Боевые уставы не являются догмами. Они содержат много слов, не много главных понятий и ещё меньше главных принципов в виде полезных рекомендаций и разного рода общих типовых схем стандартных процедур в ходе подготовки и ведения боя, на которые следует опираться в качестве базиса и творчески использовать в конкретной обстановке.
Знать устав - это не означает зазубрить слова, а означает твёрдо усвоить и глубоко осмыслить главные принципы, выучить и осознать суть основных понятий, а также уметь им пользоваться, то есть соображать где там, что и о чем, уметь быстро найти нужное содержание, чтобы почитать или вспомнить забытое при необходимости.
Основные принципы как бы изложены в тексте какими-то общими, избитыми и порой высокопарными словами, кажутся весьма скучными для изучения и формальными. Понятия сформулированы частями от простого к сложному и несколько «размазаны» в тексте их надо как бы уловить и затем складывать в единое целое, отслеживая развитие и применение сути их содержания. Много в уставах разных шаблонов с нюансами. Они могут показаться наиболее интересными, так как для впервые читающего выглядят, как некие «военные тайны». Некоторым кажется, что если выучить сведения этих типовых шаблонов, например: какой интервал должен быть в пехотной «цепи» отделения между военнослужащими и между боевыми машинами в их линии, сколько там ширина и глубина полевого опорного пункта взвода, что такое построение в два эшелона углом и уступом, на сколько надо выдвигать дозорное отделение от головной походной заставы, а ее от авангарда главных сил на марше, ну и т.д,, запомнить специфичные термины - это и есть глубокие познания. Стремление действовать по которым приведёт к победе в бою. Но на самом деле как раз наоборот - это поверхностные знания и часто бывает, что все эти шаблонные параметры в реальности выполнить никак не представляется возможным.
В далекие теперь годы военной молодости автора нашлись хорошие учителя, которые ему изложенный выше подход объяснили и заставили усвоить, потом и автор объяснял и требовал усвоить такой подход применительно подчинённым ему солдат и сержантов. Но речь не об этом, хотя для понимания изложенного ниже, потребуется общее знание «о подходе».
Одним из принципиальных критериев для успешного, наземного, общевойскового, современного наступательного боя с решением типовых тактических задач по давно устоявшимися довоенным взглядам было следующие - достижение на намеченном направлении наступления превосходства в численности сил и ОСНОВНЫХ СРЕДСТВАХ ПОРАЖЕНИЯ не менее 3-кратного, а на участке планируемого прорыва обороны до 4-6-кратного и постановка наступательных задач по масштабу и времени для достижения успешного результата, именно, с учётом этого.
Ну, вот казалось бы «давно известная Америка», многим даже сугубо гражданским из общей военной литературы, даже художественной, скучные канцелярские фразы. А текущая конкретика - дроны епт! Их раньше не было, а сейчас много. И никто не знает, про них в уставе не написано…хрена толку от изложенного выше основополагающего критерия для успешности наступления? «По-книжкам» то «на диване» все мастаки, но забыли «про овраги, когда гладко на бумаге». На хрен счас эта лабуда.
Примерно так и будут рассуждать «знатоки устава», о которых сказано выше. Мир их шаблонов, прописанных там, перевернулся, они не применимы. Устав - гно!
Так ли это?
Ещё раз вспомним про главные принципы и основные понятия, а не про шаблонно-нормативные рекомендации. Последние устарели точно, а первые?
Конечно, если на основополагающие критерии не обращать внимания с самого начала войны и на всем его протяжении, отмахиваться от прописной истины, вместо того, чтобы изыскивать возможности соблюсти основу, творчески применить к реалиям и неутомимо в этом направлении работать, то…. Как говорил один давно знакомый мне ещё во времена моей очень далёкой военной службы старшина роты - старший прапорщик Спицын: «Если делать хню, то в итоге хня и получится!»
Не случайно выделил бОльшими буквами фразу - «основные средства поражения».
Что это такое применительно к оружию тактической категории?
А это то, что наносит больше всего потерь в живой силе и технике или обеспечивает это.
В ПМВ - это ствольная артиллерия и артснаряд, высокая плотность и мощь артиллерийского огня. Свыше 70% всех потерь, именно от них.
В ВМВ - это ствольная, реактивная, минометная артиллерия, танковые и авиационные пушки, соответствующие к ним боеприпасы. Около 69% всех потерь от них.
Могущество оружия возросло, скорость и плотность огня тоже, но уровень потерь даже меньше, чем в ПМВ. Объясняется просто - война была маневренной, а боевые порядки более разряженными и подвижными, инженерно-фортификационные защитные сооружения возможно менее мощные, чем в ПМВ, но более «изощренные», «цели» в отличие от ПМВ не просто прятались в укрытиях и сидели статично, а часто уклонялось от поражения различными быстрыми маневрами и более лучше маскировались, в том числе подставками «ложных целей». Что в совокупности и сохранило прежний уровень потерь от артбоеприпасов и их установок.
Как же русский генерал от кавалерии Алексей Брусилов устроил свой знаменитый «Брусиловский прорыв» в 1916 году?
Просто, он сумел «в скрытность и внезапность», стащив главные силы артиллерии и запасы боеприпасов со всего фронта на 3-4 участка намеченных для прорыва, рисково ослабив остальные, но создал более чем 3-кратное преимущество в основных средствах поражения и добился огневого превосходство над противником в ходе предварительной подготовки и в процессе ведения наступления. Это был важнейший оперативный аспект достижения успеха в наступлениях на тактическом уровне и их дальнейшего развития по восходящей. Как и должно быть в наступлении, чтобы достигать его целей.
А как Красная Армия взламывала практически люблю оборону противника и устраивала «глубокие операции» фронтового уровня во второй половине ВОВ?
Просто, создавая на участках прорыва 4-5-кратное совокупное преимущество в основных средствах поражения в тактических вооружениях: артиллерии, танках + самолётах-штурмовиках, проводя «артиллерийские наступления» в сочетании с авиационными штурмовками способами подвижной, сплошной зоны огня.
Это было возможно, потому что СССР вел тотальную войну с милитаризацией по самой ее верхней планке и максимальным напряжением, опираясь на наличие ресурсной базы превосходящей противника, да ещё плюс к этому на не малую помощь Коалиции индустриально-экономически развитых, имеющих огромные запасы ресурсов своих союзников. Советская промышленность стала существенно опережать противника в массовости производства и в поставке на фронт основных средств поражения, наращивая отрыв, добиваясь кратного количественного преимущества в них и сопоставимого качества в серийном выпуске. Это был важнейший стратегический аспект достижения успеха в наступлениях на тактическом уровне и их дальнейшего развития по восходящей на оперативный, а оперативный переходил в стратегические военные победы, которые неумолимо приближали военно-политические цели войны СССР.
Что сейчас?
Основное средство поражения - тактические разведывательно-ударные беспилотные авиакомплексы (РУБАК).
С весны 2025 года уровень потерь от них уже был от 70 до 80% и продолжал расти.
А есть у наших войск существенное общее преимущество, которое могло обеспечить создание примерно 3-кратного преимущества в дроноводах и 4-5 кратное преимущество в количестве РУБАК, при сопоставимом качестве их с имеющимися у противника, либо значительное превосходство в качестве тактико-технических характеристик данного инновационного оружия или в качестве подготовки наших войск вооружённых им?
Политика ведения строго ограниченной войны с полумерами, без проведения должной милитаризации экономики по военному времени, дополнительного мобилизационного развёртывания, с пропагандисткой попыткой успокоить собственное общество - типо: «бремя тяжкое войны и ее лишения не почувствуете, почти как прежде будем тут жить не тужить, сохранять силы, не сокращать гражданский сектор экономики, развиваться». Явная недооценка российским военным командованием инновационных средств вооружений. Движение в след противнику в этой сфере с попытками ликвидации отставания и достижения паритета в количестве/качестве сил/ средств инновационного вида тактического оружия, ставшего ОСНОВНЫМ для поражения в бою, а не на опережение в этом врага. Индустриально-технологическая отсталость российской модели экономики. Все это в совокупности в течение всей войны привело в текущем периоде к тому что у ВС РФ:
- нет общего превосходства в количестве и качестве в силах/средствах основного поражения на тактическом уровне над противником и даже, скорее всего, паритет утрачен этой весной;
- нет возможности, видимо нигде на операционных направлениях ТВД, создать 3-кратное преимущество в них и завоевать огневое превосходство.
Задействованные для формирования указанных сил/средств финансы, российская промышленность НЕ МОГУТ в текущей момент обеспечить это все для нашей армии.
О данной стратегической военной проблеме уже излагалось более подробно ранее в одной из публикаций.
А теперь смотрим выше, что там было по «уставным» принципам и довоенным взглядам? А то и было. Стремились соблюсти эти уставные критерии в нынешней войне? НЕТ. А что же делали взамен? Делали, по этому поводу выше приведён афоризм старшего прапорщика, кто забыл может перечитать.
В заключение, отмечу, что у моих постоянных оппонентов не найдётся аргументов, как обычно в течение уже долгого времени, относительно текста данной статьи, все их возражения сведутся не к критике изложенного, а к выливанию ушата пустых насмешек, оскорблений и обвинений лично автора в неуважении к нашему высшему военному командованию и Верховному Главнокомандующему, тем самым потакании врагу и «раскачивании лодки». А почему? Да, потому что по существу некуй возразить. Самое многое и веское (называется давить авторитетом должности персоны) - «НГШ и Верховный Главнокомандующий в любом случае точно поболе отставного Ваньки взводного знают и соображают». Эт да, сомнений нет даже у автора на этот счёт, но только их великие знания и гениальные соображения скрыты «во глубине сибирских руд», чему доказательство - текущее положение дел на фронте. Не пора бы их явить и воплотить на пятом году войны, или хотя бы изучить уставные принципы, вникнуть в понятия, отбросив шелуху устаревших шаблонов, приступить к исполнению старых прописных истин с большей энергией и приложением сил, желательно творчески - просто постараться соблюдать «устав» на войне?
Такие дела.
А воевать все равно надо!