История 82
Из цикла про Ильясовых
– Галка, хватит, не буду я больше тебя фотографировать! – устал Трофим.
– А кто будет? Помоги мне как муж!
– Я тебе не «как муж», а «муж»! – возмутился Ильясов. – Помешалась на своих «Одноклассниках», что ли?
– Я там 10 лет фото не обновляла, а у меня новый берет! Вернее... несправедливо забытый старый... э... в комоде... нет, на полке лежал, пылился, – чуть не проговорилась Галка.
На её голове действительно красовался лёгкий летний беретик сливового цвета, с брошкой на боку.
Галке страсть как хотелось козырнуть им.
– Что-то я не припомню такого...
– Ой, забывака! – заливисто засмеялась Галина, кокетливо махнув рукой. – Это мне... Зинка... на юбилей подарила! На... 50, нет, на 55 лет.
– А я где был?
– Лежал в винегрете, сны смотрел, где же ещё? Ты так уханькался, что мы потом тебе горошек из носа пинцетом доставали...
– Не помню, хоть убей... Ну ладно. Галя! Приготовься! Сейчас вылетит птичка. Улыбнись!
– Покаж, что получилось.
Фотография Галину полностью устроила. И она выложила её на своей странице.
В композицию вошли первые малиновые цветочки, которые принесла ей Зинка. Такие, кочками растут. Галка забыла, как называются.
После таких трудозатрат Трофим проголодался, ведь Галка гоняла его почти 40 минут с телефоном по всему участку. Он даже на Монетку наступил (этой же тоже всё надо!). Она сейчас неотступно следовала за Трофимом повсюду, так как он усердно её кормил после драмы под одноимённым названием «Каштанка».
Такса быстро обрела мягкие формы.
Теперь она приносила хозяину тапки по первому зову, а когда Трофим чихал, выдавала: «Ав-авов!», что означало: «Будь здоров!»
– Галя, а что сегодня в меню? – покровительственно спросил Ильясов, пока Галка стирала с губ оранжевую помаду.
– А вменю-ка я сегодня... сварить тебе кисель из клюквы! Давай-ка, живо, ягода в морозилке. А у меня дела.
От такой наглости у Трофима аж рот заклинило, и на моменте закрывающейся калитки он сдавленным голосом произнес:
– Куды ломонулася?
– В церкву! Побегу тебе, единственному-нежному, за здравие поставлю! – кинула на ходу Галка.
******
... От Фотия Задуй-Свечи она вернулась задумчивая и неразговорчивая.
Никакого киселя Трофим, естественно, не сварил, а поел яичницы из пяти яиц и смотрел сейчас по телевизору повтор «Дежурной части».
– Где кисель?
– Квасу попьёшь.
И тут началось.
На Галкину голову свалилась с холодильника пустая форма из-под яиц (Трофим засунул от лени).
– Кара мне небесная! – простонала Галка. – За что – не пойму!
Пока шла она из церкви, подвернула ногу. Когда открывала калитку, занозила палец. И теперь вот форма...
За какие-то 20 минут с Галкой случились три происшествия!
Но когда на пороге обвалилась ещё и полка с вещами, намертво прибитая к стене 20 лет назад, уже даже Трофим обеспокоился.
– Галя! Ты что, абонемент на домашний тайфун купила?
– Ниче я не покупала! – взвизгнула Галка на опасном слове «купила».
– Ты переписала дату рождения на тринадцатое, как у меня? Только мне оно счастье приносит, а тебе кару?... Ты чего к Фотию ходила, говори? Своё предварительное отпевание обговаривала?
– Ниче я не обговаривала! Меня почему-то стали преследовать неудачи, одна за одной!
Не успела Галка произнести эти слова, как к ним постучалась Зинка.
– А ведь не врешь... – буркнул Трофим. – Чертеняка сам нас посетил...
– Бдиветствую вас, додогие соседи, не скажу что искденне. Галя! Ведни мне мои 800 дублей, котодые ты одолжила у меня на головной убод. Мне нужно нам с Колей кинуть денег на телефон, по четыреста дубликов каждому.
– Ни рано, ни поздно, – именно сейчас тебе деньги понадобились, да?! – обозлилась Галка.
Зинка обещала прикрыть её с беретом, который они тайно купили вчера у Борьки Похрина!
По пути в церковь Галка и шарфик присмотрела в тон... С такими подругами и врагов не надо!...
– А чего мне до завтда ждать? Вдддуг ты забудешь? Ты же у нас интедесная мадам, позабуду – не отдам. Зажмёшь денежки мои, и сын мой Мидон до мамочки не дозвонится. Получит потом нагоняй. А с тобой пдидётся мне обойтись, как в той песне пдо Джулию: "Домой пдовожал,
записки в Дайком писал..."
Гони монету!!
После этих слов собака Трофима громко завыла, решив, что Зинка подбивает хозяев выгнать её из дома.
– Уйди, дидижабль ушастый, от твоего воя 800 дублей в кошельке не пдибавляется!
Трофим всё это время недобро смотрел на Галку. Ждал, когда Зинка уйдёт, чтобы разобраться, за кого она его держит? Что он, восемьсот рублей ей не дал бы?
Галка злобно глянула на Зинаиду:
– НА тебе тысячу и иди! Сдачу позже отдашь, двести рублей! И не забудь принести мне денежки, раз ты такая принципиальная!
– Ну... я тебе цветы давала кдасивые! Пдимулу!! Малиновую! От седдца оторвала. Так что обойдёшься. Считай, это проценты за кредит, – вконец обнаглела Зинка и пошагала домой.
Трофим с прищуром посмотрел на жену.
– Ты Зинке деньги за что сейчас отдала, Галочка?
– А! Точно! Цветы примулой называются! – сделалась блаженной Галина.
– Галя, ты меня не собьешь! Признавайся!
– За берет вот этот, – простонала Галка и ткнула пальцем в голову. Но наткнулась почему-то на шёлк...
– А ничего, что на тебе церковный платок с изображением Богородицы?
Где твой новый берет, Галя?
Галка побледнела, словно выпила медного купоросу.
– Я же...
– Ты обманула мужа и после этого украла в церкви платок, Галя? – вкрадчивым голосом пытал Ильясов.
– Не крала! Вернуть забыла!
Галка была близка к обмороку.
Так вот почему с ней столько несчастий приключилось?...Она из церкви святое вынесла!...
– С Богородицей ушла, стало быть, – мрачно резюмировал Трофим. Это ты так буквально поняла слова: "Идите с Богом, дети мои?"
Галка готова была расплакаться, как вдруг в окно услышала крик:
– Галя-а-а! Галя-я-я!
Это была Зинка, взбудораженная, будто выиграла холодильник в лотерею.
Она размахивала Галкиным беретом, который ей передала попадья – для Галки.
– Ты чего опять? – устало спросила Галка, выхватывая из рук обновку.
– Ты в Одноклассниках сидела?!
– Нет ещё... А что?
– Зин! Тебя жандармы не хватились? Уйми свое фондю, – зевнул Трофим.
– Обуйся, а то копыта видно! – бросила Бастилия, пока Галка открывала телефон.
– Когда тебя уже, как Жерара Депардируют?
– Ильясов! Поди сделай домашнее задание, а то "кол" поставлю!
– Я слыхал, на рты начали замки ставить. Пойди запишись, Зин.
– Галя, открыла? – отвернулась от Трофима Зинка. – Заходи в Одноклассники, твоего-то мужа- олигофдена акушедка уронила, он не сможет самостоятельно значок нажать ...
– Зин, ты не так поняла про маткапитал, – ответил Ильясов. – Тебе за матюги никто тут не заплатит.
Галка застыла.
Под её новой фотографией стояло сто восемьдесят семь классов!
– Матерь Божья… это откудова такая популярность? – прошептала Галка.
– Вот ты, вша собачья, ничего не видишь! – всплеснула руками Зинка. – Ты посмотди внимательнее! Вглядись!
Галка увеличила фото.
И внутри у неё похолодело.
На заднем плане отчётливо виднелась соседка Гертруда Назарова, которая в бигуди и ночной сорочке, через кусты, передавала Демидке Глазкову трёхлитровую банку самогона...
– Оооо-е!… – только и выдал Трофим.
– А я вам говодила, что у Гетуды не пдосто так каждый вечед "Ласковый май" одёт! Чтоб никто не понял, чем они там с Иваном занимаются! – победно заявила Зинка.
Телефон Галки уже разрывали сообщения.
"Галя, удали срочно!"
"Ты с ума сошла такое выкладывать?"
"Позвони!"
"Это провокация! Сдать нас хотите, тёть Галь?"
А через минуту в калитку забарабанила сама Гертруда.
– ГА-АЛИНА!!! Убери фото! Репутацию мне портишь! Это я чтоб Иван не пил, один раз продала его банку тихонько...
Трофим медленно сел на скамейку. Ждал, что будет.
– Не умеешь, так неча начинать! Запиши его от пьянки к Елене Гватемалышевой в Останкино, может поможет чем, а я фото приложу, – с прищуром ответила Галка.
Ильясов посмотрел на жену.
Потом на платок.
– Нет, Галя… Это не кара тебе была.
– А что? – спросила она.
– Это тебя сверху предупреждали: не лезь в фотомодели! А ещё, обманывать мужа – грех!
Галка молча сняла церковный платок, аккуратно сложила его и решительно сказала:
– Завтра с утра пойду, верну его.
– И фото удалишь? – заискивающе спросила Гертруда.
Галка задумалась. Зинка и Трофим на неё тоже выжидающе смотрели.
Телефон снова пиликнул.
"Галина, вы прекрасны! Берет шикарный!"
Она приосанилась.
– А вот фото… фото пока пусть повисит!
И она, улыбаясь, подмигнула всем присутствующим, надела берет и пошла смотреться в зеркало.
С теплом, Ольга.