В Древнем Египте, Греции, Риме, на Ближнем Востоке и вплоть до европейских деревень XIX века существовала странная профессия. Женщины приходили к дому умершего, начинали громко рыдать, рвать на себе волосы, бить себя в грудь и причитать в особом ритме. Родственники платили им деньгами, едой или тканью. Этих женщин называли плакальщицами. Их скорбь была чужой, но без неё похороны считались бедными, неуважительными и даже опасными для души умершего. Почему люди доверяли оплакивать своих близких посторонним и сколько это стоило?
Кто такие плакальщицы и где они появились
Плакальщица — наёмная женщина, профессионально исполнявшая похоронный плач. Её задача была не просто создать шум, а задать ритм прощанию, показать глубину горя и «помочь» умершему перейти в загробный мир.
Профессия возникла в глубокой древности, когда считалось, что слёзы и причитания имеют магическую силу. Без них душа могла заблудиться или разгневаться на живых.
Основные регионы распространения:
- Древний Египет — наёмные плакальщицы изображали богинь Исиду и Нефтиду, оплакивающих Осириса.
- Древняя Греция и Рим — профессиональные причитальщицы (в Греции — молириды, или френологи; в Риме — префики).
- Ближний Восток (Иудея, Финикия, Месопотамия) — профессия закреплена в Библии и Талмуде.
- Кавказ, Балканы, Россия — вплоть до начала XX века существовали наёмные плакальщицы (в России — «вопленицы», «плачеи»).
Почему скорбь нельзя было оставлять своей
Сегодня кажется естественным: умер родственник — плачут те, кто его любил. В древности логика была другой.
Первая причина — магическая. Считалось, что душа умершего слышит плач и чувствует, что её не бросили. Если никто не плачет, душа может не найти путь в загробный мир, вернуться и навредить живым.
Вторая причина — социальный статус. Похороны были публичным действом. Богатый и уважаемый человек должен был уйти с «достойным шумом». Чем больше плакальщиц, тем выше статус семьи. Наёмный плач показывал соседям: мы уважаем покойного, нам есть кого терять.
Третья причина — защита от горя родных. Родственникам иногда трудно рыдать на людях. Они в шоке, они сдерживаются. Плакальщица «запускала» эмоциональный механизм: своим криком она показывала, что плакать можно и нужно. Часто после её причитаний начинали рыдать и родные.
Четвёртая причина — ритуал. У многих народов погребальный обряд включал строгую последовательность причитаний. Родственники не знали всех формул, а плакальщицы учились текстам с детства. Они знали, когда славить умершего, когда проклинать смерть, когда призывать богов.
Как проходил наёмный плач
Похороны с участием плакальщиц выглядели примерно одинаково в разных культурах.
За несколько дней до похорон семья договаривалась с женщинами (иногда с одной, чаще с группой от трёх до двенадцати). Обсуждали стоимость, длительность оплакивания, громкость и «интенсивность» — рвать ли волосы, бить ли себя, падать ли на землю.
В день похорон плакальщицы занимали места у входа в дом или у гроба. Они начинали плач загодя — чтобы «разогреть» атмосферу. Исполняли импровизированные причитания: называли имя умершего, перечисляли его заслуги, спрашивали у богов, почему он умер, клялись в вечной памяти.
Во время процессии они шли впереди или сзади гроба, продолжая рыдать. В некоторых традициях они должны были прерывать плач только на время поминальной трапезы, а затем начинали снова — уже на могиле.
Продолжительность варьировалась от нескольких часов до трёх дней.
Сколько это стоило
Профессия была оплачиваемой, и расценки зависели от региона, статуса плакальщицы и «качества» исполнения.
Древний Египет (ок. 1500–500 гг. до н. э.)
Плакальщицы получали часть погребального инвентаря: хлеб, пиво, полотно, масло, реже — серебро. За одни похороны средняя плата составляла около 3–5 килограммов хлеба и несколько мер пива. Это примерно дневная зарплата ремесленника. Топовые плакальщицы, изображавшие богинь, могли получить драгоценности или участок земли — такие случаи описаны в папирусах.
Древняя Греция (V–IV вв. до н. э.)
Профессиональные френологи получали в Афинах от 1 до 10 драхм за похороны. Для сравнения: дневной заработок гребца на триере — 1 драхма, скульптор получал за день около 6 драхм. То есть хорошая плакальщица зарабатывала за один день столько, сколько квалифицированный ремесленник за два дня.
Были и «элитные» плакальщицы, которые обслуживали только богатые семьи. Их гонорар мог достигать 50 драхм — сумма, на которую можно было купить трёх овец или раба-чернорабочего.
Древний Рим (I в. до н. э. – II в. н. э.)
В Риме наёмные плакальщицы (префики) часто были рабынями или вольноотпущенницами. За одни похороны они получали от 20 до 100 сестерциев. Для сравнения: килограмм пшеницы стоил 2–3 сестерция, женская туника — 30–50 сестерциев. То есть стандартные похороны с плакальщицами обходились семье в стоимость двух-трёх новых туник.
Императорские похороны включали сотни плакальщиц — их гонорар мог достигать тысяч сестерциев, но это были государственные церемонии.
Россия (XVIII – начало XX в.)
В русских деревнях вопленицы получали не столько деньгами, сколько натурой: хлеб, мясо, холст, платок, рушник, четверть водки. Денежный эквивалент — 20–50 копеек за одни похороны (в конце XIX века). Для сравнения: килограмм говядины стоил 30 копеек, сапоги — 2 рубля.
Профессиональные вопленицы могли обслуживать несколько похорон в неделю, особенно в осенне-зимний сезон (больше смертей). Месячный доход достигал 3–5 рублей — столько же зарабатывала работница на фабрике.
Требования к плакальщицам: голос и выносливость
Профессия была не для всех. Отбирали женщин с сильным и устойчивым голосом, способным часами выдерживать плач без срыва. Важна была артистичность: плакальщица должна была убедительно выглядеть убитой горем, но при этом контролировать себя — не рыдать настоящими слезами бесконтрольно.
Выносливость была отдельным требованием. Плач мог длиться 5–6 часов без перерыва. Женщины тренировались с детства, перенимая тексты и ритмы от старших.
Знание обряда было обязательно. Плакальщица должна была знать все формулы причитаний, чтобы не ошибиться в важный момент. Ошибка могла «разгневать душу» или сделать похороны неудачными.
Когда профессия начала умирать
Профессия наёмных плакальщиц просуществовала тысячи лет, но в XIX–XX веках почти исчезла. Причины:
1. Церковь запретила. Христианство (особенно православие и католичество) рассматривало наёмный плач как языческий пережиток. Священники требовали тихой молитвы, а не театральных криков. К концу XIX века церковь в России официально запретила приглашать воплениц.
2. Изменилось отношение к смерти. С развитием медицины и городского образа жизнь, смерть стала более приватным событием. Люди перестали воспринимать похороны как публичный спектакль.
3. Появились похоронные бюро. В XX веке ритуальные услуги стандартизировались. Профессиональные плакальщицы оказались не нужны — их заменили тихие церемонии и психологическая поддержка родных.
4. Исчезла магическая функция. Никто больше не верит, что душа не найдёт дорогу без плача. Потребность в ритуальных причитаниях отпала.
Однако в отдельных регионах традиция сохранилась. В грузинских деревнях, в греческом Эпире, в некоторых африканских культурах наёмных плакальщиц можно встретить и сегодня.
Почему это была настоящая профессия, а не просто крик
Плакальщицы имели все признаки профессиональной занятости:
- Обучение — ремесло передавалось от матери к дочери.
- Гонорар — фиксированная плата деньгами или натурой.
- Спрос — регулярный, особенно в сезон.
- Социальное признание — хороших плакальщиц знали на селе или в городском квартале.
- Регламент — знание обряда, текстов, жестов.
- Конкуренция — лучшие получали больше заказов.
Это не была импровизация. Это был профессиональный сервис, основанный на многовековой традиции.
Интересный факт. В 2018 году в Южной Корее возродили профессию наёмных плакальщиц — но уже в современном формате. За $150–200 актёры рыдают на похоронах одиноких людей, у которых нет родственников. Профессия вернулась там, где исчезла социальная поддержка.
Главное
Плакальщицы — одна из самых древних и странных профессий в истории. За тысячи лет до ритуальных агентств люди поняли, что горе можно делегировать. Семья нанимала чужих женщин, чтобы те рыдали за хлеб, пиво или медяки. Это не было цинизмом. Это было магическое действо, социальный договор и эмоциональная разрядка одновременно.
Стоимость чужой скорби колебалась от нескольких килограммов хлеба в Древнем Египте до полтинника в русской деревне. Сегодня профессия почти исчезла под натиском церкви, медицины и урбанизации. Но память о ней осталась в фольклоре, в археологических находках и в странном человеческом ощущении: иногда громкий плач важен не потому, что он искренний, а потому, что он положен по ритуалу. И пока существуют похороны — будет существовать и оплакивание. Просто теперь его редко покупают отдельно.