Век XIX, век XXI...
Давайте представим картину: на сцене бледный, изможденный юноша с тонкими аристократичными чертами лица. Его движения кажутся гипнотическими, а то, что он вытворяет на глазах у публики, пугает и восхищает одновременно. Зал бьется в истерике. Женщины кричат, падают в обморок, а мужчины шепчутся: «Он точно продал душу дьяволу, обычный человек не может так играть на скрипке и так действовать на людей!»... Нет, мы сейчас не прочитали описание стадионного концерта K-pop группы в Сеуле или Лондоне. Это Вена, 1828 год, и на сцене стоит великий скрипач и композитор Никколо Паганини. Сегодня мы считаем Современную музыкальную индустрию Южной Кореи уникальным продуктом XXI века с его жесткой системой стажерства, визуальным перфекционизмом и готическими концептами. Но мы раз вернём свой взгляд назад и с помощью факела знаний нашей любимой мызы - музы Истории Клио, всотримся во тьму уже далёкого полшлого, то мы заметим, что K-pop не придумал ничего нового, что 200 лет назад были люди, которые также как и современные "айдолы", работали настолько усердно, что доводили себя до полнейшего морального изнеможения и физического износа ради успеха и славы на сцене. К-pop лишь материализовался в настоящем их опыт.
Но не будем и обесценивать этот современный феномен, ведь тот же K-pop "реинкарнировал" для нас феномен Паганини в лице одного из главных артистов современности — Тэмина (Taemin).
Как мальчик, которого заставляли репетировать до крови, стал «идолом для айдолов» и почему его сценическая магия точь-в-точь повторяет «дьявольский» контракт главного скрипача XIX века? Давайте разбираться.
Глава 1. Кровь на струнах и кровь на паркете: цена славы
Имя Никколо Паганини стало легендарным ещё при его жизни и широко известно даже тем, кто никогда не посещал концертные залы. Его биография также популярна, как биографии современных мировых "селебритис". Итальянский мальчик Никколо, родившийся в 1782 году в квартале старинного города Генуя с названием, "Чёрная, кошка", провел детство в изнурительных занятиях на скрипке. Его отец заперал мальчика в сарае, где он, будучи совсем голодным, отрабатывал гаммы и более сложные приёмы игры на скрипке, с утра до позднего вечера. Мальчик стирал пальцы в кровь о струны скрипки и смычок. Порой он терял сознание во время своих занятий от постоянного перенапряжения сил. Любого другого ребёнка такое обучение довело бы до сумасшедшего дома или вообще суицида. Но маленький Никколо унаследовпал буйную энергию и предприимчивость от отца и мечтательность с чувственностью от матери. Это не только помогло ему не сломаться, но и позволило тонко чувствовать и музыку и музыкальный инструмент, на котором он играл. И эти испытания вернулись сторицей. На сцене Паганини творил настоящую магию. Он просто гипнотизировал зрителей своей техникой и игрой, своим готическим печальным образом длинноволосого юноши с худым изможденным лицом, который оживлял потрясающую музыку. Он, словно удав Каа, брал под контроль эмоции и чувства слушающих его людей, заставлял их замерать, двигаться в такт движениям смычка, ловить его взгляд и биться в настоящей истерике, когда он заканчивал свою игру.
Его яркая внешность и сверхъестественная игра порождала многочисленные слухи. Одни считали, что он в сговоре с дьяволом, ведь не может человек так играть, и так воздействовать на публику. Другие утверждали, что его музыка - это "музыка небес". Современники Паганини также отмечали его необыкновенно длинные тонкие пальцы, которые, казалось, были в двое длиннее, чем обычные и его болезненную худобу: лицо было словно вылепленно из воска, а глаза глубоко западали. Всё это показывало глубокое впечатление на слушателей.
Когда я, впервые пришёл послушать его, то думал, что он начнёт небывало сильным звуком. Но он начал так слабо, так незначительно. Однако едва лишь он легко и незаметно набросился на толпу свои магические цепи, как она сразу заколебалась. Звенья, цепи становились все чудесные, смыкались все уже, люди тесниоись друг к другу все ближе, он стягивал их все крепче, пока они постепенно не слелись как бы в единого слушателя.
Так описывал концерт Паганини выдающийся композитор Роберт Шуман. Гений этого музыканта не вызывал ни у кого вопросов, лишь восхищения невероятным талантом, то ли данным им Богом, то ли врученным дьяволом...
Сам факт того, что все последующее скрипичное искусство развивалась под воздействием стиля Паганини, который могут повторить далеко не все виртуозы дня сегодняшнего, наглядно показывает нам всю масштабность и монументальность этой личности.
Глава 2. Сверхчеловеческая пластика
Когда подростки смотрят на идеальный, глянцевый K-pop, и им и нам может показаться, что это легкий конвейер. Но биография Ли Тэмина (Taemin) доказывает: корейская система стажерства (трейни) — это прямая наследница суровой школы XIX века.
Второй герой нашего повествования, Ли Тэмин, в детстве не мечтал о славе айдола. Он был обычным, очень худым ребенком из небогатой сеульской семьи. Единственное, что его по-настоящему манило — это движение. Насмотревшись клипов Майкла Джексона, 11-летний мальчик часами повторял элементы хореографии прямо на улице. В 2005 году он пришел на открытое прослушивание в крупнейшее корейское агентство SM Entertainment. Среди тысяч амбициозных подростков Тэмин выделился сразу: его танец был настолько пластичным и не по годам зрелым, что судьи единогласно приняли его в компанию. Тогда ему было всего 12 лет.
Но его главная драма была впереди и это далеко не "звёздная болезнь" характерная для, подростка, который внезапно стал узнаваемый и начал обзаводиться поклонницами. В 2008 году Тэмин дебютировал в составе группы SHINee. Ему досталась роль главного танцора и… «визуального центра». Последнее было вежливым синонимом приговора. Продюсеры открыто заявили подростку: у него нет вокального слуха, его голос звучит блекло, поэтому в первых песнях ему не дадут ни одной сольной строчки. На него смотрели как на красивую «танцующую декорацию». Многих это, скорее всего, устроило бы, но не Тэмина. Он был амбициозен и готов сделать все, что под силу сделать человеку, чтобы выйти на первый план. Вытащить максимум из себя. В нем пробудился тот самый фанатичный дух Паганини с его энергией и предприимчивостью. Стать лучше здесь и сейчас - вот главная и единственная цель!
Пока остальные участники группы отдыхали после изнурительных концертов, Тэмин возвращался в пустые тренировочные залы агентства. Он спал по 2–3 часа в сутки. Он тренировал связки и вокал в душных комнатах, доводя себя до физического истощения.
Среди стажеров компании до сих пор ходит мрачная легенда: Тэмин репетировал вокальные партии так долго и упорно, не щадя горла, что из-за перенапряжения связок у него буквально начинала идти кровь из рта. Он вытирал её полотенцем и продолжал петь. Проводя на паркете по 18 часов в день, он стирал в кровь пальцы ног, падал от обезвоживания, но не останавливался, пока его вокал не стал кристально чистым.
Из «просто танцора» он вырос в одного из лучших вокалистов Южной Кореи. Он заставил индустрию уважать свой труд.
Результатом всех этих испытаний и издевательств над собой стала пугающая, почти мистическая энергетика на сцене. Как только Тэмин оказывался на сцене, в него "вселялся дух Паганини". Из утонченного юноши он превращается в хищника, который полностью подчиняет себе многотысячные стадионы.
Тэмин обладает способностью полностью поглощать внимание зрителя. Его контроль над телом настолько абсолютен, что это выходит за рамки обычного танца. На сцене он создаёт особое измерение, заставляя многотысячный зал следить за каждым микродвижением его пальцев в абсолютном оцепенении
Так говорил о выступлениях Тэмина известный корейский хореограф Хван Сан Хун.
Паганини заставлял людей верить, что его рукой водит сам дьявол, потому что человеческий разум отказывался верить в то, что такоеимастерство можно развить только обычным трудом. Тэмин добился того же эффекта. За его готическими, чувственными концептами в клипах «Criminal» и «Guilty» скрываются тысячи часов боли, которые и превратили бледного мальчика в главного виртуоза современной сцены.
Заключение. Почему нас привлекают дьявольски гении?
Маленький Никколо Паганини в XIX веке не сбежал от жестокого отца, а Ли Тэмин в XXI веке осознанно заталкивал себя в душные репетиционные залы и тренировал голос до кровавого кашля.
В чём кроется истинная причина такой пугающей одержимости?
Нет, это не слава и деньги. Это стремление перешагнуть грань и сделать возможным то, что раньше считалось невозможным. Это концепция непрерывного самосовершенствования, которая сродни философии восточных боевых искусств.
Такие "одержимые" рождаются каждое поколение: Микеланджело, Паганини, Эйнштейн, Королев - все это "реинкарнация" человека, который готов двигаться к грани и перешагнуть ее... Это те люди, которые пробивают барьеры не только для себя, но и для всего человечества.
Именно они двигают нас вперёд.