Древний Рим – это, наверное, самая популярный образ у любителей истории. Рим – это чеканный шаг легионеров, возвращающихся из похода, величественный Форум, многотысячные толпы в Колизее, сенаторы, шествующие в сопровождении ликторов на заседания...
Но ведь Рим, как и любой город, разный, есть Рим богатых людей и Рим нищеты, а в столице это расслоение общества особенно заметно.
А если попытаться представить не просто кварталы и улицы, но атмосферу города? Но атмосфера – это воздух со всеми его особенностями, в том числе и с запахами. Запахи – это дыхание повседневности, ключ к пониманию того, как жили, страдали и наслаждались древние римляне.
Можно ли восстановить ароматы древнего великого города?
Представьте огромный город … без современной гигиены и санитарии. Поэтому основным источником ароматов в Вечном городе были отходы человеческой жизнедеятельности.
Сразу скажем: кварталы Рима, особенно густонаселённые, нам бы не понравились – больше того, всё увиденное и «унюханное» вызвало бы откровенное отвращение.
А как же знаменитые термы – римские бани?
Римские бани, которые для нас являются одним из символов культуры той цивилизации, в реальности были далеки от наших представлений о гигиене. У римлян имелось мыло (из жира и золы), но использовалось оно в основном для стирки, а для личной гигиены по традиции, заимствованной у греков, римляне использовали оливковое масло: его втирали в тело, а затем кожу распаривали и начинали соскребать грязь, масло, отмершие клетки кожи специальным изогнутым скребком – стригилием.
А дальше опять неаппетитные подробности: липкую смесь масла, грязи и пота просто сбрасывали на пол или даже швыряли на стену. Хотя в банях были стоки, но масло и вода не смешиваются. Полы и стоки терм, несомненно, покрывал слой жирной, зловонной грязи, создавая свой специфический «банный» аромат, далекий от свежести.
А как же канализация? А никак! Канализация, вопреки расхожему мнению, была не системой смыва туалетов, а скорее ливнестоком, предназначенным для отвода воды после дождей и тем более ливней. Большинство домовладельцев боялись подключать свои уборные к этим клоакам из-за страха перед нашествием грызунов и проникновением зловония обратно в жилища.
Так родилось слово и понятие клоака: 1. Подземный канал для стока нечистот в городах. 2. В переносном употреблении что-либо крайне отвратительное (грязное место, аморальная, безнравственная среда и т. п.) 3. В физиологии расширенная конечная часть задней кишки у некоторых позвоночных животных.
Cloaca Maxima (Великая клоака) была обычным ливневым коллектором
А вот отходы жизнедеятельности людей утилизировались: одни уборщики собирали содержимое ночных горшков и отвозили в прачечные – считалось, что моча (в смеси с другими добавками) помогает отстирывать ткани!
Другие собирали фекалии для удобрения загородных полей.
Но о вывозе нечистот заботились только состоятельные домовладельцы – большинство римлян жили в инсулах (инзула буквально – остров), то есть коммунальных многоэтажных домах, предоставляемых бедноте бесплатно.
Никаких удобств, ни воды, ни отхожих мест, ни кухонь – это место для ночлега. Какие там стояли ароматы, можно только предполагать.
А на улицах, кроме людей, было огромное количество животных: на лошадях и мулах везли огромные караваны провизии и грузов, эти же животные вращали жернова в пекарнях. Кроме того, на бойни и рынки гнали целые стада разнообразного скота. Отходы их жизнедеятельности буквально затопляли мостовые. Поэтому во всех римских городах обязательно устанавливались высокие камни, которые позволяли пешеходам переходить улицы, не запачкав ног.
Кажется диким, но беднота с равнодушием относилась к умершим: тело могли просто оставить на улице в ожидании стражи, которая, ругаясь, вывозила останки за город. Светоний, историк I века н. э., приводит жутковатую историю: собака принесла человеческую руку прямо к обеденному столу императора Веспасиана.
Городской воздух представлял собой густую смесь испарений отходов, животных, грязи и тления.
Именно поэтому люди состоятельные охотно платили за средства гигиены – в I в. до н.э. было изобретено выдувание сосудов из расплавленного стекла, и археологи находят массу флакончиков для духов.
Оливковое масло пропитывалось ароматами розы, ириса, шафрана, корицы и ладана. Особым спросом пользовались розы Пестума (Южная Италия). Их аромат считался непревзойденным, а масштабы культивации были огромны – эти цветы высаживались бескрайними полями.
У каждого общества свои традиции и представления о красивом, приятном и отвратительном. Римлянин, даже очень небогатый , а чаще просто нищий, то есть пролетарий, не имеющий никакой собственности, кроме детей, встречая на улицах Рима делегацию германцев, даков или готов, морщил нос по традиции – эти «варвары» воспринимались как дикари, отвратительные и дурно пахнущие, хотя мы, встретив такого гордого жителя «вечного города», поразились бы его зловонию!
Поясним: в Древнем Риме при проведении переписи населения те люди, у которых не было собственности, в графе об имуществе писали – «дети» (пролес). Отсюда и возникло их название – «пролетарии». Это была беднейшая часть народа.
Кстати, когда советские переводчики начали участвовать в работе различных миссий, комиссий, секретариатов ООН в Нью-Йорке, к советским женщинам приставили специальную наставницу, которая напоминала пришедшим с обеденного перерыва женщинам-переводчицам, что нужно вернуться в номер и сменить блузку. Наши возмущались: «Она же совсем чистая!» – на что им строго отвечали: «Это неприлично – весь день в одной и той же!»
Для нас это было глупо, но вы только представьте, какими конями пахли десятиклассники (и особенно десятиклассницы!), когда после урока физкультуры у крутого физрука Николая Ивановича, который «филонов» на уроке не терпит, они приходили на литературу, где Светлана Викторовна надрывно цитировала «Незнакомку» Блока: «Дыша духами и туманами, она садилась у окна!» И ученики тоже... садились... в советских школах душа не полагалось – «не баре, мы вона как учились, и ничего, выросли!»
А чем пах воздух Рима? Это был невероятный коктейль из запахов
человеческих и животных отходов, гниющей органики, древесного дыма и запахов немытого тела. А ещё пахло разложением из многоэтажных многокомнатных домов-общежитий-инзул, ароматами кухонных печей из кварталов богатых домов, розовым маслом и пряностями, ладаном и корицей из дверей храмов...
Для нас такие ароматы были бы непереносимы, но римляне воспринимали все эти ароматы совершенно иначе: это были ароматы родного, любимого города, своего дома, привычной жизни, которая была устроена совсем не так, как наша, но им была близка, дорога и оставалась самой родной.