а Сита прикасается к ее голым ногам. Свой пост она завершила чек-листом признаков груминга, сгенерированным нейросетью.
Зотова подробно обсуждала свой опыт с Лолой Груздевой. Елизавета попала в секту вместе с матерью, когда ей было шесть лет, и Сита сразу стал для нее «как отец». Когда Лизе исполнилось девять, она сама написала Сите во «ВКонтакте». С тех пор, по ее словам, они общались в сети почти каждый день. «Спрашивал о жизни, как прошел мой день. Все это было под видом отеческой заботы отца. Потихоньку он узнавал все, чем я жила», — говорит Зотова в беседе с Груздевой.
Когда Елизавета с матерью на время вернулись в Москву, эту переписку увидел отец Зотовой. Он написал заявление в Следственный комитет (документ есть в распоряжении «Медузы»), в котором заявил, что сообщения его дочери и Ситы носят романтический характер и среди них есть фото Елизаветы в нижнем белье. Кроме того, в заявлении отец Зотовой написал, что его дочь принимала ванну с Ситой, а также спала с ним и его сожительницей в одной кровати. (Когда отец Елизаветы подал заявление, Сита, по словам Зотовой, уверял ее, что «ничего страшного не происходит», после чего она «повелась на все эти [уговоры]».)
Дело, по словам Зотовой, «замяли»: последовательницы из ближайшего окружения Ситы заверили следователя, что Елизавета сама уговорила «гуру» принять с ней ванну и оба были в нижнем белье.
Узнав о заявлении отца Зотовой, Сита прекратил переписываться с ней — и возобновил общение после того, как они с матерью вернулись на Самуй.
Когда Елизавете было 15, «гуру» начал просить присылать ему фото и видео. «Я, конечно, стеснялась и очень долго к этому привыкала. Он спрашивал: „Почему ты не скидываешь мне кружочки? Почему ты не пишешь?“ И вот постепенно так он мне прививал, что это становилось нормой», — вспоминает она в разговоре с Лолой Груздевой.
Тогда же Елизавета стала управляющей кухней при «ритритном центре» и начала работать там «минимум по 14 часов». «Платили мне раз в несколько месяцев пять тысяч бат — это сейчас около 10 тысяч рублей», — говорит Зотова. В школу она никогда не ходила.
По словам Елизаветы, Сита постоянно повторял, что воспринимает ее «как дочь» и жалеет, что не удочерил ее, когда она была младше. Ее общение с остальными последователями он ограничил, заявив, что разговоры с другими людьми не пойдут на пользу ни ей, ни ему. «Мне не разрешалось дружить с кем-либо, даже с мамой я не должна была делиться, что происходит в чатах и о чем мы разговаривали наедине», — говорит Зотова. Единственным, с кем ей можно было общаться, был «гуру».
При этом — так же, как и других сотрудников Dobraw, — Сита регулярно оскорблял Елизавету в общем чате. Например, писал, что ее «никто никогда не будет любить», потому что она не может «даже соус нормально приготовить».
У меня начало трястись все: колени, руки. Я начала грызть ногти, выламывала их под корень до крови, просто могла себя разодрать, чесала руки и шею. <…> В последнее время у меня начались панические атаки, у меня начало болеть сердце.
В 2025 году Елизавета Зотова — ей уже было 18 — сбежала из сообщества Ситы; ее мать покинула его только спустя год, в апреле 2026-го. Историю Елизаветы в разговоре с «Медузой» подтверждают другие бывшие последователи Ситы, в том числе мать Лолы Груздевой Ирина и Анастасия Шевченко.
В комментариях под постом Зотовой мать Марии Панкратовой Екатерина написала:
Я очень рада, Лиза, что бог уберег тебя от всего ужаса, который мог бы произойти с тобой. Машенька жизнь отдала свою, чтобы это все раскрылось. Про нее он тоже говорил, что она ему как дочь.
«Медуза» попросила Зотову о комментарии, но та отказалась, объяснив, что у нее «нет на это моральных сил».
* * *
По словам Лолы Груздевой, в последние месяцы ряды последователей Ситы покинули около 60 человек — примерно половина из них работали в проектах «гуру». Сейчас в трех странах остаются всего около сотни сотрудников Dobraw. Нагрузка на оставшихся увеличилась: рестораны по-прежнему работают.
Бывший сотрудник Dobraw Ярослав Свешников говорит, что после резонанса из-за многочисленных интервью Груздевой российским СМИ в московских ресторанах Ситы повысили зарплаты: если до этого Ярослав получал пять тысяч рублей в месяц, то в последние месяцы работы — 25 тысяч (в Dobraw он был поваром).
Артур Сита отрицает обвинения в организации секты, домогательствах и эксплуатации. Прокремлевскому изданию «Лента.ру» он заявил: «Видимо, просто кому-то я стал неудобен, вот и фабрикуют надуманное». Сообщение «Медузы» Сите с просьбой о комментарии осталось непрочитанным.
В июне 2024 года, когда Анастасия еще жила с Артуром, а его первая жена временно съехала после конфликта, на ютьюб-канале Артура Ситы появилось видео, в котором «гуру» рассуждал о том, что делает женщину счастливой в отношениях:
Если женщина ищет мужчину, она должна искать доминирующего мужчину для счастливых отношений. Сильного. Когда он тебя любит, ты это ощущаешь, ты млеешь, ты таешь. Понятно? У тебя нет своего мнения, и ты не хочешь иметь свое мнение. У тебя нет будущего, у тебя нет подруг, ты отказываешься от всего. Весь мир исчезает, кроме его мира, и ты живешь его миром. Вот тогда это настоящее счастье женщины.