На школьном празднике учитель музыки предлагает спеть «Во поле берёза стояла» как канон. Первая группа начинает: «Во поле берёза стояла…» Через несколько тактов вторая вступает с самого начала той же мелодии. Потом вступает третья. В зале одновременно звучат три линии: одни только начинают песню, другие уже дошли до середины, третьи приближаются к финалу. Кто-то сбивается и перескакивает на соседнюю партию, кто-то начинает спешить. Но все поют одну и ту же мелодию, просто по очереди. Если исполнение удачное, голоса не сливаются в шум: каждую линию можно расслышать. Это канон — самый простой вход в имитационную полифонию.
Три семьи фактуры
Музыкально это называется фактурой: сколько в музыке линий и как они взаимодействуют. Для первого знакомства хватит трёх больших семей.
Монофония, или одноголосие — одна мелодическая линия. На дне рождения, когда все хором поют «Happy Birthday» в унисон или октавами, это именно монофония: люди вместе тянут одну мелодию, разве что в разных октавах. Сколько бы исполнителей ни было, линия всё равно одна.
Гомофония — фактура, где одна линия обычно главная, а остальные поддерживают её аккордами или движутся вместе с ней. Большая часть современной поп-музыки устроена так: солист ведёт мелодию, а бэк-вокал, гитара или клавишные строят под неё аккорды. Звучащих слоёв много, но почти все они поддерживают одну главную линию.
Полифония — несколько самостоятельных линий, каждая со своим маршрутом. Главное здесь — не число голосов, а их самостоятельность. В русской традиции есть отдельное слово «многоголосие»: оно шире и обычно означает несколько голосов или партий, звучащих одновременно. Полифония — более узкий случай многоголосия: несколько линий звучат одновременно и ведут себя относительно самостоятельно.
Канон и Пахельбель
Вернёмся к «Во поле берёза стояла». Когда второй голос точно копирует первый, только с задержкой, — это канон, частный случай имитационной полифонии. Имитация — простая идея: один голос начинает мотив, другие затем повторяют его точно или узнаваемо. Простейшая разновидность канона — раунд: та же мелодия идёт по кругу у разных голосов. В русской учебной хоровой практике такие раунды и каноны встречаются, например, на материале народных песен — от «Как по лугу, лугу» до обработок «Во поле берёза стояла».
Но канон — не вся полифония. Бывает и свободный контрапункт, когда голоса самостоятельны, но не обязаны точно повторять друг друга. И есть промежуточные случаи. Удобный пример — Канон ре мажор Пахельбеля, написанный, вероятно, в конце XVII века. Три скрипки играют канон, вступая по очереди с шагом в два такта, а под ними двухтактовая басовая формула из восьми шагов повторяется 28 раз.
Совет для первого прослушивания: первую минуту держитесь только за бас. Поймайте эти восемь шагов, услышьте, как бас возвращается. Потом добавьте внимание к скрипкам, и заметите, что вторая и третья делают то же, что первая, только с опозданием. Четыре линии: три канонические скрипки и отдельная басовая опора.
Откуда выросла полифония
У западной письменной полифонии длинная история, и в её начале — добавление новых голосов к церковному распеву. В конце XII века с парижской школой Нотр-Дам связывают Magnus liber organi — «Большую книгу органума».
Organum, или органум, — один из ранних жанров западной письменной полифонии: в одной из характерных моделей нижний голос тянет знакомый распев длинными нотами, а верхний свободно орнаментирует его, быстрее и подвижнее. Леонину, одной из ключевых фигур этой школы, приписывают, например, органумные обработки вроде пасхального «Alleluia Pascha nostrum». В этой музыке полифонические разделы чередуются с обычным одноголосным распевом: не вся служба вдруг становилась многоголосной, два способа петь сменяли друг друга.
В разделах органума нижний голос звучит как длинная медитативная нота, поверх которой верхний движется в живых орнаментальных фигурах. Когда снова звучит сам распев, мы возвращаемся к одной линии, а потом двухголосная полифоническая ткань появляется снова.
К Ренессансу самостоятельность голосов и имитационное письмо становятся особенно важны. Около 1485 года, как обычно датируют этот мотет, Жоскен Депре пишет «Ave Maria… virgo serena» на четыре голоса. Короткий мотив на слова «Ave Maria» сначала звучит у самого высокого голоса, потом у второго, у третьего и у нижнего: одна фраза проходит сверху вниз. Дальше Жоскен пробует разные виды переклички, иногда строгую, иногда свободную, иногда пары голосов против пар. Слушать здесь проще не всё сразу, а моменты входа: услышали мотив — ждите его в новом голосе.
Когда полифонию обвинили в неясности
К XVI веку вокальная полифония местами стала такой плотной, что у неё обнаружилось слабое место: в сложной имитационной фактуре слова бывает трудно расслышать. Когда четыре, пять или шесть партий одновременно ведут разные мотивы, слух может начать следить за линиями и терять текст. Для вокальной музыки, где текст должен быть понятен, это становится настоящей проблемой.
Одним из ответов стал не отказ от полифонии, а более точная работа с её плотностью. В музыке позднего Ренессанса хорошо слышно чередование разных типов фактуры: в одних местах голоса вступают по очереди, имитируют друг друга, расходятся в самостоятельные линии. В других — произносят один и тот же фрагмент почти одновременно, чтобы текст сразу стал понятен. Полифония остаётся, но фактура начинает дышать: то уплотняется, то проясняется.
Главное здесь вот что: полифония не обязана быть неразборчивой. Она может быть плотной и при этом разборчивой, если голоса организованы так, чтобы в нужный момент вывести текст на первый план. Это один из важных шагов к более гибкой вокальной фактуре: многоголосие остаётся сложным, но текст получает больше шансов быть услышанным.
Финал: фуга Баха
Одна из самых известных разновидностей имитационной полифонии — фуга. В классическом случае это дисциплинированная работа с главной темой в нескольких голосах: в начале, в экспозиции, тема по очереди проходит по голосам, между её возвращениями могут появляться эпизоды, и всё держится на чёткой логике.
Фуга до минор из Прелюдии и фуги до минор, BWV 847, № 2 первого тома «Хорошо темперированного клавира» Баха — хороший учебный пример. Она трёхголосна и занимает всего тридцать один такт. Двухтактовая тема впервые звучит в среднем голосе, потом у верхнего — в доминантовой тональности, в соль миноре, — а затем у нижнего, с возвратом в до минор. Три входа, и экспозиция готова. Дальше тема возвращается ещё несколько раз, а голоса вокруг неё ведут самостоятельные контрапунктические линии.
При первом прослушивании задача проста: найдите тему в самом начале, поймайте её повторное появление в новом голосе и не пытайтесь ловить каждую ноту — ловите отношения. Современник Баха Иоганн Абрахам Бирнбаум, защищая баховскую манеру, писал примерно так: голоса движутся вокруг друг друга, но без малейшей путаницы. Это один из главных слуховых эффектов хорошей полифонии: голоса плотны, но различимы.
Что слушать дальше
Один из главных навыков полифонического слуха — не пытаться считать все ноты сразу, а ловить момент, когда тема входит в новый голос. Чтобы дальше тренировать слух, не обязательно сразу садиться за фуги: подойдут короткие двухголосные инвенции Баха, фугированный или имитационный хоровой фрагмент из мессы Моцарта, ансамбль в опере, где несколько персонажей одновременно ведут разные реплики или линии. Услышали знакомый мотив в одном голосе? Ждите его следом в другом.