На выходных я снова побывал в селе Ильинское Волоколамского городского округа. Во времена крепостного права во многих окрестных деревнях и сёлах жили государственные крестьяне, но Ильинское было владельческим селом. Необычно то, что село не переходило от одного дворянского семейства к другому, как это наиболее часто бывало: более трёх столетий им владел род Толбузиных.
На средства Толбузиных и их соседей в Ильинском была построена церковь Спаса Нерукотворного Образа. До наших дней она дошла в виде живописных руин.
У восточной стены храма сохранилось старинное кладбище с заброшенными, погружёнными под землю надгробиями. Не забыты лишь захоронения зажиточных крестьян Анастасиевых. Их гранитные памятники даже обнесены новой оградой. На памятнике супругов Анастасиевых написано:
Крестьянин Флор Анастасьевич Анастасиев. Родился 5 августа 1835 года, скончался 9 июля 1906 года. Жития его было 70 лет 2 месяца 4 дня.
И супруга его Агапия Антипьевна Анастасиева. Родилась 5 апреля 1834 года, скончалась 9 октября 1903 года. Жития её было 69 лет 6 месяцев 4 дня.
Дорогим родителям от искренне соболезнующих сыновей.
Упокой Господи со Святыми душу усопшей рабы своей.
Упокой Господи со Святыми душу усопшего раба своего.
Под соседним памятником упокоены ещё трое Анастасиевых.
Господи, прими дух их с миром.
Младенец Мария Анастасиева. Родилась 9 июля 1869 года, + 27 августа 1874 года…
До революции «младенцами» называли детей до семи лет. Они считались безгрешными, неразумными существами, ещё не осознающими своей ответственности перед Богом и законом.
Под сим камнем + младенец Иоанн Анастасиев. Родился (-) января 1874 года, + (-) 1874 года. Жития его было 89 дней.
Под сим камнем погребено тело Синклитикии Ивановны Анастасиевой…
Рядом с могилами Анастасиевых лежит необычное надгробие с двумя ангелами.
На кладбище есть как минимум три подобных плиты, но часть текста спереди видно только на этой. Остальные сильно заросли мхом. Видна надпись:
Апреля второго дня Тита Чудотворца.
Сбоку на одной из плит написано:
Погребён дворянин Иван Борисович Толбузин в 1744 году.
На этом надгробии я смог прочитать лишь пару слов.
Теперь расскажу о церкви. Первая деревянная церковь на этом месте была построена в 1626 году на средства Никиты Ивановича Толбузина. Она была освящена во имя пророка Илии, что и дало название селу. К середине следующего века эта деревянная церковь сильно обветшала. В 1778 году на средства помещицы М.Д. Щетининой, капитана артиллерии Н.И. Арцыбашева и поручика А.А. Толбузина была возведена ныне существующая церковь. Её верхний «холодный» этаж был освящён в честь Спаса Нерукотворного Образа, нижний «тёплый» — в честь Благовещения Пресвятой Богородицы. В 1837 году к западному фасаду храма была пристроена двухэтажная паперть с лестницей. В середине XIX века Толбузины расширили его ещё на два придела: во имя Ильи Пророка и Архангела Михаила. В последующие годы храм неоднократно перестраивался.
Его закрыли в тридцатые годы. Его нынешний ужасающий вид — результат разрушений времён войны. В ходе боёв храм понёс значительный урон и в послевоенное время никто не озаботился его восстановлением.
Удивительно, но плитка на первом этаже, несмотря на обрушение купола и сводов второго этажа, сохранилась в первозданном виде.
Ступени покрыты плиткой другого типа — серой, с рельефом в виде ложбинок, расположенных по диагонали. Кое-где эта плитка всё же отвалилась, и на растворе остались отпечатки клейм с её тыльной стороны. Судя по ним, плитка была изготовлена на фабрике Marywil (Маривиль), работавшей с 1896 года в польском городе Радом. Плитку этого производителя можно встретить во многих зданиях, построенных до Первой мировой войны на территории Российской империи и стран Восточной Европы. Я осмотрел отвалившуюся плитку и могу сказать, что она сделана невероятно качественно. Само здание давно развалилось, а плитка выглядит как новая. Не думаю, что такое качество сейчас доступно даже за очень большие деньги. Сама идеология производства вещей стала другой: никто больше не делает вещи, рассчитанные на века.
Видны попытки привести храм в порядок, но, по-видимому, эта задача оказалась непосильной в финансовом плане для небольшой сельской общины верующих.
Хотя конечно храм не забыт.
Одна из старинных могильных плит вмурована в восточную стену. Обычно такой чести удостаивались люди, взявшие на себя оплату строительства, перестройки или украшения храма.
Выше сохранилось изображение Христа.
Люди, сделавшие эти решётки, тоже достойны всяческих похвал.
Возле храма в изобилии растут липы. Думаю, что до революции здесь существовал усадебный парк.
В интернете я нашёл упоминание о самоткацкой фабрике в селе Ильинское. Поначалу я подумал, что фабрика не сохранилась, и очень удивился, когда, снова оказавшись на месте, увидел это старинное здание промышленного назначения, которое можно легко разглядеть с дороги, ведущей к Спасскому храму. Странно, что я не заметил его в прошлый раз.
Вероятно, это и есть та фабрика.
На главной улице села сохранилось кирпичное здание кладовой.
В зарослях, неподалёку от пруда, я нашёл остатки фундамента большого здания. Судя по всему, много лет назад его разобрали на кирпич. Единственное, что мне доподлинно известно — это то, что в советское время оно использовалось в качестве школы.
От него сохранилась входная лестница.
И полуразрушенный участок стены.
Возможно, это остатки главного дома усадьбы Толбузиных, или главного дома с флигелями? Может, как и Спасская церковь, здания усадьбы получили существенный урон во время войны, а затем были разобраны на стройматериалы? В любом случае, я могу лишь гадать об этом. В интернете есть упоминание об усадьбе Толбузиных в Ильинском, но никакой конкретики и никаких подробностей нет. Никто серьёзно не исследовал историю этого села.
Логично было бы предположить существование усадьбы именно на этом месте, рядом с прудом.
Чуть дальше находится памятник жителям села, погибшим во время Великой Отечественной войны. Он здесь типовой, но весьма выразительный.
Рядом с ним стоит заброшенный деревянный дом. До 1984 года в составе Волоколамского района существовал Ильинский сельсовет. Может, из этого здания он и управлялся. Войдя внутрь, я удивился тому, насколько ещё крепки его бревенчатые стены, несмотря на заброшенность и рухнувшую крышу.