Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Трое в лодке

Пицунда за один день: маршрут через две тысячи лет

Пицунду можно рассматривать с двух сторон. С одной — пляжи, галька, навесы от солнца. Обычная курортная история, их тысячи от Сочи до Батуми. С другой — сосновая роща, которая старше большинства европейских столиц, руины античного порта и советские высотки, встроенные в заповедный лес. Вторая сторона интереснее. И почти не видна, если не знать, куда смотреть. За один день здесь можно пройти две тысячи лет. От крепостных стен через реликтовый лес к корпусам, которые архитекторы поставили между стволами. Главный парадокс Пицунды в том, что «курортная инфраструктура» здесь появилась почти две тысячи лет спустя после первых поселенцев. Когда в 1960-х сюда поехали первые советские туристы по путёвкам, месту вокруг было уже глубоко за полторы тысячи лет. В VI веке до нашей эры греческие колонисты из Милета выбрали этот мыс не случайно. Удобная бухта, сосновый лес, спускающийся к воде, — логика была ровно той же, что и у «Интуриста» в XX веке. Только вместо пансионатов греки строили порт и ук
Оглавление

Пицунду можно рассматривать с двух сторон. С одной — пляжи, галька, навесы от солнца. Обычная курортная история, их тысячи от Сочи до Батуми. С другой — сосновая роща, которая старше большинства европейских столиц, руины античного порта и советские высотки, встроенные в заповедный лес.

Вторая сторона интереснее. И почти не видна, если не знать, куда смотреть. За один день здесь можно пройти две тысячи лет. От крепостных стен через реликтовый лес к корпусам, которые архитекторы поставили между стволами.

Часть первая: Питиунт

Главный парадокс Пицунды в том, что «курортная инфраструктура» здесь появилась почти две тысячи лет спустя после первых поселенцев. Когда в 1960-х сюда поехали первые советские туристы по путёвкам, месту вокруг было уже глубоко за полторы тысячи лет.

В VI веке до нашей эры греческие колонисты из Милета выбрали этот мыс не случайно. Удобная бухта, сосновый лес, спускающийся к воде, — логика была ровно той же, что и у «Интуриста» в XX веке. Только вместо пансионатов греки строили порт и укрепления. Город назвали Питиунт — от греческого pitys, «сосна». Название оказалось живучее любой крепости: через две тысячи лет оно трансформировалось в «Бичвинту», потом в «Пицунду», но корень остался тот же.

Сегодняшний археологический заповедник «Великий Питиунт» — это музей под открытым небом, который легко пропустить, если не знать, куда смотреть. Он расположен прямо в центре, сразу за главной аллеей. Риск разочарования есть: неподготовленный турист увидит несколько фрагментов стен, остатки базилики и таблички. Но если задержаться, становится понятна масштабность: римская крепость, пришедшая на смену греческому поселению, имела стены высотой до восьми метров и толщиной полтора. Это был серьёзный оборонительный аванпост.

Самое ценное здесь — не сохранность (она плохая), а наслоение эпох. Византийские базилики IV века, средневековые укрепления, грузинский храм X века, построенный Багратом III на месте древней церкви. А потом — долгое забвение, турецкое владычество, запустение. В XVII веке собор стоял заброшенным, и епископ навещал его раз в год, только чтобы освятить миро.

Пицундский собор Святого Андрея Первозванного
Пицундский собор Святого Андрея Первозванного

Сегодня Пицундский собор Святого Андрея Первозванного — это огромный (пожалуй, слишком огромный для такого маленького города) крестово-купольный храм из грубого камня. В XIX веке его восстанавливали уже при Российской империи, слегка изменив стиль с грузинского на греческий — это хорошо заметно, если знать, куда смотреть. В 1975 году внутрь поставили орган, и теперь собор работает как концертный зал. Акустика здесь уникальная: древние стены, которые помнят и византийские хоры, и турецкое молчание, сегодня отражают Баха.

Пицундский орган // Источник: sputnik-abkhazia.ru
Пицундский орган // Источник: sputnik-abkhazia.ru

Совет по времени: Приходите в заповедник «Великий Питиунт» рано утром (до 11:00). В это время меньше туристов, свет мягче для фото, и вы можете почувствовать атмосферу древнего города без шума. Собор открыт с 9:00, касса заповедника открывается в 10:00. Если придёте к 10:00, успеете посмотреть руины в тишине, а потом зайти в собор до основных потоков туристов.

Часть вторая: Сосны

После античного города возникает логичный вопрос: почему вообще люди решили жить именно здесь? Греки, римляне, средневековые цари — что их всех притягивало? Море? Но море есть везде на этом побережье. Ответ — в соснах.

Пицундская роща — не просто «зелёная зона» и не парк для прогулок. Это главное место силы, вокруг которого и вырос город. Сначала были сосны. Потом — город, названный в их честь. Потом, спустя тысячелетия, — курорт.

Вид называется Pinus brutia var. pityusa. По-русски — сосна пицундская. Ботаники до сих пор спорят, выделять ли её в отдельный вид или считать подвидом турецкой (калабрийской) сосны. Но главное здесь не таксономия, а возраст. Это живой реликт третичного периода, которому несколько миллионов лет. Она пережила ледниковый период, когда большая часть современной флоры Европы погибла, и чудом сохранилась в двух местах на всём черноморском побережье: в Пицунде и в районе Геленджика.

При этом сегодня большинство деревьев в роще молодые — 90–110 лет. Рощу объявили заповедной только в 1926 году, а до этого её активно вырубали. В советский период началось активное лесовосстановление, и многие деревья были посажены искусственно.

Но есть и настоящие патриархи. Один из них, который местные жители показывают шёпотом, тянется вверх на 50 метров, а в обхвате достигает четырёх с половиной. Ему около пятисот лет. Это дерево росло здесь, когда Пицунда была глухой турецкой окраиной, когда сюда пришли русские, когда возводили сталинские дачи, когда строили «семь свечей». Она пережила всё это — и даже не заметила.

Сосна пицундская отличается от обычной: у неё невероятно длинная хвоя — до 20 сантиметров, светло-зелёная, мягкая. Шишки растут не по одной, а гроздьями. И самое главное — её фитонцидные свойства: воздух здесь настолько насыщен ими, что роща долгое время работала как природный санаторий для лёгочных больных. Потом это свойство легло в основу курортной концепции — людей везли не просто к морю, а в сосны.

Пицундская роща
Пицундская роща

Как смотреть: не идите по центральной аллее, где толпы и детский смех. Сверните вглубь, найдите участок без прогулочного шума. Там, где под ногами — мягкая подушка из опавшей хвои, а стволы уходят в небо так высоко, что кроны смыкаются в сплошной полог. В этот момент становится понятно, что Пицунда без пляжа не просто существует — она становится больше.

Часть третья: Семь свечей

В 1950-х годах в этой же роще, чуть севернее, построили правительственную дачу для Никиты Хрущёва. Архитектором был Михаил Посохин — главный зодчий Москвы, человек, который позже построит Дворец съездов в Кремле. Хрущёву настолько понравилось гулять по сосновому лесу, спускающемуся к морю, что он решил: здесь будет главный курорт страны.

Северный фасад госдачи №9 ФСО РФ – бывшей личной резиденции Н.С. Хрущёва.
Северный фасад госдачи №9 ФСО РФ – бывшей личной резиденции Н.С. Хрущёва.

Легенда (почти наверняка правдивая) гласит: Хрущёв вызвал Посохина и других архитекторов прямо в Пицунду, отдал приказ, и те разработали концепцию… за три дня. Итоговый план родился на коленке, на берегу, под соснами. И в этом плане была одна сумасшедшая идея: не вырубать лес, а вписать высотные гостиницы прямо в реликтовую рощу.

С точки зрения советского градостроительства это был абсурд. Обычно курорты строились на выжженной земле: сначала расчищали площадку, потом возводили корпуса, потом сажали «озеленительные» кустики. В Пицунде решили наоборот. Корпуса поставили там, где между соснами нашлось место. Максимально близко к воде, чтобы не ломать лесную структуру. И получилось то, что сейчас называют «семь свечей» — семь 14–15-этажных прямоугольных башен («Апсны», «Бзыбь», «Золотое руно», «Колхида», «Амра», «Амзара», «Маяк»), которые стоят на узкой полоске земли между сосновой стеной и морем.

Строительство пансионатов 1965 // Источник: pastvu.com
Строительство пансионатов 1965 // Источник: pastvu.com

Архитектурно это советский модернизм в его самой смелой ипостаси. Свободная планировка, минимализм, функциональность. Спальные корпуса отделены от столовых и ресторанов зелёным пространством — пришлось пройти через парк, чтобы поесть. Сегодня это кажется неудобством, а в 1960-м было свежим градостроительным приёмом.

Курорт открыли в 1967 году. Сразу стало ясно, что получилось не просто «место для отдыха», а новая идентичность всего города. Пицунда перестала быть деревней при храме и роще — она стала символом советского курортного будущего.

Пансионат "Маяк" 1967 г // Источник: pastvu.com
Пансионат "Маяк" 1967 г // Источник: pastvu.com

После грузино-абхазской войны 1992–1993 годов курорт пришёл в запустение. Корпуса стояли без ремонта, инфраструктура разрушалась, и годами никто не вкладывал деньги в восстановление. Последние десять лет здания понемногу приводят в порядок. Корпус «Бзыбь» и «Золотое руно» полностью реконструировали ещё в 2016 году. В 2022 году дошла очередь до «Апсны». Обновили номера, инженерные сети, фасады. Некоторые здания по-прежнему ждут своей очереди, и на фоне отремонтированных соседей это заметно.

Финал: прогулка вместо вывода

Маршрут замыкается, когда вы идёте обратно к морю не по пляжу, а по аллеям между корпусами. Сосны всё так же шумят над головой. Западный ветер тянет соль. Где-то слева за деревьями — руины Питиунта, где-то справа — собор с органом, а над всем этим — «семь свечей», которые когда-то казались чудом инженерной мысли.

Обычно Пицунду объясняют через море. Но море здесь оказалось самым новым слоем. До него уже были крепость, роща и город. Потом появился советский курорт. Просто он оказался заметнее остальных.

Читайте также: